с самого начала ужина погрузился в себя и только и делает, что читает стихи нараспев. Сначала я думала, что это молитвы. Кто знает этих норвежцев, может быть, у них до сих пор принято молиться перед едой? В дань древним традициям и сомнительным общепитам. Ну чтоб не отправиться на тот свет вне очереди из-за отравления. Я читала, всякое бывало в Средневековье, впрочем, и в привокзальных кафе тоже. Но в Средневековье, если уж травили, то хотя бы со смыслом, в наши же смутные времена игра со смертью — вопрос не положения, а лотереи. Может, реальность произвела на парня слишком глубокое впечатление?

— Я могу взять что-то с собой? Самое аппетитное. Просто уже вечер, магазины скоро закроются. Мне бы на завтрак.

— Что именно вы хотите забрать? — спросил Алоис. За столом он хоть немного поел, я настояла, но все равно бледный. Ну нельзя же до такой степени следить за фигурой? Пара килограмм веса ему даже пойдёт. Я бы так и сказала, но немного смутилась. Вдруг парень поймет меня как-то не так? Работу потерять не хотелось бы. Тем более работу, на которой так вкусно кормят!

Голос Ровена стал громче, он буквально начал чеканить слова. Молитва чуть не взлетает в небо прямо сквозь каменный свод.

— Ребрышки, например, — сказала я скромно. Алоис резко вздохнул. Ясно, ребра мне не достанутся, парню и самому мало. А ещё фотомодель! — Колбасу? Окорок? Можно всего понемножку. Буквально чуть-чуть, на бутербродик. Но лучше побольше, я, когда нервничаю, всегда много ем.

Молитва резко оборвалась. Кажется, Ровен наконец-то понял, что беспокоиться об отравлении просто бессмысленно, если уж еды ему не достанется. Нет, ну а что он хотел? Мы — команда, будем делать вместе рекламу, почти что семья! Особо упрямым заказчикам я всегда это говорила. А в большой семье хлопать клювом последнее дело.

— Соберите корзину провианта для госпожи! — резко выкрикнул норвежец и перешел на бархатный баритон, — Я верно вас понимаю, вы готовы отправиться в Элиос?

— Домой, да, я вполне готова, — ответила я безотчетно. В зал принесли огромную корзину, ее за ручки держат сразу двое мужчин. Стол начал стремительно пустеть. Мясо, колбаса, жареная утка, целая гора ледяных яблок, свежайшие фрукты. И все так аккуратно укладывают. Вон и бутыли с соком укупорили и составили в корзину с самого края. Интересно, а в мою морозилку влезут эти запасы? Мне же за неделю столько не сесть, все испортится. Может, в гости к кому сходить? Вон, хоть с этим самым гусенком? Или с уткой? Нет, в морозилку что-то непременно влезет. Но и в гости, я чувствую, придётся сходить.

— Прикажите подать карету для госпожи, мы едем смотреть Элиос, — произнес Алоис громко.

Карету? Это что-то новенькое. Нет, ради того, чтоб вжиться в образ, я согласна на все! А уж тем более прокатиться в карете. Неужели на сегодня назначена сбыча моих детских мечт?

— Вы… — Роэль вдруг стал заикаться, светлая прядь спала ему на лоб, — Соизволите свершить выбор? Я созову стражей.

— Зачем? Еду вы мне сами подарили? Я ничего не взяла без спроса.

Разные бывают заказчики, но, чтобы так? Обвинить меня на ровном месте? Это уже настоящая наглость. Я мигом подобралась и даже вытащила телефон, чтоб позвонить начальнику. Он меня в это впутал, так пускай он все и улаживает как хочет!

— Провиант ваш, все согласно договора. Но… Вы вправе выбрать сопровождение. Любой страж будет к-хм счастлив посетить Элиос этой ночью. Сопроводить вас.

— Не стоит, я сама доберусь. Здесь недалеко., — я покосилась на корзину. В руках я ее точно не дотащу. Даже из жадности, — Просто вызовите такси. Но лучше карету. И все за ваш счет?

— Разумеется, — резво кивнул головой норвежец, — Вы свершите свой выбор? Любой из наших людей сопроводит вас до врат славного Элиоса.

— До дома?

— Я так и сказал.

Я немного посомневалась. Второй этаж и без лифта. Нет, корзину самой мне точно будет не затащить. Позвонить кому-нибудь из друзей? Лучше не стоит. Я в этом платье произведу на нормальных людей слишком сильное впечатление, могут не пережить шока. Редкий маркетолог становится в одночасье фотомоделью из-за чужой прихоти.

— Пожалуй, я буду рада, если кто-нибудь меня проводит до квартиры. Кто-нибудь достаточно сильный. Я готова поделится куренком почти от чистого сердца.

Ровен резко поднялся из-за стола, подошёл в плотную к окну и громко выкрикнул.

— Госпожа Снежить готова свершить выбор!

Разом стихли все голоса во дворе. Кажется, я погорячилась. Куренка мне тоже жаль. И самой столько не съесть. Ну вот почему, если счастье случается, то в каких-то грандиозных, сложно употребимых объемах?

Глава 7

Снежить (Марго)

Зал озарен свечами, у самой дальней стены выстроились в ряд мужчины. Все как на подбор — широкоплечие, рослые, щеки гладко выбриты, а волосы прибраны в недлинные косы, одеты в военную форму былых эпох. Одним словом, актеры. Но впечатление производят такое, что кажется, будто передо мной стоит самое настоящее войско, стража крепости, готовая в любую секунду ринуться в бой. Острые взгляды, смелые лица, прямые спины, осанка и стать потрясают до самой глубины сердца. И тишина стоит такая, что слышен каждый мой шаг, каждый вздох, нелепое шуршание моего карнавального платья.

Я лишний раз боюсь пошевелиться, не то что шагнуть. Замерла и стою. Ровен и Алоис остались позади, у самого входа в огромную залу. Чего от меня ждут все эти люди, почему смотрят словно на спасительницу и в то же время боятся? Один парень немного качнулся, побелел, его тут же подхватили чужие руки с двух разных сторон.

Нет, с этим замком определённо творится что-то не то. Да и зала этого я совершенно не помню. Выборгский замок, он же совсем небольшой. Нет места в нем для столь огромного помещения. Не дворец, а скорее уж крепость, опора, гарнизон. Откуда тогда взялся под моими ногами этот паркет? Эти роскошные люстры? Не понимаю. Может, что пристроили к замку? Нашли старый план и по нему возвели недостающее крыло северной крепости? Нет, невозможно это. Выборгский замок так же точно стоит, как одинокий рыцарь на бранном поле. Не могло у него быть бальной залы. А ведь это именно она и есть.

Легким ветерком колышутся портьеры на окнах. Всюду позолота и немыслимая роскошь узоров на стенах. Лепные карнизы, прихотливая мебель. Так странно. Хочется скорее уйти, сбежать по длинному коридору на волю, вырваться в вечернюю хмарь, где лужи стоят оконцами посреди зимнего