class="p1">— Тебе все равно нужно на собрание гильдии. Возьми ее с собой.

— Собрание? — Лера затихла.

— Да, — Алешка почесал затылок, пододвинул стул и сел напротив. — Глава хочет сделать объявление, и мне нужно будет завтра утром отправиться в столицу. Но ты еще не окрепла, а дорога тяжелая. Я не могу взять тебя с собой. Скажи мне, где живет твой брат, и я отнесу ему весточку о тебе.

— Я пойду с тобой, — Лера решительно посмотрела ему в глаза. — У тебя телефона нет, как ты собрался… Подожди, глава? Глава чего? Ладно, не важно. Вы все же бываете во внешнем мире.

Она вздохнула, ущипнув двумя пальцами себя за переносицу.

— Я иду с тобой. Сама позвоню Андрею, и он заберет меня.

— Возьми ее, Алеша, ты же видишь, как она переживает, — Аленушка сделала такие жалостливые глаза, что Лера поразилась, насколько умело она манипулирует своим братом.

— Ладно, — вздохнул Алешка. — Возьму. Тогда мне нужно отправить письмо, чтобы предупредить, что я задержусь в дороге.

Он встал и направился в комнату, в которой Лера проснулась.

— Пока брат разберется с делами, нужно накормить тебя. А потом соберем тебя в дорогу. — Аленушка радостно посмотрела на Леру. — Твои меха очень теплые, а одежда, которая была при тебе, красивая, но холодная. Я найду что-нибудь для тебя в дорогу, а то ты замерзнешь в первую же ночь.

— Спасибо, — Лера натянула улыбку.

Все ее мысли были об Андрее. Сердце сжималось от страха: какой шок он испытает, узнав об исчезновении?

— Почему столько снега? — Пытаясь отвлечься от страшных мыслей, она наблюдала, как Аленушка хозяйничает на кухне, грея еду на печи.

— Всегда так было. Это владения Карачу́на, потому и зима у нас вечная. Ты не знала? — Аленушка удивленно посмотрела на Леру.

— Не знала, — она напряглась. — А в какой стране я сейчас?

— Смешная ты. В стране Иния.

Лера кивнула, стараясь не показать, как внутри все сжимается.

— А как называется ваша столица?

— Снежная, — Аленушка поставила перед Лерой большую тарелку щей, быстро нарезала хлеб и рядом поставила деревянную кружку. — Соседка привезла молока, поделилась, угощу тебя. — С этими словами она выскочила на улицу, накидывая платок на плечи.

Лера не сводила глаз с тарелки, сжавшись на стуле и кутаясь в одеяло.

— Что за ерунда здесь происходит? — прошептала она.

Из комнаты вышел Алешка в теплом длинном тулупе на меху, держа в руках шапку-ушанку.

— Я скоро вернусь. Скажи сестре, что я пошел отправить письмо.

Лера кивнула. Оставшись одна, она нервно огляделась по сторонам. Аленушка быстро вернулась с глиняным кувшинчиком и наполнила кружку молоком.

— Это редкость в наших краях, но в столице можно купить молоко у торговцев из Ирия.

Лера не решилась спросить, что это значит, взяла деревянную ложку, стараясь скрыть дрожь в руках. Постепенно к ней начали возвращаться силы, но беспокойство, вызванное беззаботным рассказом Аленушки, накрывало ее, словно тяжелое одеяло.

— Обязательно зайдите в лавку украшений. Там красивые ленты для волос. Я бы так хотела поехать с вами, но Алешка редко берет меня с собой. Говорит, мне еще рано. Хотя я-то знаю, он просто боится, что меня там замуж заберут, и останется он тогда один. — Аленушка засмеялась своим звонким голосом.

— А где ваши родители? — Лера ела без аппетита.

— Умерли. — Глаза новой знакомой потускнели, а улыбка пропала. — Четыре зимы назад. Когда в столицу поехали, на них Суме́ря напал. В лес утащил и… — Аленушка замолчала, уходя в себя.

— Мне… мне очень жаль. — Лера понимала, что, скорее всего, их родители наткнулись на дикого зверя. — Мои родители тоже погибли.

Аленушка перевела на нее взгляд и смахнула с уголков глаз слезы.

— Тогда ты понимаешь нас и нашу боль. — Она села напротив Леры. — Алешка доведет тебя до столицы, не переживай. Брат сильный. Если появится на вашем пути нечисть, он разберется с ней.

— Нечисть? — переспросила Лера. — Как тот, кто убил ваших родителей?

— Сумеря.

— Кто он такой? — она отложила ложку, внимательно глядя на Аленушку.

— Очень жуткая тварь. Один из слуг Вия. Выглядит он жутко: весь в черных тенях, лицо безобразное, длинные клыки. Очень сильный и быстрый. Но петушиного крика боится. Всегда появляется с наступлением сумерек, а на рассвете в Навь уходит обратно.

В голове у нее все смешалось, и Лера вдруг поймала себя на том, что не знает — смеяться или пугаться всерьез. Хотя помнила, как ее и Андрея в детстве пугали Бабой Ягой.

— Говорят, если произнести его имя, то он ночью придет, — Аленушка пожала плечами. — Но сколько бы Алеша ни звал Сумерю, он не появляется. Видимо, боится его силы, чует, кто зовет.

— Силы? — переспросила Лера.

Аленушка промолчала, загадочно улыбаясь.

— Давай доедай, и пойдем наряд тебе выбирать, — предложила она.

— Алешка сказал, что пошел письмо отправить, когда ты выходила, — заметила Лера.

— Угу, — кивнула девушка. — Он волнуется за тебя. Да и я тоже. Кстати, как тебя зовут?

— Лера.

— А батюшку твоего?

— Федор.

— Значит, ты Федоровна. А я Никитична, — улыбнулась Аленушка и быстро забрала у нее пустую тарелку и кружку. — Алеша сказал, что ты совсем одна была, недалеко от берега реки. У костра лежала, в меха укутанная. Как же ты очутилась там?

— Не знаю. Не помню совсем, — Лера вновь вспомнила аварию и странного незнакомца.

— Места те опасны очень. В Велесову ночь все границы между Явью и Навью размываются, и вся мелкая нечисть выходит на охоту. Повезло тебе, что он в ту ночь на встречу с Велесом ходил и нашел тебя.

— Повезло, — повторила Лера.

— Идем в мою комнату, оденем тебя, а то так и сидишь в одной сорочке и одеяле, — предложила Аленушка.

Лера встала из-за стола и направилась в комнату девушки. Она была небольшой, но уютной. На полу лежал темно-синий ковер. Небольшая кровать, стол с зеркалом на подножке, разные красивые деревянные шкатулки с росписью, стул, шкаф и сундук в углу. На окне занавеска в тон ковру.

— Садись, — Аленушка указала Лере на стул.

Она покорно села, наблюдая