шесть раз. Откажетесь – выставлю завуча в качестве учебного пособия, и поверьте, когда – замечу, не «если», а «когда» – эти шкеты собьются в стаю, они завалят даже вас. И… почему вы улыбаетесь? – с подозрением остановился тот посреди своей пламенной речи.

– Нарадоваться не могу: всего третий месяц как вы не пьете и не курите, а выдали уже второй вариант реформы преподавания предмета. Воистину быстр в нашем учебном заведении путь от автослесаря до горящего своим делом профессионала! – Вспомнивший о своих вынужденных лишениях Игорек посмурнел и насупился, и волчица решила перевести тему: – Вы, кстати, как, насчет профсоюза богатырей в розыске еще не надумали? А то на территории уже третий завелся, все гадаю: он тоже в бега подастся или мне следует бороться с предчувствием, ой, простите, предвзятостью?

Устало посмотрев на руководителя – и это в девять-то утра! Профессионал, что тут скажешь, – Баранов выложил на стол бумаги и пододвинул к ней.

– Я новости школы в телефоне читал, ага. Заразился, знаете ли, от Ипполиты склонностью ежедневно проверять, кого вы к нам опять понабрали, а то, как выяснилось, мне же впоследствии это за уши из болота и тащить. Но Кириллов сын – вторая наша тема, сначала подпишите смету.

С легким сердцем выполнив необходимое – сумма наконец-то совпадала хотя бы с нижней границей ее расчетов, что свидетельствовало либо о недостаточной информированности нового преподавателя БЖД, либо о его оптимизме – и из вежливости выслушав мнение Игоря Октябриевича о ее тяге сгонять под одну крышу тех, кого стоило бы рассадить по углам, и этим усугублять ситуацию, Лютая в конечном итоге спровадила его, впустив в кабинет заспанного Романа. В воспитательных целях глянула на часы.

– Что-то вы припозднились.

– Альма Диановна, имейте совесть! Кто на девять утра после пятнадцатичасовой дороги встречи назначает?

Госпожа директор выгнула бровь.

– Замечу, в прошлый раз долгое путешествие вовсе не помешало вам сперва обскакать чуть ли не всю территорию, а потом практически вломиться в мой офис, минуя столь воспеваемые стадии «поспать, выпить кофе, поспать снова».

Медведь потупился:

– Так я это… Тогда на адреналине был.

– Что-то запрещенное? – нахмурилась волчица.

Беркович замахал руками:

– Не, запрещены амфетамины, а адреналин – просто гормон. Вырабатывается в организме естественным путем при сильном волнении или высоких физических нагрузках и оказывает стимулирующее воздействие на нервную систему: ну там уровень бодрствования повышает, энергию, все дела. Еще вызывает психическую мобилизацию и реакцию ориентировки, из побочек – ощущение тревоги, беспокойства или напряжения.

– Предположим. Приятно видеть, что профессию вы еще хоть немного помните, но пора бы и на рабочий лад настраиваться, сентябрь на носу. С новостной рассылкой успели ознакомиться?

– Обижаете: я ж как понял, что проспал, сразу к вам… – крутя тоннель в ухе, пробурчал медбрат.

– Тогда кратко: по сравнению с прошлым годом у нас три изменения. Первое – в качестве сотрудника вневедомственной охраны к АСИМ приставлен богатырь, и теперь вам поручено следить, чтоб мальчик у нас шею не свернул.

– Себе или кому-то?

– В принципе, – неодобрительно сверкнула глазами Лютая. – Далее, вторая инновация – БЖД выходит на качественно новый уровень и теперь будет преподаваться двумя довольно известными в узких кругах богатырями. И если в их профессионализм я верю более чем, то в опыт работы с подростками – уже чуть меньше, поэтому еще одной вашей задачей станет дежурство на их уроках.

– Кстати, а эта парочка как-то провинилась или почему оказалась у нас? – насторожился Беркович.

– Исключительно по собственному желанию.

– Опять цепи?

– Ромочка, вам ли не знать о наших принципах индивидуального подхода в кадровой политике? – возмутилась директор.

– Цепи и шантаж? – исправился медбрат.

– Да, но они потребовались только для вашего кумира, его коллега пополнил наши ряды по рекомендации Богдана Ивановича. Так вот, третье изменение, на сладкое: поскольку летом вы умудрились закатить сцену, назначаю вам дисциплинарное взыскание в виде выговора и даю шанс оное отработать. Конкретней – предлагаю раз в две недели примерно по часу скрашивать своим обществом обязательные посещения АСИМ родственнице одного из наших учеников.

– Это еще кому? – нахмурился медведь.

– Госпоже Анзу.

– А взыскание в чем? – нагло заулыбался он.

– Не действуйте мне на нервы, – неодобрительно посмотрела на него из-под очков директор.

– Ладно, ладно. Но делать-то мне с ней чего?

– Это уже не моя проблема. Можете хоть весь час, как любите, ходить вокруг да около.

А вот тут Беркович наконец насторожился. Тоже мне, еще один бывший ученик, уверенный, что уж его-то шалости так и остались секретами.

– Вы сейчас образно выразились?

– Роман, если вы думаете, будто от меня в моей же школе можно что-то утаить, – подумайте еще раз и повторяйте этот увлекательный процесс, покуда не придете к более логичному выводу, – устало покачала головой Лютая. Ох уж эти Ромео на минималках. – Ну а поскольку изменений, как выше я уже упоминала, всего три, четвертую новость угадаете сами – да, брат Адель, Лаэрт, продолжит обучение в стенах нашей прекрасной школы.

– Хочу обратно в отпуск, – жалобно пробурчал медбрат.

– Ну вот, – расплылась в улыбке госпожа директор. – Узнаю ваш рабочий настрой.

Сегодня вместо визита в избушку лешего Ирина решила немного побродить по территории интерната, чтобы, как выражались другие писатели – «пособирать фактуру», хотя по ее личным ощущениям скорее «попытаться избежать совсем уж откровенных косяков»: скоро АСИМ наполнится учителями и детьми, а ей про лето и пустующую школу еще дописывать и дописывать… К примеру, преподавательские коттеджи. В отсутствие обитателей за ними все равно ухаживали, как минимум косили траву и следили за состоянием крыш и проводки, но чем-то неуловимым летняя улочка с домиками все равно отличалась от зимней, и наличие цветочков вместо сугробов в счет не шло. Бродя туда-сюда, Искра внимательно разглядывала обстановку, дабы это отличие уловить и перенести потом в книгу, но после приветствий от медленно убежавшего куда-то в сторону ворот Кирилла и вернувшегося домой в мрачном расположении духа Игоря задалась вопросом, а кто, собственно, кроме нее, богатырей и вечно торчащей в школе Ипполиты, тут вообще летом жил. Судя по неровно висящей калитке, успел вернуться Беркович – и очень вовремя, у нее как раз появилась пара вопросов по нечеловеческой анатомии, на которых гугл слился, – а судя по царапинам на другой двери, кто-то новенький въехал и в один из запасных коттеджей. На табличке значилось несуразное «ДТ-5»: поисковик на это сочетание выдавал дизельное топливо, датчик тока, тамбурную дверь и дифманометр, чем бы это ни было, и недоумевала теперь Ирина скорее даже больше, чем до гугления. Будем надеяться, что