рамках такого огромного войска они всё равно действуют небольшими отрядами. Обычно до трёх десятков особей, которые неплохо координируют действия между собой.

А если враг кажется слишком сильным даже для большого отряда гухулов, они начинают кружить, выбирая удобный момент, чтобы ударить и кого-нибудь убить. Ну а если вспомнить, что сон и еда им не нужны, а ночью они станут сильнее и быстрее… В общем, несложно понять, чем закончится такое противостояние.

К сожалению, далеко не все люди знают о подобных особенностях гухулов. Вот и тут охрана приняла гибельное для каравана решение: выстроила круг из телег и приготовилась отбивать атаку. Это бы гораздо лучше подошло для борьбы с тупыми и прямолинейными врагами.

Спасало караванщиков то, что воинов в караване было, мягко говоря, немало. Если считать тела у телег и тех, кто ещё сражался — несколько сотен. И сразу было видно, что это чересчур для ста переханов и двух десятков телег, запряжённых гнурами. Большим такой караван не назовёшь. И для его охраны хватило бы двух сотен охранников.

А если обратить внимание на броню и оружие охранников, становилось ясно: тут задействованы не наёмники, а чьи-то воинские подразделения. Пусть и без каких-либо опознавательных знаков.

И эти несколько сотен охранников совершили классическую ошибку при борьбе с гухулами. Встали в оборону. Гухулы такое любят. Они немедленно закрутили кольцо из собственных отрядов, принявшись наскакивать на те участки людской обороны, которые казались им слабыми.

И, надо сказать, получалось у демонов неплохо.

А вот лучники каравана не справились с методичным выбиванием набегающих гухулов. И потери охранников приближались уже к трём сотням человек. Да, конечно, гухулы тоже несли потери. Но если бы охрана каравана приняла бой не в круговой обороне, а в чистом поле, размен был бы гораздо выгоднее для людей.

В общем, картина была ясная: мы уже такие осенью наблюдали, когда встречали беженцев. И план атаки на подобный случай был отработан заранее.

Сначала вперёд устремились кочевники, подбадривая себя громкими криками и пуская стрелы во врага.

Гухулы, обнаружив новую цель, всегда переключались на неё. Что, естественно, произошло и в этот раз. Большая часть демонов понеслась к моим людям. А наши кочевники, не став ввязываться в бой, начали отступать и не прекращали при этом стрелять. Причём большей частью по задним рядам гухулов — даже когда те растянулись в длинную змею.

Получалось, что бегущие первыми демоны и так видели врага, поэтому продолжали бежать. А отстающих подбадривали прилетающими стрелами. Илосцы же, вооружённые копьями, разделились на два отряда. Один вёл я, другой — Истор.

Мы обошли гухулов по флангам, развернули переханов… И понеслись навстречу друг другу с таким расчётом, чтобы смять врага, одновременно ударив с двух сторон. Гухулы хоть и высшие демоны, но такие сложные тактики не распознают. Обычно выбирают одну сторону нападения и защиты.

А главная хитрость тут в том, чтобы быстро отвернуть, если гухулы развернулись именно к тебе. В то время как второй отряд, зашедший с другой стороны, больно ударит им в тыл.

С этими построениями в самом начале было сложно. А теперь уже сказывалась выучка. Да, смещение всадников вызывало определённый хаос. Но с учётом дневной скорости гухулов — это было не так опасно.

Первым ударом мы убили и потоптали большую часть демонов. Отдельные особи попытались развернуться и бежать обратно к более сговорчивым караванщикам. Однако хлынувшие обратно кочевники добивали их стрелами, а затем уносились дальше, тоже в сторону каравана, где ещё оставались враги.

Когда до места схватки гухулов и караванной охраны добрались илосцы, всё было кончено. Впрочем, мы лично уже помочь ничем не могли. Большая часть наших копий была к тому времени потеряна. Это в низших демонах оружие при убийстве не застревает, потому что они песком рассыпаются. А вот гухулов копьями много не перебьёшь.

Спешившись за сотню шагов от круга телег, дальше я пошёл пешком. Навстречу мне выдвинулся мужчина в добротном доспехе, который больше подошёл бы регою, чем охраннику.

— Благодарю за помощь! — приветствовал он меня. — Моё имя Даян. Я начальник охраны этого каравана.

— Я воевода Ишер, — представился в ответ я. — Сильно вас потрепали.

— Так и есть, — кивнул Даян. — Сутки гнали нас вдоль холмов, сволочи… Как догнали, я думал, всё, конец нам, не справимся…

— Не стоило вставать в оборону. Гухулов надо бить в открытом бою, — сообщил на будущее я.

— Спасибо за совет. А, кстати, почему «воевода»? — уточнил Даян, окидывая меня цепким взглядом, но информацию про гухулов явно на ус намотал.

— Как-то так сложилось, — пожал я плечами. — В Эарадане называли так же. Вот и, отправляясь сюда, я не стал ничего менять.

— Ясно. А мы идём с севера. Пытались пробиться в Приозёрье через Приграничные Холмы. Хотели сначала идти по дороге из Блестящего Холма в Каменок, но… Слишком много демонов. Решили идти в обход, вдоль холмов… Но всё равно не смогли проскочить незаметно.

— Это теперь непросто, — пожал я плечами.

— О! Как прекрасно, что вы нас встретили! — со стороны каравана к нам приближалась женщина, вид которой вводил в некоторое недоумение.

Сколько ей было лет? Я бы не решился сказать. Есть женщины, для которых время в какой-то момент останавливается, отчего их внешность не меняется десятилетиями. Ей могло быть тридцать, могло быть сорок, могло быть пятьдесят… Или даже шестьдесят.

С такими никогда не угадаешь. Иногда возникает ощущение, что они всё время молоды, а потом прямо из молодости перепрыгивают в старость. Причём исключительно по собственному желанию. Возможно, привязывают этот переход к какому-то событию в жизни: правнук родился, муж преставился, внук женился…

Если бы эта женщина была ещё и ослепительной красавицей, я решил бы, что Край Людей и без обычных демонов в большой опасности. Но, к счастью для человечества, она была просто миловидна. Приятные черты лица, раскосые глаза с хитрым прищуром, острый подбородок.

Фигура… Фигура у неё была… Наверно, подошли бы слова: стройная, сухощавая… Но если судить по тому, что очерчивало белое то ли платье, то ли балахон, напоминавший жреческие одеяния… И облегавший эту самую фигуру при каждом шаге… В общем, иногда стройность бывает, скажем так, избыточной. И напоминает о плоских, как стол, равнинах, на которых мы пребывали.

Нет, конечно, я никогда подобного не скажу девушке. А про приличную девушку и думать такого не буду. Однако тут всё моё существо кричало, что