Не значит.

Не значит.

Может, если повторю это раз десять перед зеркалом, то поверю.

Может, если уеду от нее как можно дальше, перестану думать о ней.

Может…может, я тоже ей не безразличен?

Вряд ли.

Она бы осталась. Она бы осталась, если бы я был ей нужен. Она бы не сбежала снова.

Прикрываю глаза и снова вижу ее улыбку. Снова чувствую ее запах, ее вкус.

Боже, она идеальна, мать твою.

При всех своих несовершенствах просто идеальна.

Лучше бы мы никогда не встречались. Лучше бы я не предлагал ей ту злосчастную сделку. В любом случае, я бы точно все испорти. Рано или поздно. Мне ведь не нужны отношения.

Черт, я что думаю об отношениях?

Серьезно?

Нет.

Нужно выбросить это дерьмо из своей головы.

Она права в том, что бежит от меня. Я последний человек, кто ей нужен. Эва только только начинает загораться, а я не хочу быть тем, кто потушит ее своими склонностями к саморазрушению. Не хочу, чтобы она тонула в моем дерьме. Не хочу.

Все правильно.

Раздается звонок в дверь. И я несусь туда, сломя голову.

Она вернулась?

Распахиваю дверь и понимаю, что улыбался, так как улыбка тут же сползает с лица, когда вижу перед собой Дану.

– Черт, а я думал, вы помирились. – сухо бросаю вместо приветствия.

– Не спрашивай. – качает подруга головой и вваливается в студию. – Ты уже собрался?

– Как раз в душ собирался. – бормочу и направляюсь в ванную.

– Самолет через пару часов, нам уже нужно выезжать. – возмущается она за спиной.

– Схожу в душ и поедем.

– Ладно. Эва с Клодом уже там.

Замираю на месте и медленно оборачиваюсь. Дана продолжает, уставившись в экран своего смартфона.

– Селин говорит, погода отличная…

– Ты говорила с ней?

Дана поднимает на меня глаза.

– С кем?

– Эвой.

– А, да. Она звонила утром, чтобы уточнить адрес особняка. – ее брови сходятся на переносице. – Она тебе не говорила?

Пожимаю плечами, стараясь игнорировать это мерзкое чувство под ребрами.

– Забыла наверное.

Скрываюсь за дверью в ванной.

Какого хрена? С Клодом? У них уже настолько все серьезно? И о чем он вообще думает? Эва все еще моя невеста. Да, фальшивая. Но он то этого не знает. Или знает? Или же она заявила ему о нашем расставании? Она не могла. Наш договор еще не окончен. Остается еще неделя. Какого черта она творит?

Дверь за моей спиной снова распахивается, и Дана заходит, как ни в чем ни бывало, продолжая делиться со мной планом съемки. Стягиваю с себя штаны, и она тут же закрывает глаза, прислоняясь спиной к стене. Включаю воду в надежде, что она заглушит треп подруги. Тщетно. Дану ничего не может заглушить. А раз у них с Рафом что-то не срослось, значит, сегодня она бросит все свои силы в работу. Такой у нее способ справляться.

Встаю под горячие струи.

– Хорошо, что мадам Дюран согласилась одолжить свой особняк для съемки, это спасло итак небольшой бюджет. Но жаль, что ее там не будет. Тристан сказал, она уехала в Испанию к друзьям на целый месяц. – тараторит она. – Вечером после съемки будет ужин. Все желающие могут остаться еще на пару дней. Но основной состав вернется в Париж. Сроки поджимают. Неделя моды адское время…

Выхожу из душа, вытираюсь полотенцем, швыряю его в корзину для грязного белья и выхожу. Дана следует за мной, продолжая разговаривать. Я не перебиваю. Опять же. Так ей проще не думать об одном придурке. Это напоминает мне о моем способе справляться. После Селин я начал новую жизнь. Здесь. В Париже. Я уехал из Нью-Йорка. Мне стало легче. На какое-то время. Сработает ли это снова?

Толкаю дверь во вторую спальню.

Дана плюхается на кровать все еще с закрытыми глазами. Достаю трусы.

Как можно забыть надеть трусы?

Черт. Почему я не могу просто перестать о ней думать?

Надеваю джинсы, серый свитер и носки. Дана продолжает болтать. Возвращаюсь в гостиную, чтобы налить себе кофе. Она и там меня преследует.

– Оборудование готово? – подаю голос впервые за последние двадцать минут.

– Да. Как ты и просил, я самолично проследила, чтобы доставили все, что нужно. Знаешь, а ведь это не моя работа. Тебе нужен ассистент. Или мог бы сам за всем этим проследить.

Делаю глоток горячего кофе. Эва снова материализуется прямо здесь. На этой самой кухне. Вот стоит в этом синем платье, разглядывая мои снимки.

Кажется, я схожу с ума.

– Элиот?

Моргаю и перевожу взгляд на подругу. Почему она выглядит такой обеспокоенной?

– Ты в порядке?

Я застываю.

Дана никогда меня об этом не спрашивала. Уж точно не с такой озабоченностью в голосе. Словно она волнуется за меня.

На моем лице автоматически появляется широкая улыбка.

– Это я должен спрашивать. Что вчера произошло?

Она вздыхает, сложив руки на груди.

– Он уехал.

– Что? Опять?

Кивает, уставились в пол между нами.

– Тур по Европе. Позвал с собой.

– И я так понимаю, раз ты здесь, то отказалась.

Снова кивок.

– Почему?

Она открывает рот, но тут же поджимает губы, словно передумала отвечать.

– А почему ты не рассказываешь о том, что произошло вчера?

Мои брови сходятся на переносице.

– О чем ты?

– В гостиной два стакана с соком и две тарелки с лапшой.

Пожимаю плечами, отпивая еще кофе.

– Обычный вечер субботы. У меня были гости.

– Твои обычные гости не пьют с тобой сок и не едят китайскую еду. Насколько знаю, вы трахаетесь, а на утро приходит клининг, который ты сам же и вызываешь.

– Вау. – допиваю кофе и ставлю чашку в раковину. – Не думал, что ты так пристально следишь за моей жизнью. Я польщен.

Иду обуваться. Дана плетется следом.

– Не думала, что ты настолько боишься говорить о своих чувствах.

Игнорирую ее слова, хватаю свое кожаное пальто, и мы вместе выходим из студии, в которой все отныне напоминает мне об Эве Уоллис.

***

Как только выходим из такси, я сбрасываю с себя пальто. Ассистенты провожают нас через главных вход внутрь старинного особняка. Судя по рассказам Даны, Рафаэль с Тристаном проводили здесь каждое лето. Прямо по соседству с домом бабушки Даны. Поразительное совпадение. Я бы даже сказал, судьба.

Ты тоже живешь на одной улице с Эвой.

А вот это точно совпадение.

Внутри особняка прохладней, чем снаружи. Мы с Даной проходим через длинный холл. В доме полно света и воздуха. Я заглядываю в каждую комнату. Гостиную. Кухню. Библиотеку. Но там никого. Мы минуем еще лестницу