Впрочем, это неважно. Сейчас неважно. Протягиваю руки и прикасаюсь к голове Риси, чувствуя, как внутри меня начинает бурлить магия. Возможно, все так плохо, как мне представлялось.

Без труда нахожу поврежденное место. Одно одновременно и на лбу, и на затылке. Прикладываю обе руки и позволяю своей силе выйти наружу.

Через несколько секунд Риси расслабляется. Я не отнимаю рук, продолжая направлять энергию, при этом чувствую, как мне мешают.

― Все, хватит, голова уже прошла.

Риси освобождается от моих рук и встает. Она все еще выглядит бледной и нездоровой, но ее лицо больше не искажено болью. Скорее, ее взгляд встревоженный и грустный.

― Нет, ― твердо говорю я и встаю тоже. ― Ты не до конца исцелилась. Осталось что-то еще. Я могу это убрать, если немного дольше…

― Я здорова, ― перебивает Риси. И тут же опускает взгляд, теребя руки. ― Не хочу, чтобы ты себя истощала, ― тихо добавляет она.

― Я не… ― начинаю, но тут же прикусываю губу.

Риси мягко берет меня за руку.

― Спасибо, ― говорит она. ― Но, правда, не нужно.

Выдергиваю руку и становлюсь к ней полубоком. Мне не нравится вообще все, что происходит сейчас. Риси не может знать обо мне ничего. Для этого ей нужно войти в определенное состояние, заглянуть в мое прошлое и… Да о чем это я? И почему так предательски щиплет в носу? Я же… я будущая студентка драконьего факультета. Да я сама ― дракон! Почему меня цепляет всякая ерунда!

Нет, Риси не может знать, что обычно меня истощали, пользуясь моим даром, пока я не падала без сознания. И никому до этого не было дела.

― Послушай, ― я начинаю сердиться. ― Если ты пойдешь в целительский отсек, и там обнаружат, что я не до конца убрала болезнь…

― Я не пойду. ― Упрямая девчонка пожимает плечами, обхватив себя руками.

Начинаю немного сочувствовать ее брату.

Странно, мы одного возраста, но эта пигалица ведет себя как ребенок!

― Тебе придется…

― Все знают, что на целительском факультете нужно готовить снадобья и изучать разные болезни, ― пространно замечает та, глядя расфокусированным взглядом.

― Весьма бесполезные занятия, ― фыркаю я.

― Там никто не исцеляет руками, ― продолжает Риси. ― Никто. Ни один человек.

― В смысле?

Я начинаю что-то понимать.

― Только Избранные так могут, им даны сверхспособности, ― замечает та.

― О да, я помню, что я…

― Но это не означает, что ты всем должна. ― Риси пожимает плечами, немного надувшись. ― Ой… это предупредительный звонок, ― она вздрагивает, когда слышит удар колокола. ― Мне пора бежать, а то я так долго ищу эти кабинеты…

Еще раз сжав мою руку, хотя я не давала на то согласия, Риси подхватывает длинные юбки зеленого платья и спешит к своему корпусу.

С изумлением осознаю, что прошел целый час. Сколько времени я пыталась избавить свою новую подругу от головной боли? Уж явно не пять минут, а, кажется, дольше…

И только сейчас до меня доходит ужас всего.

Я действительно оказалась на бесполезном для меня факультете, потому что умею и могу больше, чем кто-либо, даже из лучших целителей. Потому что мне не надо изучать болезни и методы их лечения. Я просто чувствую их и выпускаю энергию. Болезнь исчезает. Вот так легко и просто. Зачем все эти снадобья, годы ментальных практик, изучение заклинаний, которые работают через раз и не у всех?

С едва сдерживаемым стоном опускаюсь на корточки, глядя как сочная трава темнеет и теряет насыщенный цвет от моей тени.

Прямо сейчас пойду к ректорскому кабинету и попрошу аудиенции у госпожи Мальфас. Надо срочно что-то менять.

8 глава

Лорен

Интересно, что должен чувствовать человек, когда его многолетние усилия идут прахом?

Боль, злость, ненависть? Горькое разочарование? Прежде всего, в себе.

Один-единственный неправильный день ― и я потерял дом. Хотя все уже было на мази!

Не думаю, что должен винить госпожу Мальфас за ее решение не отпускать меня с распределения адептов. Это ее железное правило, которому она не изменяет уже много лет. А вот мое занятие она легко разрешила мне перенести на другой день.

Медленно вдыхаю и выдыхаю, откинувшись на кресло в своих покоях, что мне выделили в корпусе на все то время, пока идет учебный сезон. Сестра ничего не знает. Она даже не догадывается о том, что нам и дальше придется кочевать по съемным поганеньким квартиркам: на большее мой зарплаты не хватит.

О, она о многом еще не догадывается.

Она не знает обо мне ничего.

Кажется, я тоже плохо знал свою сестру и даже не мог предположить, что она меня ослушается.

Пытаюсь написать пару слов в рекомендации