это способны в основном те, кто наделён силой — способностью открывать червоточины. Некоторые навигаторы обладают дополнительным даром — даром поиска. Они могут, например, искать золото — и не только на родной планете, а во всей Вселенной!

В какой-то момент появилось множество рас, завидующих навигаторам, а среди них — раса религиозных фанатиков, считавших, что каждый вид должен обитать на своей планете. Мол, негоже кому-то прыгать с планеты на планету и помогать через космические станции, которые называются маяками, всяким путешественникам. Одна раса — одна планета. Так должно быть во Вселенной.

Глесиус — предводитель этих религиозных фанатиков — бросил все силы на уничтожение навигаторов. В этом ему помогали предатели с Франгаг. Сначала Глесиус избегал массированных нападений, он всегда действовал исподтишка — разобщал вигов, нарушал их связи, разрушал устои древней цивилизации, уничтожал маяки. У вигов не хватало сил, чтобы сопротивляться. Их численность сокращалась с ужасающей быстротой. Маяков оставалось всё меньше. Со многими из них пропала связь. А потом армия Глесиуса нанесла массированные термоядерные удары по планете с орбиты Франгаг. На века планета исчезла с политической арены Вселенной, она даже откатилась в развитии до земного средневековья. Спустя время планету снова «открыли», и раса стала возрождаться.

Вот такие сказки у вигов.

Доглесианский период закончился, по меркам Вселенной, пару секунд назад, то есть прошло меньше ста лет. А текущий период виги называют новейшей историей.

Во всём этом меня зацепило одно.

— Лиг, о каких маяках ты говорил?

На Земле маяк — это морской ориентир, который используется для опознавания берегов. Маяки строят на берегах или остатках скал, так, чтобы их можно было увидеть в любую погоду и в любое время суток.

Мы с Лигом сидели на полу в трюме «Кометы», и я расспрашивала его о мире навигаторов, в который мы отправлялись. Он тепло улыбнулся.

— Маяк, Лани, — пояснил Лиг, — это потрясающая космическая станция, находящаяся в центре чёрной дыры. Именно чёрная дыра даёт маяку энергию. Такой станцией может управлять только виг. Возможно, сможет кто-то ещё, если это подтвердится физическими и математическими законами. Пока действующих физических и математических моделей построения червоточин не существует. Чаще всего маяки — это типовые станции. Все они похожи на швейную иглу, расширяющуюся кверху, с тремя нанизанными на неё кольцами. Кольца и игла соединяются между собой коридорами. Самое верхнее кольцо — самое маленькое, там находятся отсеки команды, столовая, медицинский отсек. — Тут он улыбнулся и прикрыл глаза.

Он бывал на маяке?

— Там же находится кают-компания. — Я знала, что это такое. Читала об этом в фантастических и приключенческих романах Жюля Верна и Эндрю Нортона. Это место, где экипаж собирается для совместного отдыха. Воодушевлённый Лиг рассказывал дальше: — На втором кольце, Лани, в основном располагаются гостевые и технические отсеки — там установлены системы по выработке воздуха, воды, энергии, питающей станцию. А на третьем, самом большом кольце чаще всего находятся причальные доки и трюм.

Смотрители маяков обязаны помогать всем, кто просит о помощи. Это опасная, а иногда и смертельная, но в то же время интересная и очень почётная работа. Смотрители не просто спасают пострадавших и заблудившихся путешественников, они отправляют их домой, строя быстрые переходы. С каждым годом маяков становится всё больше и больше. Строятся новые маяки, открывают те, смотрители которых думали, что остались единственными во Вселенной.

Я слушала, замерев.

— Я хочу жить и работать на таком маяке! — выпалила я.

Только чем я смогу там заниматься? Какую пользу я смогу принести смотрителю? Буду уборщиком помещений?

Трин, вошедшая в трюм и услышавшая наш разговор, улыбнулась и сказала:

— Лани, маяк — огромная станция, там всегда требуется персонал. Инженеры, обслуживающие установок жизнеобеспечения станции, суперкарго, медики, охрана, пилоты, учёные… Ты можешь выбрать любую из этих профессий и поступить на службу. Но учти — на маяках бывает очень опасно, поэтому ты должна уметь за себя постоять. Хочешь на маяк — выбери профессию, связанную с маяками, и научись владеть оружием.

Я кивнула.

Ну вот, пришло время строить планы на будущую двухсотлетнюю жизнь.

* * *

— Северюшка, — обратилась я к спасённому на Земле котёнку, — пойдём в парк, будем медитировать. Кажется, это второй предмет, по которому у меня нет плохих отметок.

Невероятно, но никто ничего не сказал мне, когда я притащила за пазухой котёнка с Земли. В первые секунды после телепортации на «Комету», когда зрение еще не восстановилось, из—под моей куртки раздалось громкое «Мяу».

Я проморгалась. Всё же телепортация — удивительное дело. Сначала яркий свет пробивается сквозь зажмуренные веки, потом чешется всё тело — даже зубы и волосы. И лишь потом можно открывать глаза.

Лиг, Трин и Хэн, встречавшие меня в трюме, бросились ко мне.

— Лани, у тебя что—то болит? Ты ранена? На тебя напали?

— Не-е-ет, — протянула я, не понимая их тревоги.

— Мяу! — раздалось под курткой.

— Твой организм издаёт странный звук, раньше такого не было!

Лиг, не обращая внимания на мои протесты, принялся оттягивать мне веки, ощупывать уши. Он надавил мне на челюсть так, что она автоматически открылась, заглянул в рот. Поднял мои руки и, убрав свои, наблюдал, как они плавно опустились вниз.

— Мяу! Мяу! Мяу! — испуганно пищал котёнок.

— Твой желудок! — воскликнул Лиг! — Это же коллапс желудка человека!

— Чего⁈ — испугалась я. Всё же, как я успела узнать, элефины — самые лучшие медики во Вселенной. Хотя чувствовала я себя прекрасно. Живот точно не болел.

— Мелания, раздевайся, живо! — Прекрасный эльф из сказок преобразился и стал тираном. Он орал на Трин и Хэна: — Трин, помоги ей раздеться! У Лани серьёзные проблемы! Хэн, в трюме слишком холодно, Лани нужно тепло, тащи амниотическую капсулу в жилой отсек! Бегом, бездранкзовый засранец!

— Мяу-у-у! — снова истошно завопил котёнок.

— Стой! — Теперь истошно завопила я и расстегнула куртку. Сунув руку за пазуху, достала котёнка. Он,