и место подозрительнее – особенно когда там никогошеньки, а его аж топорщит. Но, по правде говоря, не думал, что и у сказов такое бывает. Это ж… ну, непрактично. Как жить, если свои же бесят?

– Так Гена вроде и не жила? – снова подал голос Ганбата. – Сначала они с мамой прятались среди людей, потом мы ее забрали, так? Получается, сейчас только-только начинает.

– Хм-м-м, – раздалось за спиной, и Потапова вспомнила про Ирину. – Если бы эту историю писала я, то уже бы схлопотала за подыгрывание персонажам: из всех сказов героиню нашел в приюте и забрал к себе представитель единственного магически нейтрального вида? Слабовато. Для совпадения слишком грубо, в жизни так не бывает, а для продуманного плана не хватает обоснований: к примеру, откуда вампирам знать о подобных склонностях маленькой медведицы? Проканает, только если… – тут библиотекарь кинула на Красношапко загадочный взгляд, – вписать фигуру теневого игрока, который был бы в курсе обстоятельств и мастерски дергал за ниточки.

Та как-то ну очень серьезно кивнула. Слишком серьезно для обсуждения потенциального фанфика, а Ирина продолжила:

– Но поскольку все мы прекрасно понимаем, что подобного серого кардинала не существует, да и доподлинно проверить гипотезу о наличии разлома конкретно в том месте не представляется возможным…

Гена не заметила, когда именно солнце окончательно скрылось за горизонтом: за верхушки местного леска оно уползло еще до их приезда, дав Ганбате возможность вдоволь скакать по улице, а потому особого интереса не вызывало. А вот жуткое, отдаленно смахивающее на бешеную собаку нечто, словно из ниоткуда возникшее перед избушкой, внимание привлекло моментально и наверняка. Огромная тварь размером с лошадь уставилась на компанию не мигая, а пару секунд спустя рядом с ней пристроились еще две чертовски похожих образины с не менее клыкастыми мордами. Потом Потапова моргнула – чудищ стало пятеро, а Ирина, поджав губы, подытожила:

– Моментальное подтверждение свежевысказанного предположения? Нет, спасибо, такое я в свой текст точно не потащу.

– Бобыль, Лютая далеко? – громко зашептал начальнику Кирилл, не сводя глаз с монстров.

– Понятия не имею, у нее ошейника с трекером нет, – огрызнулся дядя, но, не встретив в глазах подчиненного понимания, махнул рукой. – Забей, я просто не знаю. Тактико-специальную подготовку помнишь?

– Как «Отче наш». Вру, лучше – «Отче наш» вообще не учил, – отчеканил тот, после чего повернулся к остальным. – В идеале, конечно, к машине вас как-то отправить, но на своих двоих – без шансов: гражданских пятеро, нас двое, а бегают эти собачки точно быстрее большинства. Идеи будут?

– Я помогу, – вмешалась Катя. – Меня готовили к таким ситуациям, и я знаю, что делать.

– И я тоже. – А это уже Ганбата. – Я сильный. И иногда бываю полезным.

– Супер, но даже если с чего-то взять, будто мы согласимся на помощь школьников, в итоге нас все равно меньше, и, замечу, не факт, что к тварюгам не присоединится еще пачка: тут явно стая, – мрачно буркнул Игорь.

– Стая? Стая – это много… – задумчиво пробормотала Ирина, шаря рукой в сумке.

Быстро вытянув оттуда ручку с тетрадкой, она принялась что-то строчить, и буквально через секунду ее руки полыхнули светом и повеяло теплом.

Баранов непонимающе нахмурился.

– Что ты?..

– Смирилась и конспектирую весь бред, который здесь происходит, – ответила Искра, не переставая писать. – Значит, дорогой вселенной нравятся рояли в кустах? Да не вопрос. Так, кто помнит, «цокот» или «цокат»?

– Ась? – не уловила Гена.

– Ненавижу работать на нервяке, мозги сразу отключаются, – взвыла Ирина и принялась выводить предложения быстрее. – Вне-зап-ный цо-кот, по-ка-зав-ший-ся зна-ко-мым…

Напряглись все, кроме Ганбаты. Интересно, это библиотекарь от страха с ума сошла или фанфики и вправду единственное, о чем она может думать даже перед смертью? И почему вампиреныш, наоборот, словно расслабился и теперь с интересом оглядывается?

Тем временем тварей стало еще больше, семеро, и первый появившийся – вожак? – принялся неистово рыть полянку перед верандой, обильно осыпая округу землей и с любовью высаженными Пнем цветами. «Зря он это, конечно…» – успело мелькнуть у Гены в мыслях, и тут раздался странный звук, внезапный цокот, показавшийся знакомым, а буквально через пару секунд из леса в их сторону выскочил огромный единорог. Не мудрствуя лукаво, тот ломанулся прямо на ребят и, не добежав самую малость, подпрыгнул, крутанулся в воздухе – и рядом с Игорем приземлилась учительница физики и астрономии. Как там ее?..

– Ипполита Найтмаровна, какими судьбами? – радостно поздоровался Кирилл.

– Да чтоб я знала, – хмыкнула та и скосила взгляд на Ирину. – Лежала себе в ванне, попивала шампусик, а потом хоп – и ни с того ни с сего невыразимо захотелось проверить рабочий телефон и прискакать сюда.

– Потрясающее совпадение! – и бровью не поведя, ответила библиотекарь и, закрыв тетрадку, убрала ту обратно в сумку. – У тебя получится этих страшилищ сдержать, пока Лютую ждем?

– Бедоклыков-то? – фыркнула учительница. – Попробую. Они, конечно, проходят под грифом «слабоумие и отвага», но исключительно когда жертва им знакома, а вы – новинка в меню. – Потом обратилась к дяде: – Главное, сами не лезьте: хоть и выглядят приемлемо, но жару дать могут только в путь. Твоя задача – следить за периметром и кричать, если кто-то попытается вырваться.

– Понял, – кивнул тот, и учительница засвистела, да так громко и пронзительно, что и после того, как смолкла, в ушах продолжало звенеть.

Какое-то время ничего не происходило, и Гена начала закипать. Хм. Но если она начала закипать, может, на самом деле что-то все-таки происходит? Медведица быстро оглянулась: сумеречный пейзаж постепенно становился все более темным и из-за острых теней пугающим, а из ближайшего леска в их сторону медленно тек густой молочно-плотный туман. Вроде бы это просто погодное, да?..

– А побыстрее нельзя? – громко зашептал Ипполите Найтмаровне Кирилл. – Не нравится мне, как эти ваши бедоклыки на мое горло поглядывают…

– Нужен ты им больно, – снова фыркнула учительница и зловеще улыбнулась. – А хочешь помочь – бойся. Кошмары это любят.

Туман тем временем словно становился активнее, поднимался все выше и, плавно обогнув сбившуюся за калиткой компанию, затек на участок лешего. Твари из разлома, вопреки беспокойству дядиного ассистента, не спешили нападать, с опаской водя головами из стороны в сторону, принюхиваясь и прислушиваясь. Кажется, туман им не нравился, сбивал с толку. На медведицу он действовал примерно так же: постепенно в его завихрениях ей начали мерещиться какие-то фигуры – то ли монстры, то ли волны, – и она сама не поняла, когда несколько особо крупных завитков превратились в некое подобие животных, которых очень хотелось назвать так и не погугленными сажными, померклыми и болкатыми. Если предыдущие твари