– Горе – слишком тяжкое бремя, чтобы нести его в одиночку, – ласково проговорила У Фан. – Для меня большая честь, что вы решили довериться мне. – Затем она улыбнулась. – Но я ведь врач… вернее, будущий врач. Так что вы можете рассказать мне все.

Улыбка девушки обезоружила Чарльза, и его настроение переменилось.

– Помните, что вы говорили о Яньбу, когда мы плыли на корабле?

– А что я такое говорила? Я уже и забыла, – искусно притворилась У Фан.

– Не ручаюсь за точность, но что-то насчет того, что он помешан на науке. Не могу отделаться от ощущения, что в этом замечании было что-то странное. Простите, если я ошибаюсь, но мне показалось, что в ваших словах – и в тоне тоже – чувствовалась неприязнь.

Девушка, стоявшая перед ним, внушала доверие, и Чарльз не испытывал неловкости, говоря с нею начистоту.

– Так вот почему вы… – Она замялась и как будто слегка отступила в темноту, но затем на ее лице вновь появилось выражение благодарности. – Прикрыли меня в доме Шэнь.

Чарльз стал серьезным.

– Я прав? Яньбу действительно вам не нравится?

У Фан взглянула ему прямо в глаза:

– Что ж, не стану лгать. Да, я думаю, что он недостоин Цзяли.

Ее собеседник покачал головой:

– Но вы с ним даже не знакомы!

Она ухмыльнулась:

– Уже успела познакомиться.

– Когда же?

– На второй день моего пребывания в Фуди новобрачные пришли навестить родителей Цзяли. Там-то мы и познакомились.

– И?

– Яньбу показался мне достаточно приятным, но… – У Фан запнулась. Она не могла сказать, что чувствует на самом деле: Цзяли настолько великолепна, что ни один мужчина просто не может быть ей ровней.

– У Фан! – Чарльз оживился. – Вы ее лучшая подруга и, конечно, думаете, что ни один мужчина ее недостоин. Но поверьте мне, в лице Яньбу Цзяли нашла настоящего благородного мужа!

– Неужели? – чуть слышно прошептала У Фан. Кажется, после его слов она испытала облегчение, а не гнев, как он опасался.

– Я в этом уверен! – воскликнул Чарльз и с воодушевлением продолжил: – Вы встречались с ним всего один раз. Вы не знаете этого человека, а я знаю. Я работаю с ним бок о бок!

– Похоже, Яньбу пользуется в училище популярностью!

– Да, все его любят и уважают.

– Счастливчик!

– И ему вдвойне повезло, что он так скоро заслужил внеочередной отпуск.

– Вы считаете, что Яньбу вернулся именно поэтому? – Голос У Фан стал настороженным. – Вы не думаете, что дело в чем-то другом?

– Ну это, разумеется, лишь мое предположение. Однако директор Цзо имеет репутацию эксцентричного, но доброго чиновника: он часто отправляет сотрудников домой по семейным обстоятельствам, особенно молодоженов… – Чарльз улыбнулся, уверенный, что это успокоит и даже развеселит У Фан.

Но девушка лишь кивнула, а затем заявила, что у нее внезапно разболелась голова:

– Мне нужно пойти домой и отдохнуть.

Всю дорогу, пока они спускались, У Фан молчала, что было ей несвойственно, но Чарльз, находившийся под впечатлением от чудесного спасения и подъема наверх при лунном свете, даже не заметил. Сам он искренне радовался незапланированному отпуску Яньбу; ему и в голову не приходило, что его молодая спутница может думать иначе.

Глава пятая

Цзяли замерла в нерешительности возле двери в кабинет мужа.

– Сестрица! – окликнул ее Яньбу.

– Почему ты вернулся так рано?

– Ты недовольна?

– Не говори глупостей! Конечно же, я очень рада. Просто… это немного неожиданно!

Она скользнула в комнату, как большая грациозная кошка. Яньбу одновременно восхищался женой и немного ее побаивался.

– Все было в порядке в мое отсутствие?

– Да.

– Матушка тебя не обижала?

Она поведала мужу о визите У Фан, о том, как его мать сперва приняла подругу за мужчину. Он искренне рассмеялся вместе с ней, откинувшись на спинку стула. Когда речь зашла о спасении Чарльза, Яньбу подался вперед и внимательно слушал, не переставая нахваливать Чарльза так же, как тот нахваливал ранее его самого.

– Ну конечно, вы двое – само совершенство, – поддразнила его Цзяли.

Он кивнул, довольный и ободренный ее интересом.

– Но ведь у Чарльза наверняка есть и недостатки, куда же без них?

Яньбу нахмурился, тщательно обдумывая вопрос. Он снова откинулся в кресле, скрестив руки и закрыв глаза; слабая улыбка раздвинула уголки его губ, а звездные карты и диаграммы на стене за спиной стали прекрасным фоном для лица. Его расслабленная поза вызвала у Цзяли прилив нежности. Муж всегда нравился ей больше в обстановке своего кабинета: здесь он был как-то больше похож на самого себя.

Яньбу открыл глаза и поймал на себе взгляд жены. Он не отличался особой чувствительностью, но тем не менее этот взгляд воодушевлял, хотя молодой человек и понимал, что стоит притвориться, будто он ничего не замечает. Вслух Яньбу сказал, что от заморского гостя «немного попахивает», дескать, он чует «специфический запах тухлого молока, который присущ всем иностранцам», да и борода Чарльза кажется ему «грязной».

– То есть он неопрятный вонючка, – рассмеялась Цзяли.

«Какой сюрприз – оказывается, Яньбу умеет шутить. И похоже, отношения у них с Чарльзом и впрямь дружеские».

Она подошла к столу возле кресла мужа, привлеченная выражением его лица.

Их улыбающиеся глаза наконец встретились, и на этот раз Яньбу не отвел взгляда. Они оба поняли, что это самый интимный момент в их браке. Будет ли продолжение?

Да, похоже на то.

– Уже поздно. Пойдем! – Яньбу протянул жене руку.

Цзяли последовала за ним из кабинета в спальню, и сердце ее учащенно забилось. После свадьбы они спали в разных комнатах.

Яньбу направился прямо к кровати и сел, но Цзяли в нерешительности застыла у двери. Он загадочно посмотрел на супругу.

– Что такое? – спросила она, стараясь говорить непринужденно.

Муж неловко вздрогнул:

– Ты не поверишь, почему мне позволили поехать домой.

– Расскажи!

– Директор Цзо был в отъезде, и сегодня, после возвращения, – Яньбу запнулся, а потом робко продолжил, избегая ее взгляда, – он послал за мной. Поздравил меня с законным браком… – Яньбу сделал паузу и улыбнулся. – Сказал много приятного о тебе и твоей семье, о том, как он всегда восхищался ученостью твоего отца и им самим, а еще… – Яньбу вскинул голову, – предупредил, как непросто быть мужем женщины хакка. «Женщины хакка крепкие, как железо, и не зря им не бинтуют ноги» – вот его слова.

Цзяли покраснела:

– Так вы, стало быть, обсуждали мои ноги?

Голос мужа стал еще загадочнее.

– Я думал, что на этом все, но после обеда, в середине урока, получил от директора вот это… – Он спрыгнул с кровати, потянулся к своей сумке и что-то оттуда достал. – Прочти сама!

Это оказалась короткая записка, написанная