фыркает: — Эти недоростки те еще казановы. — Она начинает кривляться, передразнивая их: — Без тебя моя жизнь — пустыня, а с тобой — оазис! Ландшафты твоего тела горячи как вулканическая лава! Тьфу… Никогда не ведись.

— Меня привлекают парни повыше, — шучу я.

— Как Лэм? — невинно интересуется Таллула.

— Причем тут Лэм? — бурчу я, но мой голос теряется в гомоне трибун.

Стадион все больше заполняется болельщиками — кадеты, преподаватели, руководящий состав в ложе. Болельщики выкрикивают речевки, а над трибунами высвечиваются голограммы состава команд.

— Ты когда-нибудь была на матче? — повышает голос Таллула, пытаясь перекричать кадетов.

— На космическом футболе? Ни разу. Даже не слышала, — признаюсь я.

Таллула кивает:

— Он появился не так давно и был обычным развлечением. Мой папа собирался с друзьями по выходным и играл в него, а потом увидел в комическом футболе большой потенциал и инвестировал в него. Конклаву понравилась идея занять место на межгалактической спортивной арене, и он поддержал папу. Теперь на Пульсаре это официальный вид спорта. Межгалактическое спортивное сообщество — МСС — пока не признает космический футбол, но папа по секрету сказал, что намечены некие договоренности.

Сказал по секрету… Что ж, Таллула, тебе и правда не стоит доверять тайны, иначе ты прокричишь их прямо на стадионе. Только рупора не хватает.

— Я как-то ходила с папой на футбол, — делюсь я.

— Папа постоянно таскает меня в ложу. Но моя любимая часть — финал. После него папа устраивает банкет для команды-победителя. Спортсмены такие горячие! Но в голове у них только одно… — Таллула красноречиво вздыхает: — Стратегия и тактика.

На поле выходят команды — люди против кстанцев. Таллула ворчит:

— Им с щупальцами сподручнее. А вот одноногим штриззингам в этом плане не повезло, поэтому они играют либо между собой, либо входят в состав межрасовых команд.

— Получается, на Пульсаре у каждый расы есть своя команда?

Таллула кивает:

— Да, по две на каждую расу и две межрасовые.

Раздается сигнал, и проворный кстанец пинает мяч. Голограммы над полем ведут прямую трансляцию крупным планом, и мне сразу бросается в глаза, что панели на мяче разных цветов — белые, черные, красные, синие и желтые.

— Почему мяч разноцветный?

— У каждой панели определенное свойство, влияющее на траекторию и скорость. Белая панель — нейтральная. Черная замедляет мяч, утяжеляя его. Желтая наоборот ускоряет его так, что он прожигает газон. Синяя делает траекторию непредсказуемой — мяч может развернуться у самых ворот. А красная самая опасная, она активирует вещество внутри, и мяч разрывается. Это понижает счет на десять очков. Потом мяч заменяют, и матч продолжается.

— Посложнее земного… — бормочу я. — Получается, каждый раз, когда мяч касается газона, активируется одна из панелей?

Таллула мотает головой:

— Нет, панели приводятся в действие исключительно бутсами.

Пока ни одна команда не забила мяч в ворота, но кстанцы определенно выбиваются в лидеры. Из-за щупалец они не только ловчее, но и быстрее. Вижу, как нашей команде тяжело вести матч в таком темпе, но зато удары кажутся точнее. В отличие от кстанцев наши стараются не только пнуть мяч, но и попасть носком бутса по нужной панели.

Я даже не замечаю, как втягиваюсь и безотрывно слежу за происходящим на поле.

У ворот начинается заварушка, щупальца вперемешку с ногами, преимущество то у одних, то у других…

Голограмма над стадионом вспыхивает — 1:0.

— Гооооол! — восторженно восклицает Таллула, подбрасывая горсть попкорна в воздух и ловя ртом. Половина рассыпается, но никто не обращает на это внимания.

Мое ликование тут же сменяется недоумением, когда и мяч, и футболисты отрываются от газона и взмывают вверх. Тянусь к антигравитационным ботинкам, но неожиданно обнаруживаю, что невесомость коснулась только поля.

В отличие от меня, Таллулу, как и остальных болельщиков, охватывает воодушевление.

— Что происходит?

Таллула не отрывает горящих глаз от поля:

— В рандомный момент гравитация отключается, игра продолжается в невесомости. Мяч ведет себя еще более непредсказуемо! Теперь игрокам нужно попасть не в ворота, а по мишени, — она указывает на мишень как из игры в дартс только более крупную. — Количество очков зависит от того, в какой сектор попал мяч.

Вот это я понимаю — космический футбол!

Мяч летит как в замедленной съемке, преодолевая невидимые препятствия, и попадает в сектор с отметкой в десять очков. Счет меняется — 1:10 в пользу кстанцев, радостно трясущих щупальцами. Трибуны содрогаются в волне разочарования. У кстанцев немного болельщиков, поэтому их ликование заглушается.

Я завороженно наблюдаю за изменением движений и тактики. Кстанцы используют свои щупальца, чтобы рассекать в невесомости подобно осьминогами или медузам. Они делают ставку на маневренность и динамичную передачу мяча между друг другом. Нашим приходится тяжелее — они как пловцы загребают нулевую гравитацию и плывут над полем в попытках перенять инициативу.

Мяч врезается в середину мишени.

— В яблочко! — в унисон визжим мы с Таллулой. Я даже забыла о копченых метеорах, и теперь пакетик валяется у меня в ногах вместе с попкорном.

Не успевает на голограмме вспыхнуть обновленный счет — 26:10 — как на поле врывается судья — кстанец с красной карточкой. Болельщики заходятся гневом.

— Судью на студень! — кричит Таллула. — Судья подыгрывает своим!

Мы напряженно наблюдаем за разборками. Нашим все-таки сохраняют очки, и игра продолжается. После дисциплинарного перерыва игроков возвращают на газон.

— В невесомости выгоднее, — замечаю я. Гол в ворота приносит всего одно очко, нежели попадание в мишень.

— Но и сложнее — попробуй сыграть в футбол в невесомости!

Счет поднял нашей команде боевой дух. Парни вошли в раж и изменили тактику. Двое полузащитников блокируют основных нападающих кстанцев, а третий забирает мяч и делает пас, ударив по синей панели. Мяч резко меняет траекторию, лихо закручивается и летает по полю как в пинболе. Даже щупальца кстанцев не могут его перехватить. Наконец, он достигает противоположного конца поля, и нашему капитану удается взять его под контроль. Удар по желтой панели, и мяч летит прямо в ворота противника, оставляя за собой огненный след. Секунды такие томительные…

— Ну же! Ну же! Ну же! — с азартом подпрыгиваю я.

— Гоооооол! — по трибунам проносится рев болельщиков. Я и сама кричу, срывая голос.

Счет 27:10!

Звучит сирена, оповещая, что первый тайм окончен. Наши уходят с поля, ликуя. Кстанцы раздраженно подергивают щупальцами, ругаясь между собой.

Над газоном взлетают дроны-тушители, распыляя наногаз, который моментально гасит пламенный след. Тлеющая трава восстанавливается на глазах и меньше чем через минуту обугленная рана на поле затягивается и зеленеет.

На смену футболистам выбегают чирлидерши, только вместо помпонов от