Рик стянул рубашку, скинул обувь. Взялся за тесемки на штанах, покосился на девушку и передумал. Летта никак его не могла понять, а он полуголый вышел из сарая, запрокинул голову, раскинул руки и весело засмеялся. Принцесса переступила с ноги на ногу, но за ним так и не пошла. Рик покружился немного, вернулся и заявил:

— Вот и помылся. И штаны еще постирал. Отвернись, я переоденусь.

— А что будет, если я не отвернусь, — поддразнила его принцесса.

— Ну смотри, коли нравлюсь. Мне скрывать нечего.

Летта никогда не видела голого мужчину. Она и полуголого не видела, откуда? Книжек с такими картинками в королевской библиотеке не водилось, а гвардейцы и придворные при ней не раздевались. Поэтому она скромно опустила ресницы, но все равно разглядывала Рика, скользя любопытным взглядом по мышцам груди, по ребрам, по впалому животу, поросшему мокрой шерстью, по узловатым жилистым предплечьям. Штаны он снимал, отвернувшись. Самое интересное она не узнала. Но и без того впечатлений было достаточно.

— Вилка, а ты в карты играть умеешь?

— В вульгарную простонародную игру для не слишком умных людей? Конечно, нет. Научишь?

Рик хохотнул и достал карты из тюка вещей.

— В козла, в очко, в барыню?

— Во все по очереди! — азартно воскликнула принцесса. — Рассказывай.

Конечно, он немилосердно ее обыгрывал, но это было забавно. Никогда Летта не проводила время так весело. Уснула она сытая, довольная и с улыбкой на лице. Рик же хмурился. Он поправил юбку, обнажившую стройные ножки принцессы до бедра, укрыл ее одеялом и отодвинулся подальше.

Демоны, и почему она такая красивая?

Глава 10

Дорога в Гонтон

За неделю, которую Рик и Летта провели в дороге, произошло событий на целый год. Они поссорились раз сто. Обсудили тысячу тем. Дважды попали под ливень — лето подходило к концу. Ночевали в сараях, на сеновалах и в чистом поле под звёздами. Один раз Летте удалось даже вымыться в бане. Ей не понравилось, но все же лучше так, чем, как Рик, купаться в холодной реке.

Принцесса попробовала кукурузный хлеб, тушенную с грибами капусту, жаренного на костре кролика и запеченную в углях рыбу. Рыбу и кролика Рик добыл сам. Капусту и грибы, впрочем, тоже. И если грибы он честно собрал в лесу, то капусту все же где-то спер, но Виолетта была голодна, и потому благоразумно закрыла на это глаза. Капуста размякла и была невкусной, кролик жестким как подошва, а в рыбе оказалось слишком много костей, и Рик слопал все сам. Вот хлеб Летте понравился.

Вообще она всегда была жизнерадостной. Да, нелегко. Туалет в кустиках, еда непривычная, нос сгорел и теперь облезал. Ветер, дождь, пыль. Зато сколько всего интересного вокруг! Можно поболтать с крестьянином или пастухом, поглазеть на коров и коз, обнаружить возле дороги усыпанную плодами яблоню и ободрать ее, а потом стонать от боли в животе.

А деревни? Это же настоящая живопись, не больше и не меньше! Домики с разноцветными ставнями, огороды с тыквами, приветливые жители, собаки и кошки. Люди здесь не так, чтобы бедствовали. С голоду никто не помирал, на улице не ночевал. Урожаи нынче радовали, рыбы в речках и дичи в лесах хватало. Летта гордилась: знать, правит ее отец разумно, народ свой не обижает. Да и подданные о короле отзывались с почтением. Ругали, конечно, за налоги, как без этого, но тут же вспоминали, что когда неурожай был, им недоимки простили да ещё в городе бесплатно хлеб давали.

Границу с Гонтоном Летта проспала. Сначала долго стояли в очереди с телегами — все ехали на ярмарку. Потом Рик показывал стражникам на заставе бумаги. Потом Летта прикрыла на минутку глаза… и открыла уже на дороге, точно такой же, какая и была, но теперь вокруг были всякие разные люди на арбах, телегах, фургонах и возах. Чем они отличаются, что есть что — Рик охотно рассказывал. Он многих торговцев знал, а кого не знал, с теми тут же познакомился. И на ночлег в этот раз встали большим лагерем. Разложили костёр, принесли продуктов у кого какие были, наварили густого овощного рагу, острого, как охотничий нож. Летта ела его и плакала: и горячо, и вкусно безумно, и жжется.

А до чего же славно было сидеть с Риком в обнимку и слушать разные байки!

— Эй, красавица, а ты что можешь рассказать?

— Ну… я короля Эрика вживую видела, — хмыкнула Летта. Рик напрягся. — Вот как вас вижу.

— Врешь! Короли с такими, как мы, даже рядом стоять не будут!

— Не вру. Я у принцессы Виолетты в служанках была. Всяких королей повидала.

— А что ж ушла?

— А принцесса взаправду такая красивая, как болтают?

— Платили-то хорошо?

— Замуж вышла и ушла. Платили немного, но зато кормили всякими деликатесами и одевали. Принцесса красивая, только дура.

— Чего ж она дура?

— Замуж не хочет, ни один из женихов не угодил. А разве это дело? Жена за мужем должна быть. Одной-то скучно.

Мужики переглянулись и загоготали. Летта удивленно на них посмотрела: что она смешного сказала?

— А повезло тебе с женой, малыш Рикардо, — обронил кто-то из темноты. — Любит тебя. Моя-то скалкой меня гонит из дома, чтобы не мешал ей жить.

— Так они молодые просто, — возразил другой голос. — В юности оно ж все по-другому было. Я свою Марыську страх как любил. Бегал за ней, подарки дарил, а сейчас что? Как кошка с собакой цапаемся.

— И верно. Я за свою жену трех баранов отдал. Никого другого видеть не хотел.

— А мне Риска сама прохода не давала, сама и на сеновал затащила, а уж поутру отец с братьями поджидали. Чуть меня лопатой не забили до смерти…

— А нас с женой родители свели, я вообще не собирался жениться.

— А мы…

— А я…

Виолетта с тихой улыбкой слушала все эти истории, такие разные и такие похожие. Думала, что у нее все равно самая необычная семейная жизнь была. А еще, что Рик не так уж плох. Он веселый, добрый, заботливый, с ним интересно. Вспыльчив, но отходчив, а еще вполне симпатичный. Сложен отменно, лучше многих принцев, между прочим. А еще вполне поддается обучению: и вилкой есть привык уже, и ругаться меньше стал. Скоро научится и одеваться прилично, и работу найдет хорошую, а она уж во всем ему поможет, с нужными людьми познакомит и торговать научит.

Повезло ей с первым встречным.

И ведь, главное, ничем он не хуже иного благородного господина!