отставал и разрушался английской стрельбой. Он все еще поддерживал оживленный огонь из оставшихся орудий. Вдруг он «неожиданно замолк, подобно ярко горевшей свече, которою вдруг задули», рыскнул вправо, в сторону английских судов, видимо переживая последние минуты, а затем повалился на бок.

«Гнейзенау» на минуту задержался у гибнувшего товарища, затем лег на прежний курс. Стэрди остался недалеко от лежащего «Шарнгорста», ведя бой с «Гнейзенау», пока первый (4 ч. 17 м.) не погиб.

Затем оба крейсера с расстояния 50–60 каб. сосредоточили огонь по «Гнейзенау». К ним подошел еще броненосный крейсер «Carnarvon» и тоже принял участие в стрельбе.

После 5 часов «Гнейзенау», весь разбитый и исковерканный, с сильным креном и объятый пожаром, все-таки временами открывал огонь из отдельных орудий. Наконец он замолк. Стэрди поднял сигнал «прекратить огонь». Однако противник не хотел еще кончать боя и снова сам начал стрелять. Англичане вновь открыли огонь. Но через ¼ часа доблестный бой «Гнейзенау» закончился. Он замолчал окончательно. Английские корабли пошли к нему 20-узловым ходом, но не успели дойти, как он лег на борт.

На «Гнейзенау» из 850 чел. 600 было убито или ранено. Все орудия были выведены из строя, но мысли о сдаче не возникало. Когда не осталось уже никакой надежды, опасаясь, чтобы крейсер не остался на плаву и не достался англичанам, открыли кингстоны и вызвали всех людей наверх.

С «Шарнгорста» не было спасено никого. С «Гнейзенау» было поднято из воды 200 человек.

Тем временем подобная же драма разыгрывалась в двух других местах, где были настигнуты легкие крейсера.

Самым быстроходным германским крейсером был «Дрезден», дававший фактически до 27 узлов. «Нюренберг» – 23,5 узлов, «Лейпциг» – менее 22. Эти два последние корабля и были настигнуты англичанами, ход крейсеров которых был: «Glasgow» – более 25, «Kent» и «Cornwall» – 23 узла.

В начале погони немцы держались соединенно: «Нюренберг», «Лейпциг», «Дрезден». Броненосные крейсера догоняли медленно.

В 2 ч. 53 м. «Glasgow», находясь в 4 милях впереди броненосных крейсеров в 60 каб. от «Лейпцига», открыл по последнему огонь из 6'' орудия. Тот принял вызов, повернул вправо и ответил всем бортом. 6'' английские снаряды не долетали, тогда как 4,1'' германские могли покрыть эту дистанцию. «Glasgow» увеличил расстояние и продолжал его удерживать до тех пор, пока «Лейпциг» не прекратил огонь и не повернул за своими товарищами. Затем «Glasgow» повторил свой маневр и «Лейпциг» опять ответил ему, причем дал два попадания. Но при каждом повороте «Лейпциг» отставал от своих и вскоре сделался добычей подошедших английских броненосных крейсеров.

Увидев, что неприятель догоняет, «Нюренберг» склонился влево, а «Дрезден», бывший головным, повернул вправо, увеличил ход и скоро скрылся от англичан в юго-западном направлении.

«Лейпциг» и «Нюренберг» были обречены. Их уже заранее распределили между собой командиры двух английских броненосных крейсеров. Первый должен был стать добычей «Cornwall»’а, а второй – «Kent»’a.

В 4 час. 15 мин. броненосные крейсера открыли огонь, но снаряды еще не долетали. «Лейпциг» склонился вправо, за ним последовал и «Cornwall». Сражающиеся разделились на две группы.

