предпринял ни одной крупной операции наступательного характера, то в отношении оборудования театра оно проявило энергию. (См. схему обороны в 1915 г., сравнив ее с таковой же за 1914 г.).

Кампания 1916 г.

Положение в начале 1916 г.

В начале 1916 г. произошло событие, которое должно было оказать крупное влияние на ход дальнейших действий на Балтийском море: был образован морской штаб при верховном главнокомандующем, и установлено подчинение флота, помимо северного фронта, непосредственно верховному командованию.

Затем было разрешено пользование всеми кораблями Балтийского флота, не спрашивая на то каждый раз разрешения ставки. Это расширение оперативных прав командующего флотом, в связи со вступлением в строй новых миноносцев и подводных лодок, казалось, должно было определить новый этап в отношении задач и боевого использования флота.

Однако, несмотря на вышеуказанные организационные реформы, задачи Балтийскому флоту были все-таки оставлены прежними[70].

Наступательные намерения командующего флотом сводились к следующим предположениям на 1916 г.: «Затруднив противнику, насколько то возможно, постановкой минных заграждений и действиями подводных лодок как выход неприятельских морских сил из собственных его портов и баз, так и выполнение намеченных операций, стремиться к уничтожению открытой силой всякой более слабой части неприятельского флота и всех коммерческих его судов каждый раз по выходе их в море… Заставить неприятеля усилить деятельность свою в море и тем самым поставить его под удар при всех передвижениях его к осту от Гиедзерского маяка как наших подлодок и мин заграждения, так и боевых наших отрядов, придвинутых к выходам в открытое море и ожидающих только приказания для атаки неприятеля».

Из цитированного документа видно, что это были общие предположения, не содержащие в себе вполне определенного объекта действий.

Идея заградительных операций в море теперь получала совершенно другую ценность сравнительно с 1914 г. Во-первых, само наступление немцев в Финский залив в данный момент было менее вероятно, чем когда-либо; во-вторых, действительность минных заграждений уже была значительно понижена благодаря усилению состава тральных отрядов как с русской, так, в особенности, с германской стороны, и улучшения самой организации траления. Рассчитывать минными заграждениями в море, у берегов неприятеля, остановить противника теперь уже не представлялось возможным.

Операции подводных лодок также встречали препятствия, не ощущавшиеся в прошлые годы. Подводная лодка перестала быть новым орудием, были выработаны средства борьбы с ней. В частности, широкое и все увеличивающееся распространение и совершенствование средств авиации значительно осложнило операции подводных лодок.

Количество русских лодок было увеличено. Одна за другой вступали в строй с заводов новые лодки типа «Барс», и к кампании 1916 г. у нас были в строю 6 новых русских лодок и 5 английских. Это уже давало возможность вести систематические операции подводных лодок в открытом море. Но полученная возможность в значительной мере гасилась затрудненными условиями их использования.

Что касается последних предположений командования об атаке противника «по частям», то этой надежде не суждено было осуществиться ввиду того, что немцы избегали давать такой удобный случай для русского флота, а командование последним не было склонно искать его, тем более что базирование флота, не говоря уже про Ревель и Гельсингфорс, но и в более выдвинутых районах Або-Оланда и устья Финского залива, затрудняло быстрый выход флота в район, где встреча с противником особенно вероятна – в южной части Балтики.

Состояние обороны в 1916 г.

Если активные предположения командующего флотом Балтийского моря не отличались ясностью, и в самой постановке задач мы не наблюдаем подлинного устремления к их разрешению, то меры оборонительного характера командованием были предусмотрены в широких пределах.

Наметившееся в предыдущие годы расширение оперативной зоны на Моонзунд и Або-Оланд теперь подлежало закреплению и сведению в один цельный план обороны побережья.

Первой и наиболее крупной мерой в этом отношении являлось устройство так наз. Передовой минной позиции на участке Эрре – Даго, образуемой поставленным в этом районе большим минным заграждением с защищенными флангами (см. схему № 84).

Схема № 84. Береговая оборона Балтийского моря к октябрю 1916 г.

Задачей Передовой позиции являлось служить передовым рубежом для боя с противником при его намерении прорваться в Финский залив, прикрыть сообщение Або-Оланда и Моонзунда как между собой, так и с главной базой флота в Финском заливе; служить опорой обороны флангов обоих вышеуказанных районов. Передовая позиция смыкала линию обороны в один фронт. Фланги ее должны были быть защищены 12-дюймовыми батареями на острове Эре и у мыса Такхона. Минное поле было поставлено весной 1916 г. в количестве 4000 мин.

Крупные мероприятия были начаты и для обороны Моонзунда. Уже весной начались работы по углублению Нуке-Вормского фарватера до 26 фут., чтобы была возможность провести большие корабли для обороны Рижского залива (в Моонзунде зимовал линейный корабль «Слава», проведенный через Ирбенский пролив кружным путем. Но после новых заграждений Ирбена вывод его и ввод других больших судов уже был невозможен). С прорытием этого канала оборона Рижского залива получала новую устойчивость.

На Цереле для защиты минной позиции была проектирована постановка 12'' батарей, и ряд других батарей на островах Моонзунда. В Рогокюле сооружалась маневренная база для морских сил Рижского залива.

Общее состояние обороны Балтийского театра в 1916 г. показано на схеме № 84.

Очерк боевых действий на Балтийском море в кампанию 1916 г.

Как уже было упомянуто выше, кампания 1916 г. на Балтийском море началась продолжительным периодом затишья в военных действиях. Немцы не проявляли широкой активности. Они ограничивались воздушными налетами, высылкой подводных лодок к русским берегам, и изредка – крейсерством отдельных отрядов в море. Крупных операций как весной, так и до конца кампании этого года ими не предпринималось.

Что касается русской стороны, то операции, о которых упоминал план на 1916 г., остались в значительной своей части неосуществленными.

Заграждений неприятельских берегов не производилось. Вся энергия ушла на усиление минных полей Передовой, Ирбенской и Главной позиции и в море в средней Балтике. Сюда были израсходованы наличные запасы мин заграждения.

Операции русских подводных лодок проходили систематически и по определенному плану. Почти в течение всей кампании они посменно крейсировали в районе Либавы и у германского побережья, утопив несколько вспомогательных судов противника и ряд коммерческих пароходов. Крупного же результата ими достигнуто не было.

В равной мере не достигли цели операции, предпринятые крейсерами и миноносцами для нападения на торговые пути между Германией и Швецией. Таковые операции были организованы в порядке отдельных набегов и привели лишь к потоплению нескольких пароходов.

Говоря про кампанию 1915 г., мы указали, что это важнейшее для хода военных действий направление – на морские сообщения Германии в Балтике – не вызвало к себе достаточно внимания