предположить, что операции германского флота должны будут принять более решительный характер. Ясен был и объект этих операций – Рижский залив, получающий теперь исключительное значение как фланговый район фронта.

Вход в Рижский залив был фактически беззащитен, не имея никакого берегового и позиционного оборудования. От русского морского командования требовалось принять экстренные меры для его защиты, из коих первой была постановка миноносцами минной дивизии минного заграждения в Ирбене.

Этот момент изменения стратегической обстановки на Балтийском море совпал со скоропостижной смертью адмирала Эссена (7 мая).

Планы нового командования Балтийским флотом

Новое командование в лице адмирала Канина, вступившего в должность командующего флотом после смерти Эссена, начало свою деятельность представлением ставке, через главнокомандующего VI армией, о необходимости использования для операций в открытом море вступившие зимой в строй дредноуты, в частности, линейный корабль «Севастополь», хотя бы в единственном числе: «Это необходимо, – доносил Канин, – для поддержания духа в личном составе, которому в огромной массе могут быть непонятны те мотивы, которые обрекают наши лучшие и сильнейшие корабли на оперативное бездействие…».

Приведенные соображения подтверждались указанием, что в связи с вступлением в строй 1-й бригады дредноутов немцы перевели в Балтийское море одну дивизию новых линейных кораблей типа «Кайзер», вследствие чего и наши операции в море требовали более мощной поддержки.

Но ставка продолжала оставаться на прежней точке зрения о недопустимости риска новыми линейными кораблями, неизменно подтверждая старую директиву «всеми способами и средствами препятствовать производству высадки в Финском заливе». Впрочем, допускалось использование для обеспечения активных операций в море кораблей 2-й бригады, но тоже избегая риска.

Таким образом, командующий флотом, по-прежнему, принужден был решать задачу борьбы на море, теперь особенно обострившуюся, ввиду наступления немцев в Курляндии, при помощи второстепенных частей флота, не вводя в действие главных его сил.

Первый период деятельности командования адмирала Канина не ознаменован сколько-нибудь крупными операциями флота. С 7 мая и по 17 июня имели место лишь частные стычки у Виндавы и Ирбена, увеличение минных заграждений в районе у входа в Рижский залив и крейсерство подводных лодок.

Операция крейсеров 1-й бригады 30 мая – 2 июня

Попыткой русского командования перейти к активному образу действий является проект операции набега на Мемель, задача которой была формулирована так: «Пользуясь сосредоточением в Киле германского флота перед императорским смотром, совершить внезапное нападение на Мемель и путем энергичной бомбардировки повлиять на общественное мнение Германии, которое будет на это особенно чутко реагировать, ввиду совпадения указанного выше смотра с активным выступлением нашего флота, считаемого противником совершенно пассивным».

Задача, преследовавшаяся командованием, следовательно, не являлась продиктованной соображениями, вытекавшими из плана операций, и, по-видимому, была следствием отсутствия более определенного объекта для проявления активной деятельности, необходимой для поддержания духа на флоте.

В том виде, как она была задумана, эта операция не состоялась, ибо шедший для бомбардировки Мемеля отряд в составе крейсеров «Баяна», «Адмирала Макарова», «Олега» и «Богатыря», имея при себе миноносец «Новик» и поддержку «Рюрика», встретил 2 июля в густом тумане у острова Готланд отряд германских судов, с которыми имел успешный бой. Германские силы состояли из крейсера «Аугсбург», заградителя «Альбатрос» и миноносцев в одной группе, и крейсеров «Роон», «Бремен» – в другой.

В результате боя заградитель «Альбатрос», сильно поврежденный, был принужден выброситься на берег. Крейсер «Роон» имел также крупные повреждения после боя с крейсером «Рюрик».

Затем отряд вернулся.

Этот частный успех русских крейсеров имел несомненно крупное моральное значение; по существу же – не изменил положения дел на театре, обязав немцев лишь к большей осторожности при посылке слабых отрядов в северную часть Балтики[67].

Боевые действия в Рижском заливе

Между тем, германское наступление в Курляндии продолжало развиваться. В середине июля русские должны были очистить Виндаву, а фронт армии откатился к Риге.

С этих пор оборона Рижского залива занимает центральное место среди боевых операций на Балтийском море.

Еще ранее, как только возникло опасение отступления армии, было принято решение об усилении обороны Рижского залива. Для этой цели сюда была переведена минная дивизия и отряд канонерских лодок; в Церельском проливе было поставлено заграждение, пока еще слабое. Что же касается береговой обороны, то таковая была сосредоточена главным образом для защиты южного входа в Моонзунд и прикрытия маневренной базы русских морских сил в Куйвасто. Церельский же пролив не был охраняем береговыми батареями.

Этих средств было совершенно недостаточно для обороны залива, вследствие чего 1 августа сюда, через Ирбен, был введен линейный корабль «Слава», который придал обороне некоторую устойчивость, хотя бы от второстепенных судов противника.

В основу обороны была положена идея защиты минной позиции в Ирбенском проливе наличными силами. «Слава», кан. лодки и миноносцы должны были препятствовать тралению неприятелем минных заграждений и вступить с ним в бой при попытке форсирования Ирбена.

Другой задачей морских сил Рижского залива являлось непосредственное содействие флангу армии в прибрежном районе. Миноносцы, канонерские лодки, а в нужный момент и «Слава» неоднократно обстреливали германские позиции, согласуя свою работу с действиями флангового отряда сухопутных войск. Участок побережья от устья Двины и до Шлока, покрываемый огнем судов, благодаря их поддержке, оставался прочно занятым в течение всего времени включительно до 1917 г., до падения Риги.

9 августа, вскоре после падения Виндавы, сильный германский отряд в составе 7 линейных кораблей (додредноутского типа), 4 броненосцев береговой обороны, 2 броненосных крейсеров и нескольких легких крейсеров, при значительном количестве миноносцев и тральщиков, подошел ко входу в Рижский залив с намерением его форсировать. Однако при этом немцы не проявили особой настойчивости: русские морские силы со «Славой» во главе с успехом препятствовали тралению и после небольших потерь немцы ушли.

16 августа германский флот в больших силах (в его составе были и дредноуты) появился в северной части Балтийского моря. В то же время отряд в составе нескольких линейных кораблей, крейсеров и многочисленных миноносцев вновь приступил к подготовке прорыва в Рижский залив, прикрывая огнем работу сопровождавших его тральщиков.

Наши силы своевременно сосредоточились к Ирбену. Туманная и тихая погода благоприятствовала неприятельским тральщикам, часто закрывавшихся туманом, вследствие чего стрельба наших судов в это время успешной быть не могла. В этот день противник, имевший подорванными на минах один крейсер и несколько миноносцев, не был допущен в Рижский залив.

В ночь на 17 августа немцы выслали по протраленному проходу два новых миноносца для атаки «Славы». Ночью они имели несколько безрезультатных встреч с нашими миноносцами, от которых легко уходили благодаря большому ходу. Но утром их нагнал «Новик», от которого они уйти не могли. В прошедшем, прекрасно проведенном «Новиком»