Она поглядывала назад на задержавшегося у воды Вовку.

– Что у тебя тут? – спросил он ещё издалека.

– Вот, котёнок.

Котёнок с сомнением покосился на слишком высокие для его крошечного роста фигуры и прикрыл глаза, не ожидая от них ничего хорошего. Предыдущие вытащили его из надёжных кустов, а эти ещё что похуже могли сделать.

– Он боится, – Вовка вздохнул. – Бедный.

– Его Даша вон оттуда принесла, – показала девушка в сторону лестницы.

– Вернём гармонию в мир, – провозгласил Вовка, подхватил котёнка под пузо и понёс к лестнице. Он ухитрился посадить котёнка почти туда же, откуда его взяли, и, больше не оборачиваясь, пошёл наверх, мгновенно забыв и котёнка, и девушку, что этого котёнка заметила. А девушка долго смотрела ему вслед. Пока он не скрылся за поворотом.

Вовку вновь угнетала бессмысленность происходящего. Зачем было вставать? Чтобы пойти на море. А море? Оно же закрыто! Чтобы в этом убедиться, пришлось сначала спускаться, а потом долго карабкаться наверх. Недавний восторг потускнел. К чему все эти перемещения в пространстве? Чтобы проголодаться? А потом? Поесть. Чтобы что? Чтобы найти себе новое занятие и опять проголодаться. Закололо в боку. Раздражала Даша с её радостью. Что она такого видит, что незаметно ему?

Вовка обернулся. Лестница давно кончилась, он стоял на площадке перед корпусом. Унылый асфальт. Ксюша так и не спустилась на пляж. Странная. Он шаркнул ботинком. И правда, надо достать из чемодана сандалии. И где-то там были плавки. Всё-таки они на море. Он приехал сюда заниматься с Тарасом и ходить на море. Ему надо продержаться две недели. Всего две недели. Переждать это время, а потом вернуться домой.

Дискотека в стиле асфальта

Им обещали дискотеку. Девчонки спешно мыли головы, торопясь вперёд соседки оказаться в душе. Парни доставали из сумок помятые джинсы и рубашки.

– Ой! Какой ты, Антон! – восхитилась Света, пробегая по коридору с только что отглаженной блузкой в руках.

Антон, и правда, был хорош. В костюме. Да ещё каком! Насыщенно-синий цвет брюк, такого же цвета пиджак, белоснежная рубашка.

– Ой, ой, ой, – выпорхнула из комнаты Лиза.

Она всё ещё была в шортах. В полумраке коридора её белые тонкие ноги словно ломались в коленях при сгибе.

– Ты почему не одеваешься? – спросил Антон. У него было очень хорошее настроение.

– А я не пойду, – фыркнула Лиза и так резко повернулась, что волосы, собранные в хвост, взлетели.

– И правильно! – раздался голос из приоткрытой комнаты. – Не надо никуда ходить! – Это был Вовка. – Какая дискотека?

– Хорошая! – спокойно ответил Антон и одёрнул полы пиджака.

– Дискотеки не бывают хорошими! – всё так же через дверь отозвался Вовка.

– Так ты не идёшь? – Лиза в два прыжка преодолела коридор и ворвалась в комнату к мальчикам.

Вовка лежал на кровати. В одежде. И в ботинках. В руках телефон. На голове шляпа.

– Нет! Ты пойдёшь на дискотеку! – сделала выпад в его сторону Лиза.

– Почему? Мне не хватает обоснований для того, чтобы сделать выбор в пользу танцев.

– Просто пойдёшь! – Лиза сдёрнула шляпу с его головы и надела на себя.

– Это грубое насилие! – не шевельнулся Вовка.

– И я знаю, что мы будем танцевать! – крутанулась на месте Лиза. – Мне нужен интернет!

Она кинула шляпу на пол и убежала.

– Она ненормальная? – со стоном спросил Вовка, пытаясь лёжа дотянуться до шляпы.

