Уверен, Элиос вновь станет сиять. В пророчестве именно так говорилось. Ты помнишь?

— Там не говорилось, где он станет сиять! Может, посреди безлюдной пустыни? С такой-то хозяйкой. Нет, полчище орков мне вовсе не жаль. Как представлю, что на нас льется кипящее масло, так сразу вся жалость проходит. И все же? Как могла женщина пожелать им такую лютую казнь — отмыться до чистоты? Оркам!

— До розовой кожи, — поправил я брата, — А значит, орки сюда никогда не вернутся. Так-то они серокожи. Станем об этом мечтать.

— Станем. А теперь известим короля о победе.

— Точней, о бегстве врага.

— В нашем случае это одно и тоже. И о Снежити. Случилось чудо, она явилась в наш мир.

Брат принял горделивый вид. Так часто случается, когда он смертельно испуган. Например, в битве. Вернейший признак аристократа — улыбаться и выглядеть спокойно и гордо, когда кажется, что жизнь вот-вот оборвется. Кажется, мы рождаемся с этой спокойной мягкой улыбкой на младенческих губах.

— Чудо будет, если мы выживем в полдень, когда Снежить вновь явится к нам! — оборвал я собственные размышления.

Не представляю, кто решится теперь перешагнуть порог Элиоса, когда Снежить пришла в ярость. И ведь есть от чего! Ей достались по договору развалины вместо крепкой твердыни. Нужно было позаботиться о состоянии замка раньше! На что мы только надеялись? На чудо⁈ Чудо будет, если нам поутру не выцарапают глаза. Великие боги, как вспомню эти острейшие когти, так сразу становится дурно. И как только Снежить узнала о том, что ее ждут руины? Нет, ну не руины. Комнаты целы, да и Северная башня еще стоит. Не иначе, как по милости богов. Опять же, портальный зал цел. Я сам навещал его недавно. Да и парадная лестница не так уж сильно осыпалась.

— Хорошо, что внутри успели прибрать самое основное, — внезапно сказал брат.

— Только самое основное?

— Семейство оленей точно выгнали из конюшен. Волкодлак — да, он остался. Ну тут уж ничего не поделать. Тем более уже смеркалось. Я не готов был терять людей. Да и какая разница?

— Он людей убивает.

— Вот и тем более! Избавимся хоть от этой напасти. Маргарита сама им позавтракает. Или отужинает. С её-то аппетитом. Так или иначе, но нам будет лучше.

— Скорее, на ужин. Волкодлаки охотятся по ночам. Хоть бы Снежить успела открыть порталы, а уж потом и ее не жаль будет.

— Совсем.

— В каком смысле?

— Совсем не жаль.

И вновь щёлкнули четки. Не стоит надеяться на волкодлака, умом я это хорошо понимаю. Но сердцем? Может, стоит спуститься в алтарную комнату? Провести ритуал? Вложить больше силы в кошмарного зверя, с которым никто не рискнет вступить в поединок? Даже за золотые монеты! Хотя, казалось бы, за золото иные свою честь готовы уступить.

— А все же не жаль корзины провианта за наш спасенный замок.

В комнату вбежал мальчишка из кухонной челяди. Растопыренные алые уши, рот приоткрыт, запыхался. Кто же его сюда отправил? Почему не страж к нам пришел?

— Под воротами призраки стражей! Велели звать вас.

— Зачем? — холодный пот потек по спине. Вот и новые призраки появились. Бедные парни, продержались с нежитью так недолго.

— Чтоб передать вам от Снежити благодарность.

Алоис потерял сознание, брат просто сполз на пол.

— Где же сами стражи? — безразлично спросил я. Должен же хоть кто-то сохранять самообладание!

— Таятся. Крепостная стена пуста. Все мужчины боятся.

— Боятся чего?

— Вдруг госпожа Снежить еще кого-нибудь призовет этой ночью?

* * *

Марго

Каблук соскользнул со ступени. Нет, историческая достоверность — это хорошо. Не люблю, когда старинные особняки путем реставрации доводят до немыслимого совершенства. Теряют они свой особый флер, загадку и тайну. Все, что остается — безвкусная, почти пластиковая пустышка, практически новодел. Наш город мрачен, он никогда не был светлым. Последний оплот земли над бездной сизого моря. Именно здесь камень, морок тумана и редкий луч солнца, как зов надежды, сплелись в единое целое.

Ненавижу этих клиентов! То, что я согласилась поучаствовать в рекламе в роли фотомодели, не значит, что я готова на большее. Старик Элиос распахнет мне свои объятия! «Щаз»! Как распахнет, так и запахнет обратно! Устрою я ему. И начальник та еще свинья, вот чую, не даром он меня собирал с такой тщательностью на смотрины, ногти накладные клеил. Сам клеил, гримера дожидаться не стал. Еще и носом шевелил, как всегда, когда почует выгодную сделку.

Вернусь в офис — устрою скандал. Продать он меня решил за сходную цену. Теперь я понимаю, почему не все фотомодели у нас в фирме задерживаются надолго. Текучка кадров. Как же! И условия-то хорошие. В целом, если не присматриваться особо к некоторым мелочам вроде неотапливаемой гримерки зимой, отсутствию обедов и ужина, а также легкого перекуса. Зато платят им хорошо, да. Точней, платили.

Я буквально взлетела на небольшое крыльцо. Ни вывески нет, ничего. Что и за ресторан такой? Не понимаю! Притом ручка на двери красивая, золотая. Внутри камин полыхает, свечи оставлены на столе.

Я решительно дёрнула за ручку, та обожгла мои пальцы жаром. Два дубоьлома остались стоять позади, на крыльце, внутрь войти не решились. Интересно, я скоро сумею добраться до дома? Уже как-то бы хотелось отдохнуть и поспать. Да и еда может испортится. На улице стало как-то слишком тепло для весны. Можно подумать, что уже июнь наступил. Наверное, это циклон тронул город. Или антициклон? Я их все время путаю, если честно. Но каждый раз радуюсь и пугаюсь, когда по прогнозу обещают то или другое. Просто на всякий случай.

Я ступила на каменный пол, несмело вошла. И куда только весь пыл подевался?

— Есть кто живой?

Спросила громко, а никто не отозвался. Чувствую, меня здесь не ждут. Вон только пламя на свечах колыхнулось. Так, а это там что? Я подошла к широкому столу. Красивый он, круглый. Алтарь чем-то напоминает. Чем-чем? Глубокие символы испещрили всю поверхность. Или это не символы, а просто царапины от когтей? Ума не приложу, какими когтями можно было так исцарапать камень. Скорей всего всё-таки символы. Может, и руны.

Сильней вспыхнуло пламя в камине, потянуло дымком. Мне почудились чьи-то шаги, внезапно на душе стало очень спокойно. И только теперь я заметила свиток, приколоченный прямо к стене. Вверху мое имя вычерчено с филигранной точностью пером. Красуется, все в завитушках. Ниже надпись «договор». Уже любопытно.

Я подошла ближе и внимательно вчиталась в текст. Не поняла? Перечитала ещё раз. Замок Элиос, а также все окрестные земли от Сизого