сбежать и поселился на другом конце солнечной системы, рядом со станцией, где его никто не знал. Здесь он так же промышлял запрещённым лечением, но на это закрывали глаза, потому что многим помогал.

Док обнаружился в маленькой темной каюте за столом, на котором что-то измельчал и смешивал. Невысокого роста старый и сгорбленный, с глазами-щёлками на морщинистом лице, он чем-то напоминал черепаху. Шея словно вросла в плечи, и голова лежала прямо на ней. Короткие сморщенные пальцы на удивление ловко справлялись с мелкофракционными порошками.

— Надо же какие гости, — обрадовался китаец, заканчивая своё занятие. — Пациент собственной персоной. Сколько лет я тебя не видел? 20?

— 23, — улыбнулся в ответ Ифань.

— Я ждал твоего мальчика неделей раньше, ведь как раз срок для инъекции, так что хорошо, что пришел сам.

Кай испуганно посмотрел на Ифаня, чувствуя свою вину. Он совсем забыл, что инъекции надо делать с определенными интервалами, иначе Ифань не выживет. Но полковник только отрицательно покачал головой и прошептал, что всё в порядке.

Док порылся у себя в столе, достал какую-то железную коробочку, вынул из неё чистенький стеклянный шприц с металлическим поршнем и приставил его к затылку Ифаня. Тот сделал вдох, и доктор ввёл иглу в основание его черепа, а затем стал медленно выдавливать прозрачную жидкость.

— Ну вот, теперь ещё годик можешь не переживать. И всё же поищи себе другого врача, я уже стар.

— Надеюсь, скоро врач мне уже не понадобится, — ответил Ифань.

— Достало всё? — понимающе спросил китаец. Он лучше многих знал, как тяжело биороидам, что могут жить столетиями, тогда как все, кого они знали и любили, умирают у них на глазах.

— Типа того. Вообще-то сегодня мы за другим приехали. У моего племянника заноза в руке, и нам нужен ваш аппарат, что может видеть такие занозы.

Док по-старчески пожевал губы, раздумывая, затем смешно крякнул и повел их в подсобку, наполненную разномастными инструментами и аппаратами. Там он порылся в каком-то ящике, достал нечто, завёрнутое в грязную тряпку, и установил на столе. В нижней части устройства имелся аккумулятор, он оказался разряжен, но на док-станции имелся другой подходящий. Его заменили и устройство засветилось слабым желто-оранжевым светом. Оно представляло собой что-то вроде пирамиды с закруглённый вершиной, в которой просматривались мелкие датчики.

— Положи на него руку, мальчик, — скомандовал доктор. Кай не знал, какую руку, поэтому сначала положил правую, но ничего не произошло, затем он положил левую, устройство запищало, свет пронзил его руку и поднялся вверх в форме конуса, внутри которого открылась путанная голограмма.

— Так, неплохо-неплохо, только беспорядок тут жуткий, — проворчал старик. Чен огляделся вокруг и подумал, что уж беспорядок его не должен удивлять, это же его второе я. Китаец попытался выстроить голограмму, но она не поддавалась, запутываясь снова.

— Можно я попробую? — вызвался Чен. Китаец удивлённо на него посмотрел, а Ифань улыбнулся:

— Ему можно доверять, он инженер.

— Я думал, ты только механизмы чинишь, — удивился Мин.

— Я ещё и навигаторы настраиваю, думаю, тут схема не сложнее, — Чен поднял руки, прикоснулся к голограмме и дёрнул несколько линий, сетка выправилась и стала более понятной. Он что-то расширил пальцами, что-то, наоборот, сжал, переставил местами и запустил калибровку. Голограмма замигала, размазалась в пространстве, задрожала и, наконец, стала чёткой и понятной.

— Отлично, — резюмировал доктор и принялся изучать её вместе с молодым инженером. Полчаса спустя они ещё осматривали схему, не делая никаких выводов.

— Ну что там? Куда надо лететь? — Кая напрягала тишина в отсеке.

— Я не уверен, но, — начал Чен, потом помолчал, размышляя, и добавил: — Если отсюда мы направимся дальше по орбите станции и покинем её в этом секторе, то попадём в пустоту космоса, где нет ни галактик, ни астероидов, ни других станций, верно?

— Так и есть, — ответил ему Мин. — Там как в пустыне или Тихом океане на Земле — на много космических миль ничего. Иногда в пустоте прячутся пираты и преступники, иногда туда на время забредают дрейфующие колонии, но долго там не протянешь. Нет ресурсов, воды, и кислород взять негде.

— А что вот это? — Чен ткнул пальцем в область голограммы, на которой было изображено нечто вроде скопления кристаллов.

— Так далеко мы не забирались, поэтому не скажу, — ответил Мин.

— Есть версия, что там ледяные астероиды. Какое-то странное место, но их мало кто видел, да и те могут врать. Ни на каких картах нет ничего подобного, — влез в разговор капитан.

— Если твой дед отметил их здесь и указал, как финальную точку, значит, они существуют. — Задумчиво вступил в беседу Чен. — Не думаю, что он стал бы страдать ерундой в подобных обстоятельствах. Но знаете, что удивительно? При правильной навигации это место окажется в относительной близости от моей станции, если вспомнить, что орбита имеет эллиптическую форму. Далеко отсюда, но совсем рядом с ней. Он спрятал проект прямо у нас под носом, зная, что никто не сунется в пустоту, ведь там нет ничего. А значит, объект будет в безопасности.

— Я всегда считал профессора гениальным, — улыбнулся Ифань, предавшись воспоминаниям.

— Его гениальность на этом не заканчивается. Дело в том, что это скопление выглядит рукотворным. Но астероиды не живые, они не способны самостоятельно притягиваться друг к другу. Эти же словно были собраны в кучу специально. И самое главное, если история капитана правдива и они состоят изо льда, то это просто бесценный ресурс для проекта. Гигантское количество воды в одном месте, которую можно отбуксировать на новую планету в твердом виде и там растопить и очистить. Мы даже сможем создать океан!

— Вот это ты фантазёр, — фыркнул Кай презрительно.

— В общем, это координаты, куда нам надо попасть. Посчитайте, сколько времени это займет и сколько запасов воды и еды нам понадобится, — раздал указания Чен, чем вызвал новый взрыв возмущения у капитана.

— А я тебе говорил, что с этого дня и до завершения проекта, он — твой начальник, — довольно ухмыльнулся Ифань.

— Ещё чего, раскомандовался тут, — выпалил Кай, сложив руки на груди.

Старый доктор хотел что-то сказать, когда станцию тряхнуло и в шлюзовом отсеке послышался скрежет.

Побег

— Быстро, спрячьтесь в подсобке и ни звука. Кто бы это ни был, ваше присутствие здесь опасно.

Компания из четырех немаленьких человек с трудом нашла, где укрыться в тесной подсобке, наполненной хламом, а доктор открыл шлюзовую дверь и впустил незваных гостей. Ими оказались космические копы, приписанные к жилой станции TREK.

— Вот уж не ожидал, — всплеснул руками старик, устраивая показную