холодной ясностью. Он видел систему во всей её отвратительной красоте — контроль через страх, через зрелище, через манипуляцию массами, которые не понимали, что являются такими же пленниками, как и дистрикты, только их клетка была позолоченной. Он видел миротворцев, снайперов, камеры, всю инфраструктуру подавления, которая делала восстание почти невозможным. Почти – потому что у каждой системы были слабые места, а у каждой крепости – свои трещины.

Глава 5

Центр подготовки трибутов встретил Пита знакомым запахом пота, металла и чего-то антисептического, что использовали для мытья полов. Огромное помещение с высокими потолками и стеклянными стенами выглядело почти идентично тому, что он помнил с прошлых Игр — тот же лабиринт тренировочных станций, те же искусственно освещённые зоны для различных навыков, от плетения узлов до метания ножей, от маскировки до рукопашного боя. Даже манекены для отработки ударов стояли в тех же местах, их резиновые тела покрыты шрамами от бесчисленных атак предыдущих трибутов.

Но было и отличие, тонкое, но значимое. В прошлом году большинство трибутов были детьми — напуганными, неопытными, многие видели настоящее оружие впервые в жизни. Теперь зал был заполнен профессионалами. Бруто методично разрушал боксёрскую грушу ударами, которые заставляли содрогаться цепи крепления. Финник вращал трезубец с такой лёгкостью, словно он был продолжением его руки, а не отдельным оружием. Джоанна тренировалась с топором, и каждый её удар по деревянному столбу был точен и смертоносен. Даже старшие победители, те, кто давно отошёл от пика своей физической формы, демонстрировали мышечную память и навыки, которые не полностью исчезли с годами.

Китнисс сразу направилась к станции стрельбы из лука, её лицо было напряжённым и сосредоточенным. Хэймитч, который решил присутствовать на тренировках несмотря на то, что был освобождён от участия в Играх, устроился на скамейке с видом на весь зал, его фляга была спрятана достаточно хорошо, чтобы тренеры ее не замечали. Пит знал, что он будет наблюдать, оценивать, искать слабости у других трибутов, которые можно было бы использовать.

Но Пит сам не спешил к оружию или станциям выживания. Вместо этого он медленно прошёлся по периметру зала, делая вид, что изучает различные станции, решая, с чего начать. На самом деле его внимание было сосредоточено на архитектуре, на системах, которые делали это здание функциональным.

Потолок был высоким — метров десять, может больше, с открытыми балками из стали, окрашенными в матовый серый цвет. Между балками змеились трубы вентиляции, достаточно широкие, чтобы человек мог пролезть, если бы нашёл способ добраться туда. Решётки вентиляции были закреплены болтами, но Пит заметил, что некоторые из них имели легкие признаки коррозии. Капитолий, при всей своей технологической продвинутости, не был застрахован от простого износа материалов.

Стены были интересны — стеклянные панели чередовались с секциями из чего-то, что выглядело как бетон, но было легче, возможно композитный материал. Пит подошёл к одной из стен, делая вид, что рассматривает расписание тренировок, висевшее там. Его пальцы незаметно коснулись стены — холодная, твёрдая, но с лёгким резонансом при давлении. Полая? Нет, скорее армированная изнутри металлическим каркасом. Прочная, но не неразрушимая.

Пол был покрыт специальным материалом, который амортизировал удары при падении — своего рода резиновая композиция. Но под ним явно была стандартная бетонная плита. Пит заметил несколько люков, вмонтированных в пол — квадратные металлические крышки с ручками. Доступ к коммуникациям? К электрическим системам? Интересно.

Освещение шло от больших панелей, встроенных в потолок — LED, судя по качеству света. Это означало центральное электропитание, вероятно, с резервным генератором где-то в здании. Отключить освещение было бы сложно, но возможно, если найти распределительный щит.

Камеры были повсюду, как и ожидалось. Маленькие, чёрные сферы, закреплённые на потолке каждые пять-шесть метров. Они медленно поворачивались, сканируя зал. Пит насчитал минимум двадцать камер, что означало полное покрытие без мёртвых зон. Каждое движение записывалось, анализировалось, вероятно, отправлялось напрямую гейм-мейкерам для оценки трибутов.

— Ты собираешься тренироваться или просто пялиться на стены? — голос Джоанны заставил его обернуться. Она стояла рядом, топор небрежно закинут на плечо, на её лице была насмешливая ухмылка. — Потому что если второе, то ты, возможно, самый скучный трибут, которого я видела.

Пит улыбнулся.

— Просто осматриваюсь. Знаешь, здесь как в пекарне — важно знать, где что находится, прежде чем начинать работать.

— Пекаря прислали на Голодные игры, — она покачала головой, губы изогнулись от легкой усмешки. — Ты и правда сравниваешь это место с пекарней?

— Везде есть структура, — пожал плечами Пит. — Везде есть система. Понимаешь систему — понимаешь, как она работает. Или как заставить её не работать.

Джоанна внимательно посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло что-то острое, понимающее.

— Может, ты не такой простак, каким кажешься, пекарь. — она повернулась и ушла, небрежно помахивая топором.

Пит продолжил свой осмотр, перемещаясь от станции к станции, иногда останавливаясь, чтобы попробовать что-то. Узлы — он завязал несколько базовых, медленно, тщательно, демонстрируя компетентность, но не мастерство. Идентификация растений — он правильно определил съедобные от ядовитых, но сделал пару намеренных ошибок, чтобы не выглядеть слишком знающим. Разведение огня — справился, но потратил больше времени, чем необходимо.

Всё время часть его внимания была на архитектуре здания. Он заметил, что станции были расположены не хаотично, а следовали логике. Опасные станции — оружие, рукопашный бой — были ближе к центру, под более плотным наблюдением. Станции выживания — огонь, растения, укрытие — были по периметру. Это не было случайностью. Это была система контроля, способ минимизировать риск того, что трибут возьмёт настоящее оружие и сделает что-то глупое.

Говоря об оружии — Пит наконец направился к станции метательного оружия. Это была большая зона с мишенями на разных расстояниях и стойками, заполненными копьями, ножами, топорами и другими предметами, предназначенными для метания в противника. Тренер — молодой мужчина с татуировками капитолийского стиля на руках — кивнул Питу, когда тот подошёл.

— Метательное оружие? Хороший выбор. С чего хочешь начать?

— Копья, — сказал Пит, выбирая среднее по размеру копьё из стойки. Оно было хорошо сбалансировано, древко гладкое, наконечник хоть и тупой для тренировок, но всё ещё достаточно тяжёлый, чтобы дать правильное ощущение веса.

Тренер показал ему базовую технику — как держать копьё, как распределить вес, как метать, используя всё тело, а не только руку. Пит слушал внимательно, кивал, пробовал несколько раз. Его броски были намерено исполнены лишь на приемлемом уровне. Копьё летело прямо,