его клинке загорелись рунические надписи. Мне оставалось лишь наблюдать, как тысячи молний разрывают мои щиты один за другим.

Боль пронзила тело, когда часть руки вместе с родовым мечом и браслетом-усилителем была отсечена за доли секунды. Я судорожно задышал, пытаясь сообразить, что делать дальше. Вариантов почти не оставалось.

Бежать.

Еще один кинетический рывок и я рванул в сторону, к спасительной темноте леса. Левой рукой я судорожно зажал культю, пытаясь хоть как-то замедлить кровотечение. Сейчас единственная надежда была на то, что они увязнут, сражаясь с местными тварями. Хранилище, вспомнил я и потянулся оставшейся рукой к груди. Филипп смеялся над моей идеей пространственного хранилища в кулоне... Что бы я сейчас делал, не будь его у меня?

На бегу я выдернул из кулона жгут и, зажав его в зубах, наспех перетянул остаток руки. Затем достал ещё одну склянку и швырнул её за спину, не глядя. Главное — скрыться из виду. Позади раздался разъярённый рёв, предвещавший самые страшные кары.

— Да пошёл ты! Как оклемаюсь — вернусь за твоей жизнью! — прокричал я, не оборачиваясь.

Нужно было отрываться. Я нащупал ещё пару флаконов — кровоостанавливающее и обезболивающее. Вылил содержимое на рану, и новая волна боли, я едва не потерял сознание, все поплыло перед глазами. Ноги подкосились, но я удержался, продолжив бежать, хотя движения уже были сбивчивыми. Постепенно зелье подействовало, и стало чуть легче. Но тут из чащи донёсся вой — низкий, протяжный, от которого кровь стыла в жилах. Я мгновенно выхватил новую склянку.

Сорвал крышку и вылил содержимое на себя. И нет, это было не зелье. Этот состав охотники использовали, когда крупный зверь был уже на хвосте. Обычно хватало, чтобы перейти из разряда «сытный обед» в категорию «мерзость, не подойду». Запах был тошнотворный, но сейчас мне было на это плевать. Вспышка молний где-то сзади дала понять — Фостеры не думали останавливаться.

***

Ханна с ужасом смотрела на своих друзей, сражённых одним-единственным ударом. Когда шаровая молния пробила купол Энтони, Рори в стал на ее пути блокируя разряд. Энтони просто вырубило от перегрузки и истощения щитов, но вот Рори был в куда худшем состоянии. Большую часть его тела покрывали страшные ожоги, а руки… руки больше походили на обугленные головешки — ведь именно ими он пытался прикрыться от разряда.

Что делать дальше, они не знали. Потому Ханна просто тратила все свои силы на то, чтобы голем двигался быстрее. Оставшийся с врагом Люций точно вел бой — они видели вспышки заклинаний вдали, — но ситуация была хуже некуда. Энтони, едва придя в себя, начал обрабатывать раны Рори, бережно промакивая их зельем, которое каждому выдал Люций на случай ранений. Но больше всего пугало то, что Рори даже не стонал. Он не приходил в себя.

— За сколько мы доберёмся до Орфена? — спросил Энтони, не отрываясь от перевязки.

— Отсюда — полдня. Через три часа выйдем на открытый участок, нужно будет запустить сигнал, — вспомнила Ханна инструкции, глядя вперёд пустым взглядом. — Если наблюдатели не пропустят дым, то сообщат Аспид, она сможет забрать Рори и отвезти его к Росарио раньше нас.

— Проклятье… — Энтони сжал кулак, глядя на обугленное лицо пироманта. — Рори, ну как же так…

***

Гонка в лесу продолжалась. Проклятые Фостеры оказались на редкость упорными, а может, мне просто не повезло. В какой-то момент они нагнали меня на небольшой поляне. Разряд молнии, угодивший в мои потрёпанные щиты, отбросив меня к каменной глыбе, за которой я едва успел укрыться от второго разряда.

— Маленький щенок! Выходи, и я убью тебя быстро! — прогремел голос Кассиуса.

Я перевёл дух и крикнул в ответ:

— Эй, Фостер! А ты хотя бы информацию обо мне собирал?

— Зачем мне информация о каком-то щенке?

— А стоило бы. Знаешь, когда моя семья отвернулась — я не сдался. — Я вышел из-за камня и показал ему оскал. — Когда моих людей убили — я не сдался.

Я активировал усиление голоса и издал низкий, протяжный рёв, вложив в него всю боль, ненависть и презрение, что скопились за битву. Толпа Фостеров рассмеялась, приняв это за отчаянную выходку. Я же спокойно достал из кулона запасной меч. Отличный клинок, который когда-то изготовил для меня Помпео. Он уже не подходил мне — слишком лёгкий, слишком хрупкий для моих нынешних граней. Но для последнего боя он сгодится.

Птицы вдруг замолчали. Шум леса стих. И тут же из чащи раздались десятки ответных рёвов — низких, мощных, от которых кровь стыла в жилах.

— Ублюдок, что ты наделал?! — закричал кто-то из магов.

— Это что-то вроде объявления о том, что теперь это моя территория. А вот те, кто откликнулись, — я улыбнулся и рванул вперёд, вложив в ноги кинетический всплеск. Меч прочертил дугу, разрывая глотку замешкавшемуся магу. — Они не согласны!

Я увернулся от удара сбоку, попытался сделать укол, но клинок отскочил от громового доспеха Фостера. Пришлось уходить в глухую оборону. Я хорошо владел мечом, но левая рука была куда слабее правой — навык фехтования двумя клинками я так и не успел развить. Хотя сейчас это было уже неважно. Главное — продержаться.

Первым из чащи появился монстр, похожий на тигра. Чуя кровь, он без раздумий набросился на ближайших магов. Этот был куда крупнее и массивнее тех, что мы встречали на окраинах. Его когти, способные разорвать человека в клочья, светились холодным энергетическим зарядом. Один из магов успел лишь вскрикнуть, прежде чем его тело было распорото мощным взмахом лапы.

С этой тварью шутки были плохи. Я увидел, как один из Фостеров запустил в зверя сгусток шаровых молний, но тигр не отступил — он встретил атаку направленным световым ударом, показывая свое превосходство.

Пока внимание было отвлеченно, я начал медленно отходить к опушке. Но тут в меня ударил разряд — слабый, но точный. Проклятая магесса, хоть и дрожала от страха, не выпускала меня из вида. А с этим лёгким клинком я не смогу повторить трюк с пробиванием магических доспехов — не уверен, что он выдержит. Патовая ситуация, где нам предстояло просто истощить щиты друг друга, меня не устраивала. Но и других вариантов пока не было.