— По сравнению с Петером все они мелкие прислужники или вовсе шарлатаны, — с гордостью ответила я.

Виктор опять бросил на меня внимательный взгляд, но ничего не сказал.

Еще один вопрос из числа тех, которые он решил мне не задавать — откуда я узнала о существовании Петера и как смогла привлечь на нашу сторону столь сильного жреца Алдира.

Груз тайн давил на меня, но я категорически не представляла себе ситуацию, в которой я открываюсь мужу так, чтобы он меня принял. Что я должна ему сказать? Как все обставить? Стоит сказать ему все за ужином или наоборот, поутру, чтобы впереди был целый день на размышления? Или же лучше вовсе завести этот разговор в постели после близости?

Я представила, как запыхавшаяся и разгоряченная, прижимаясь к Виктору, говорю своему мужу, что на самом деле я прожила уже девять жизней и являюсь в душе столетней старухой. А после, как ни в чем не бывало, целую его и поворачиваюсь на другой бок, чтобы уснуть с чистой совестью.

Образ этот был настолько нелепый и одновременно яркий, что я не смогла сдержать невольный смешок. Который не укрылся от рядом стоящего Виктора, но объяснять ему я ничего не стала.

Это были спокойные дни, которые я проводила в лености. Впереди довольно долгая и утомительная дорога, полная тревог — мы везли с собой огромную гору серебра, почти восемь тысяч серебряных монет. Пять тысяч Виктор получил в качестве выкупа за цепь Атриталя, тысячу — в виде выкупа за Антонио, а остальное составляла прибыль от торговли консервами, которую мой муж тоже решил не держать в виде векселя, а сразу перевести в серебро.

Граф Зильбевер предлагал свою помощь — мы могли оставить несколько векселей у него, чтобы купцу Морделу было проще расплачиваться за поставки зерна — но вместо этого Виктор сразу внес предоплату за тысячу мешков зерна, которые должны были поставить из южных районов к концу весны.

Параллельно с этим Виктор отправил в Херцкальт послание голубиной почтой, в котором требовал увеличить добычу пушнины и мяса. Это могло означать только одно — мой муж дал разрешение Арчибальду влезть в зернохранилища и использовать больше зерна для торговли с варварами, чем было спланировано в этом году. Все для того, чтобы заготовить как можно больше тушеного мяса к следующему году.

Меня подобные перемены радовали. Будто бы после того утреннего разговора Виктор стал верить мне безоговорочно и принимать то, что впереди нас ждут голодные времена, как уже свершившийся факт, который не подлежит никаким обсуждениям. И действовал барон Гросс соответствующе.

— Ты думаешь, еще тысячи мешков будет достаточно? — спросила я у мужа, продолжая смотреть на реку. Мы возвращались к разговорам о делах и подготовке к грядущим бедам при любом удобном случае.

— Если мы начнем скупать всё зерно, что есть в округе, это привлечет ненужное внимание, — ответил Виктор, переминаясь с ноги на ногу. — Все же, мы слишком слабы в военном плане. Атриталь только налогов платил восемьдесят фунтов в год, против наших двадцати с хвостиком. А Фитц был не лучшим лордом. Но экономика его надела в четыре раза больше нашей…

Когда Виктор осознал, насколько сильны были большинство наделов вокруг, он стал чрезвычайно осторожен. Поэтому мы и спешили в Гатсбури, поэтому мы все будем ждать Петера столько, сколько потребуется. Ведь мы не могли позволить себе содержание более крупной дружины, но при этом были совершенно беззащитны перед соседями. Это понимали все, кроме нас с Виктором — пока мы не столкнулись с реальными доходами соседей.

Как сказал мне мой муж, война — это всегда про деньги, и я была с ним совершенно солидарна. Нас впечатлило то, что Зильбеверы играючи могут выставить сотню бойцов на королевский рейд, но если граф на самом деле вознамерится серьезно повоевать, то сможет собрать войско почти в полтысячи человек, если учитывать пехотинцев и оруженосцев. А это — огромная сила. Виктор сказал, что на совете обсуждали и квоты для королевской армии и сколько каждый лорд сможет поставить людей в случае войны с Фрамией, которая уже была на пороге. Тогда-то он и понял, насколько мал и беззащитен Херцкальт, ведь все государство, без особых проблем, могло собрать семитысячную армию. А если заставить лордов поднапрячься, то под копье можно было поставить и пятнадцать тысяч человек. Без учета тех войск, что уже несли службу в пограничье на севере и юге страны.

Так что Виктор принял решение закупать зерно украдкой, через прямые договоренности, как в случае с Зильбеверами. Фридрих все понял и пообещал, что покупка будет совершена в пользу дома Зильбеверов, а груз отправлен через его личных паромщиков, минуя торговую гильдию города. Взамен же мы отправим груз пушнины, который послужит платой за следующую поставку хлеба.

Обычно так делать было нельзя — ведь торговля должна вестись посредством купеческой гильдии — но ни один купец не посмеет говорить что-то против хранителей ключей от южных житниц. Кроме того, другие лорды могут рассматривать такой обмен исключительно в качестве укрепления союза Херцкальта с восточной партией, которую возглавляли именно Зильбеверы. Следовательно, в грузе зерна и ответном грузе пушнины не было ничего необычного — два лорда меняются подарками. Приятным для одной стороны и дешевыми для другой.

— Главное, чтобы граф Зильбевер не проклял нас за то, что мы выудили из его хранилищ столько зерна, — покачала я головой.

— На самом деле, мне кажется, что Фридрих этого даже не почувствует, — ответил Виктор. — Он настолько огромен, если смотреть экономически, что мне даже страшно становится. Для него лишняя тысяча мешков, как для нас десяток горшочков с консервами. Даже не заметит.

— Хорошо, если так, — согласно кивнула я.

В последнем Виктор был прав. Иногда я забывала, насколько богат был надел Кастфолдор и как много людей на нем проживало. Впрочем, пострадал от голода он не меньше, чем пограничные земли, а местами и больше — ведь именно через Кастфолдор шли толпы голодных, которые рвались на юг, к житным районам и морю, где можно было хоть как-то прокормиться в голодный год.

Наш же с Виктором план был прост. Сейчас Арчибальд должен был увеличить добычу мяса и пушнины на производство консервов и прямой обмен с Зильбеверами под видом подарков. Мы же подготовим дополнительные амбары для зерна. Виктор всерьез опасался набегов варваров, ведь на них погода тоже влияет, хоть и не так