— Не хочешь сам, я помогу.

Грозный голос, огонь, стоящий пеленой в колдовских глазах, быть может, я в последний раз его вижу. А хоть бы и так! Колдун словно несмышленого кутенка поднял меня за волосы, подкинул над полом. Как бы я хотел ему отомстить! Доэль будто и не видит меня, не осознает, что здесь происходит. Эльф спешно принялся расставлять вещи по местам, двигать мебель.

— Вы не посмеете пригласить Снежить в дом, — прошипел я, глядя прямо в глаза колдуна.

— Еще как посмею. И будь уверен, расположу ее к себе, одурманю, чтоб получить то, что хочу.

* * *

Снежить (Маргарита)

Я наклонилась над моделью, треплю его по щеке. Что это? Обморок? Видела же, что парень весь белый! Может, он стройнел, чтоб отыграть роль в этой дурацкой рекламе! Вот и грохнулся в обморок с голоду? Позади меня зазвенели чашки, кажется, в зал кто-то вошел.

— Нашатырь принесите!

— У нас нет такой приправы, — дрогнувший голос, кажется, это Роэль?

— Воды! — я приникла ухом к груди, попыталась различить удары сердца. Бесполезно, кольчуга мешает. Может, еще как-то иначе понять, прощупать пульс? Например, на шее? Я сомкнула обе руки у парня на горле. Хот бы он пошевелился! Хоть бы вздохнул.

— Умоляю, госпожа Снежить! — норвежец положил ладонь мне на плечо, сжал слишком сильно.

— Я не врач. Что я могу? Дайте хоть воду.

— Молю, не трогайте брата. Возьмите кого-то другого. Благодаря вам, мы отбились от орков. Клянусь, любой воин наших казарм станет вашим. Брата только не трогайте. Вам ведь все равно.

— Вы чего?

Я ни слова не поняла из пламенной речи. Какие воины? Какие казармы? Он что — шутит так? Или из-за стресса не может подобрать слов на русском языке. Ну врача он. Похоже, звать сюда не собирается, впрочем, воду мне, кажется, тоже не принесут. Я принялась тормошить фотомодель, со зла даже залепила пощечину по холеной, немного колючей щеке. Сразу видно — мажор, кожа покрыта золотистым загаром, волосы на кончиках высветлены краской будто от солнца. Ненавижу таких ухоженных мужчин, смотрятся они на мой вкус слишком странно.

Парень чуть пошевелился, словно во сне.

— Прошу вас, не избивайте… — шепчет норвежец.

Только бы он на меня в полицию заявление не написал. С этого станется! Можно подумать, я действительно избиваю его драгоценного брата!

— Ему уже лучше, видите? Пощёчина — хорошее средство от всех бед. Смотрите!

— Я не могу этого видеть, госпожа. Клянусь, мы исполним договор. Элиот вновь воссияет. Все, что пожелаете.

Вторая пощечина удалась значительно лучше первой. Быть может я просто набила руку в самом прямом смысле слова о чью-то щетину. Но парень вздохнул, резко сел, вытаращил глаза на меня.

— Как скоро подадут ужин?

Так я и знала, что он рухнул в обморок от банального голода. Можно подумать, под кольчугой его фигуру кто-то увидит.

— Думаю, вам стоит снять доспех, он же тяжёлый.

— Полагаю, не стоит, — парень вцепился руками в собственную кольчугу.

— Делай, что велит госпожа, — поддакнул мне второй.

Не такой уж он и сумасшедший.

— Так у тебя будет больше шансов выжить в ее когтях! Вспомни, мы читали об этом.

А нет, всё-таки сумасшедший. Может, мне пора домой? Или все же стоит дождаться шашлыка. Пожалуй, стоит, а то когда еще я поем в настоящем замке ресторанное блюдо. Напряжение все же спало. Даже захотелось чуть пошутить. Нет, ну не каждый же вечер к моим ногам падают рыцари?

— Голодно мне, — протянула я нашу офисную шутку.

— Г-голодно? Стол уже накрывают, госпожа Снежить, — прошипел фотомодель. Хилый он какой-то.

— Маргарита, можно просто по имени. Мы все свои люди, верно? — сказала я миролюбиво, — Уж после того что случилось, можно сказать, стали одной семьей. Вставайте, Алоис. Сейчас поужинаем, а потом разойдёмся по постелям до утра.

Глава 6

Артур

Дамская собачка и та выглядит лучше, чем я теперь. Волосы колдун мне сам лично намазал миндальным маслом, среди темных прядей мелькают золотые нити. Знал бы кто, что их выдернули из обеденной салфетки. Коса вот только не получилась, даром, что хозяин наш маг одной из высших ступеней. Кудлатое нечто болтается сзади на голове и лишь чуть касается моей шеи. Великие боги, за что мне все это? Я — дракон, я давно был обязан зачахнуть в неволе! Погибнуть от собственной гордыни, разбиться, да хотя бы от голода умереть, а не смотреть на своё жалкое отражение в зеркале. Если б не были связаны у меня руки, клянусь, я бы прямо сейчас разбил хрустальную гладь — немого свидетеля моего позора. Ярче блеснули заклепки на рабском ошейнике. Бесполезно, на то я и собственность господина, что не могу сам себе причинить сколько-нибудь значимый вред. Все, что мне остается — рассматривать себя в зеркале. Отдельная пытка, придуманная исключительно для меня.

Что ж, до эльфа мне далеко, это точно. Грубый рельеф мышц перечерчивают шрамы от былых наказаний и драк. Живот втянут, на нем ясно проступили кубики, никакой гладкости, никакой шелковой кожи. Прядь черных волос скатилась на лоб, дотянулась до края губы. Губы у меня тоже не очень уж аккуратные, слишком надутые, слишком мягкие. На статую бога красоты я точно не похож. Нос, опять же, на нем есть небольшая горбинка — это меня еще подростком скинули в погреб. Помню, как тогда я летел, повезло, что рухнул не на железные колья, а в ящики с овощами.

Или, наоборот, не повезло? Сломал бы я тогда руку, не попал бы сейчас к своему новому господину. Я напряг руки, веревка сильней вошла в кожу, обожгла запястья. Неудобно, когда руки стягивают за спиной так, что ими и пошевелить невозможно, пальцы затекают и становятся будто чужими. Прошлый раз такое было со мной на корабле, когда нас украли из порта, прямо с рабского рынка — десятерых невольников, среди которых только я один был дракон.

Руки после того раза не работали еще несколько дней — тряслись и немели. Благо, мне не нужно было выполнять никакой тонкой работы, только носить мешки, да передвигать по камбузу ящики. Знать бы, о чем думал вэр Конан, когда связал меня так туго? Уж точно не о том, как я продолжу работать на его дом. О Снежити? Нет, это вряд ли. Я уверен, никакую северную деву он не приведет в этот дом. Просто пугает, желает насладиться моим страхом сполна.

А если я ошибаюсь? По спине тонкой струйкой потек пот,