Антон пожал плечами. Другу он помогать не стал. Вовка должен был подняться сам.

– А где Никита? – крикнул в спину Антону Вовка.

– Они уже ушли. – Антон закрыл за собой дверь.

– Они? – от удивления Вовка сполз с кровати, посмотрел на закрытую дверь. Просвещать его было некому, а получить ответ хотелось. – Ладно, уговорили.

Дискотека и правда была чуднáя. В большом лагерном комплексе жило много отрядов, но на танцы пришли одни малыши. Сейчас они бесились на асфальтовой баскетбольной площадке. Из динамиков тянуло заунывностью, как надоевшим сквозняком. Никита с Дашей сидели на лавочке. Её рука тонула в его большой ладони. Рядом знаком вопроса стоял ссутулившийся Вовка. Шляпа у него съехала на затылок.

– Ну? И как это называется? – страдал Вовка. – Это дискотека? Это издевательство! Я бы лучше в кровати остался.

Через площадку пронёсся ураган по имени Лиза.

– Вы тут? – крикнула она.

– Мы нигде! – выдал Вовка.

– Готовьтесь!

Лиза умчалась, расталкивая малышей. Музыка оборвалась. Наступила совершенно правильная тишина, которую нарушали только звуки моря.

– Что она там делает? – Вовка морщился, вглядываясь в сумерки.

Музыка вступила осторожно, словно спрашивала разрешение. Но потом стала набирать обороты, выпускать вперёд ритмовые басы.

– Ой! Лиза! – подпрыгнула на месте Даша.

Лиза снова появилась перед лавочками.

– Повторяйте! – крикнула она.

Крутанулась, разгоняя мелкотню. Постояла, пристукивая ногой и ловя ритм, – она всё ещё была в шортах и футболке. Когда певец вступил, Лиза вскинула руки, начав танцевать. Даша встала рядом, повторила движение.

– Смешно, – кивнул Вовка и пристроился за Лизой.

На звуки музыки пришли и другие отрядные ребята. За Лизой выстроился клин своих. Все танцевали, неловко повторяя друг за другом. Поднимали руки, опускали, делали шаг в сторону, в другую, подпрыгивали, поворачивались. Среди общей пестроты выделялся синий костюм Антона.

«Ты-дам, ты-дым, ты-дам, ты-дым», – взлетала музыка. Тянулись в небо руки. Хлопки перекрывали гомон вовлечённой в круговорот малышни.

– Ещё! – заголосили разом, как только музыка стихла, и задвигались уже без сопровождения, потому что такой танец сразу было не остановить.

– Танцы! Даёшь танцы! – подхватили со всех концов.

А в это время Света лежала поперёк кровати в номере Тараса и смотрела в потолок.

– Это ужасно, – шептала она. – Дискотека – мрак. Дети разбегаются. Погоды нормальной нет. Завтра нам на какой-то местный конкурс идти. И если опять не будет моря, они нас порвут.

– Да ладно! – отмахнулся Тарас. Он пил чай с бутербродом и был весьма благостен. – Всё в порядке. Сейчас они попрыгают, устанут. А завтра будет новый день.

– Да какой день, Тарас? – Света приподнялась на локте. – Если не будет моря, они после завтрака пойдут на занятия. А что после обеда ставить?

– А после обеда устроим им тихий час. – Тарас посмотрел на опустевший стол. Бутерброд кончился, и чай пить стало невкусно.

– Ага, и так до ужина, – Света откинулась на кровать. – Это кошмар.

Над танцевальной площадкой разлилась заунывная музыка местного диджея, малыши опять отвоевали себе пространство.

– Эх, тоска, – вздохнул Вовка.

Сунув руки в карманы, он пошёл вдоль лавочек. Площадка заканчивалась кустами. Вовка упёрся в них, постоял, решая для себя – штурмовать или нет. Хотелось к морю, хотелось послушать других песен.