не хотел краснеть и выбираться из привычного для себя места обитания. Тем более ехать куда-то с актёрской компанией на занятия по актёрскому мастерству. Мать настояла. Ещё был какой-то мотивирующий голос в моей голове, который буквально кричал: «Вова, хватит тухнуть, кусок гнилого мяса! Лето! Вали на море, познакомься с новыми людьми, вдохни что-то ещё, кроме запаха пыльных книг!» Так что я тут только из-за моря. А погода что-то не очень. Короче, первый день мне не понравился. Совсем. Печаль.

– Володя! Не забывай, зачем ты сюда приехал, – нараспев произнёс Тарас.

– Чтобы отдыхать, – парировал Вовка.

– Чтобы маму не расстраивать. Так что не расстраивай её.

– Да?

Вовка перевёл взгляд на Свету, которая делала огромные глаза, давая понять, что ему пора уже замолчать.

– Депрессуха, короче! – выдал Вовка. – Жизнь – ад! У меня всё. Нет, ещё не всё! Хочу найти виноватого. Кто им станет?

– Уж точно не я, – из темноты отозвался Тарас.

Вовка поклонился, за что тут же получил от Лизы кулаком по согнутой спине.

– И да, хочу добавить! – поднял он вверх палец. – Я считаю, что актёры – ужасные люди, а театр – это обитель лжи и место, где человек в поисках себя теряет себя же.

– Всё сказал? – В голосе Тараса появилась угроза.

– Я бы ещё…

– Ты не понял, это был не вопрос, а утверждение – ты сказал всё. Сядь.

Вовка с возмущением посмотрел на руководителя театрального направления лагеря, но его уже оттеснила Лиза.

– А я тоже моря хочу! – крикнула она. – Говорят, завтра будет дождь.

– Не будет дождя! – сквозь гул голосов заверила Света.

– Ещё дискотека тут… – добавила Лиза. – Не дискотека, короче. Если бы не мы…

– Да если бы не мы, тут всё давно бы развалилось, – согласилась Света, заметно теряя боевой настрой. – Ну что, давайте дальше.

– Мне тут понравилось, – негромко заговорила Юлечка, награждая сидящих рядом застенчивой улыбкой. – Только уже купаться хочется.

Опять загалдели, закричали. Припомнили столовую с макаронами и непривычными по вкусу котлетами.

– Но там же такой вкусный хлеб! – из последних сил защищалась Света. – Можно тосты делать.

– А когда на море? – Спокойный басок заставил всех замолчать. Из темноты коридора выступил Никита, за его плечом пряталась счастливая Даша.

– Ты где был? – всплеснула руками Света.

– На море, – Никита нежно улыбнулся. – Там сейчас так хорошо!

– А кто тебя на море отпускал? Что вы все разбегаетесь?

– Я больше не буду, – ещё шире улыбнулся Никита. – Очень хотелось на море сходить.

– Запру тебя в номере, не будет никакого моря, – рассердилась Света.

– Это грустно. – Никита изобразил печаль, рассмешив ребят.

– А мне тут всё-всё нравится, – улыбка не сходила с лица Даши. – И волны очень сильные. И люди хорошие! И Света очень добрая. – Даша раскинула руки и, потешно косолапя, пошла к руководительнице.

Они обнялись. Тут и Юлечка подскочила, за её спиной к объятиям присоединился Антон.

– Ура! Ура! – запрыгала на месте Лиза. С диванов стали подниматься, чтобы превратить всё в кучу-малу.

На том свечка и закончилась.

– Это кошмар, – выдохнула Света, когда все разошлись по комнатам. Она лежала поперёк кровати в комнате Тараса и с отчаянием смотрела в потолок.

– Нормальное начало, – равнодушно пожал плечами Тарас. Он рассматривал пустой стол в своей комнате, не желая расставаться с надеждой, что какой-нибудь бутерброд на нем всё-таки появится.

– Я их под конец смены поубиваю, – вздохнула Света и вытащила из своей сумки шоколадку. Ещё московскую.

Конфеты и поцелуи

Убивать этим вечером собирались только одного человека. И этот человек сейчас сидел на кровати в комнате мальчишек с понурой головой и флегматично слушал, что ему выговаривали.

– Андрес! Алё! Это чего? – спрашивал Антон и показывал на пол, усыпанный фантиками.

– Ты неправильно спрашиваешь, – подал голос Вовка со своей кровати – он принял любимое положение, горизонтальное. – И так понятно, что это. Ты лучше спроси, где он это взял.

– Лежало, я и взял, – вздохнул Андрес.

Вовка глянул на Никиту, тот пожал плечами, посоветовав:

– Можно просто выкинуть, и никто ничего не узнает.

– Легче сразу Андреса выкинуть, – согласился Вовка, – тогда действительно никто ничего не узнает.

– Я вас сам выкину! – возмутился Андрес. – Что эта конфета? Что? Подумаешь! В следующий раз буду в урну всё выбрасывать.

– Чужое брать плохо, – наставительно произнёс Антон.

– И подкладывать товарищам фантики, а не угощать их конфетами – тоже, – поддакнул Никита. – А вообще хочется есть. У кого есть еда?

– Да ну вас! – отмахнулся Андрес и вышел из комнаты.

– И что мы делать будем? – Антон озадаченно поморщился. Для него сложный морально-этический вопрос решён не был.

– Мы позовём девочек и будем смотреть кино, – сказал Никита. – Я уже скачал «Оно» и выяснил, как выйти через телефон на телевизор. Девочки сказали, что у них есть еда.

– Еда? – встрепенулся Вовка. – Отлично. А какие девочки?

– Странно, что ты не спрашиваешь, какая еда, – хмыкнул Никита. – Придёт Даша с Юлей. Можно Лизу позвать.

– Её нельзя звать, – закатил глаза Вовка. – Это стихийное бедствие. Приходит без предупреждения. И обычно всё сметает на своём пути.

– Ты на море сегодня слишком много времени провёл, вот у тебя и шумит в голове. – Никита был благостен. – Кого ты хочешь позвать?

Вовка покосился в сторону коридора, где висело зеркало.

– Никого. Даша – это хорошо. Лиза – это плохо.

– Лиза – тоже неплохо, – Антон вернулся из туалета, где выбросил фантики и прикрыл их сверху порванной бумагой.

Когда в коридоре раздался топот и знакомый Катин голос пообещал убить Андреса, все уже сидели, закутавшись в одеяла, хрустели чипсами и смотрели фильм. Даша сразу забралась на кровать к Никите. Юлечка скромно села на пол между кроватями. А Лиза бесцеремонно подвинула Вовку, заставив его вместе с покрывалом перебраться на пол. Дверь заперли, чтобы никто зайти не мог. Не зашёл и Андрес. Он опять перепутал комнаты и ночевал у малышей, где жил тот самый обиженный мальчик, у которого Андрес стащил конфеты, – Саша, а также Воробей и болтливый Семён, носивший очки со смешной круглой оправой. Семён возмущался больше всех, потому что Андрес с ходу взял его пачку печенья, но уснул на полуслове, не выключив свет над кроватью, с телефоном в кулаке, где застыл недосмотренный фильм.

Даша с Никитой сидели в одеяльном коконе. Даша осторожно грызла яблоко. Осторожность была в том, чтобы выгрызть из шкурки определённый рисунок, ажурный, как будто червячок прополз. Засмотревшись на экран, Даша опускала руку, и Никита откусывал хороший кусок, нарушая план. Даша верещала, Вовка шикал. Антон поджимал губы. Сидевшая в