Мы не будем описывать всех маневрирований и эволюции «Лейпцига», сражавшегося с «Glasgow» и «Cornwall»’ом. Это было избиение слабейшего. «Лейпциг» то смело переходил на малые дистанции, то англичане оттягивали их, одно время сильный ливень скрыл было врагов и дал время «Лейпцигу» передохнуть. 4 часа он сопротивлялся, ведя энергичный бой, пока наконец «Cornwall», подойдя на 40 каб., начал по нему стрелять лидитными снарядами.

Результат сказался немедленно: «Лейпциг» покрылся клубами черного дыма от рвущихся снарядов и через несколько минут загорелся. По словам одного из спасенных немцев, действие этих снарядов было ужасно и вызывало громадную потерю в людях. Однако крейсер не прекращал огня, и английские суда продолжали приближаться. К 6 час. 35 мин., к моменту получения радио о потоплении «Шарнгорста» и «Гнейзенау», расстояние уменьшалось до 35 каб. и «Cornwall», снова открыв огонь из бортовых орудий, наносил противнику сильнейшие повреждения. Попадания следовали без перерыва, и «Лейпциг» весь был охвачен огненными языками, но все-таки, хотя и изредка, стрелял. Только в 7 час. последнее его орудие замолкло. «Более доблестного и упорного сопротивления, чем оказал «Лейпциг», – пишет английский историк, – трудно себе представить. Когда наши суда приблизились, то он представлял из себя груду развалин. Мачты и трубы были сбиты, палубы, кроме средней части, пылали, но на остатках фок-мачты развевался германский флаг…»

Англичане прекратили было огонь, но, видя, что «Лейпциг» не спускает флага, вскоре возобновили его опять.

А в это время команда «Лейпцига», выпустив свой последний снаряд и открыв кингстоны, в числе 150 оставшихся в живых собралась посредине между двумя пылающими конечностями корабля в надежде быть спасенной.

Уже наступила темнота. Немцы показали англичанам два зеленых фонаря, принятые последними как сигнал о сдаче. Англичане тогда прекратили огонь против уже не стрелявшего давно по ним противника и спустили шлюпки. Им удалось спасти только 5 офицеров и 13 матросов, так как большинство оставшихся в живых после боя умерло в ледяной воде океана, куда они бросились в последний момент.

Потери англичан были ничтожны. «Cornwall» получил 18 попаданий, имел легкий крен, но не потерял ни одного человека. «Glasgow» получил два попадания, имел одного убитого и 4-х раненых.

В то же время «Kent», развив 24 узла (контрактная его скорость 23) гнался за «Нюренбергом». После боя, во многом напоминавшего бой «Лейпцига», ведшийся «Нюренбергом» с тем же упорством, около 7 часов, весь избитый, в пожаре, лишившийся артиллерии и давно замолчавший под огнем «Kent»’а, «Нюренберг» спустил флаг и скоро после этого перевернулся. Англичанам удалось спасти только 6 человек.

Три угольщика, о которых ранее упоминалось, были утоплены английским крейсером «Bristol».

Таким образом эскадра Шпее была уничтожена вся, за исключением успевшего уйти «Дрездена». Но последний недолго пережил своих товарищей. Он ушел к западным берегам Америки, где крейсировал до марта. 19 марта, стоя на якоре в бухте Кумберланд на острове Maaca-Фуэра, он был застигнут крейсерами «Glasgow» и «Kent», обстрелян ими в нейтральных водах и затем потоплен своей командой.

Фолклендское сражение подтвердило всю рискованность крейсерских операций при отсутствии точной разведки. Шпее сам пошел в пасть врагу, о том не подозревая. Он, может быть, сделал ошибку, что шел соединенно эскадрой, а не предоставил с самого начала каждый корабль своей участи, отправив его на борьбу с торговлей. Результаты, в смысле воздействия на последнюю, были бы значительно больше, и задача союзников в борьбе с ними осложнялась бы. Но Шпее, по-видимому, стремился открытым боем с разрозненными судами и отрядами неприятеля обеспечить себе свободу действий. Он не знал о присутствии дредноутов и полагал, что успех Коронеля