видеть. И когда я говорю «никого», это нужно понимать буквально. Ни ликвидаторы, ни Жнец, ни эмиссары не смогут пройти.

— Ты потратил бесценную сферу на защиту? — удивилась бабушка. — Не стал усиливать себя… а защитил дом?

— Верно, — кивнул я. — Безопасность находящихся в доме для меня на первом месте. Запомни это, и проследи, чтобы в случае опасности никто не выходил за пределы ограды. Чтобы не случилось, как во время войны с Давыдовыми. Ты поняла меня?

— Конечно, я сделаю всё как ты скажешь, — серьёзно сказала бабушка.

— Я настрою на тебя одну из линий контура, — продолжил я. — Она отвечает за изоляцию. Если что-то случится, тебе нужно будет замкнуть этот контур и закрыть территорию. Закрой глаза.

Я настроился на центральный узел и вплёл ауру бабушки в одну из линий-нитей моей паутины. Бабушка вздрогнула, когда смогла увидеть картинку защитной схемы. Кажется, я сумел впечатлить её.

— Какие у меня полномочия? — спросила она, не открывая глаз.

— Ты можешь ввести всего две команды направленным импульсом, — проговорил я, подсвечивая нужные узлы на паутине. — Первая — полная изоляция. Никто не выйдет и не войдёт. Включишь её в случае прямой и очевидной угрозы, когда связь со мной потеряна. Второй командой ты можешь вручную разрешить вход конкретному человеку.

Бабушка медленно кивнула, ещё раз глянув на паутину и нужные узлы нитей.

— На всякий случай напомню, — добавил я. — Ты не сможешь изменить саму структуру защиты и как-либо вмешаться в её узлы.

— Пока я жива, ни один враг за этот порог не переступит, — тихо сказала она. — Можешь быть уверен, я не подведу.

— В этом я уверен, — просто сказал я. — А теперь расскажи, что ты узнала от истребителей.

— Они повторили мне то же самое, что рассказали тебе, — взгляд Юлии Сергеевны стал собранным и острым, будто она агент на задании. — Есть некая лаборатория, где проводили опыты над тёмными магами. Точного местоположения они не знают, только район. Но есть нюанс.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями.

— По их словам, последний шифр, который они получили от связного перед засадой, содержал код «Атлант». В нашей терминологии это означает, что операция раскрыта кем-то из руководства, — Юлия Сергеевна недобро усмехнулась. — А ещё это означает, что они должны уйти с радаров и не сообщать о своём местоположении, пока не выйдет положенный срок в две недели. Только после этого можно выходить на связь, чтобы узнать о следующем приказе.

— Выходит, что я нарушил ваши правила, связавшись с Лутковским, — проговорил я. — Ну у меня не было другого выбора. Когда кто-то кричит «измена», подозревать начинаешь всех.

— В любом случае, ты нашёл у них маячок, так что твой звонок ничего не изменил, — бабушка качнула головой. — И ещё, Костик. Они не верят, что канцлер их предал. Сыч сказал, что у Лутковского есть личные счёты к Денисову, и, если бы канцлер работал на него, он не стал бы предупреждать их об опасности, — она на мгновение задумалась, а потом вдруг выпалила. — Скорее всего в самой Канцелярии есть крот, который может работать на кого угодно, даже на третью сторону, подставляя и Денисова, и канцлера. Это всё, что у меня есть.

— Спасибо, учту, — предельно серьёзным тоном сказал я.

Похоже, что я невольно вмешался в большую политическую игру, где союзники могут оказаться врагами, а враги — союзниками. Не хотелось бы во всём этом разбираться, но раз уж влез, пойду до конца. В любом случае нас теперь в покое не оставят.

После разговора с бабушкой я поднялся к себе. Сборы заняли меньше получаса. Гвардейцы и истребители были готовы и ждали меня на улице, проверяя снаряжение.

Я окинул взглядом собравшихся. Гвардейцы, закалённые в боях с аномальными монстрами и истребители монстров, прошедшие ещё больше битв в очагах. И я — тёмный феникс из другого мира, переродившийся в теле обычного провинциального графа. Та ещё компания для распутывания политических интриг и спасения империи. Но другой у меня не было.

Я раздал защитные и атакующие артефакты и сел в автомобиль. Агата привычно устроилась в рюкзаке у Демьяна, на что я уже даже не реагировал. Зубов доложил о готовности отряда и хлопнул ладонью по капоту.

Через полчаса мы были у врат. Глядя на истребителей, я набрал номер Лутковского.

— Истребители ушли через врата в очаг, — вместо приветствия сказал я. — У меня не было полномочий, чтобы их остановить. Они просили передать, что выполнят задание.

Я сбросил звонок, и мы рванули через врата в аномальный очаг. Ни истребители, ни Жнец так и не назвали координаты лаборатории. Но мне это было не нужно — как раз в той области, куда стремились добраться истребители, на карте Маргариты Шаховской был отмечен один из самых крупных «теневых карманов».

И по странному стечению обстоятельств, самый короткий путь к нему лежал мимо построенной родителями заимки. Хотя вряд ли это совпадение, скорее уж они специально строили её так, чтобы можно было устраивать перебежки по очагу и отдыхать в защищённом месте.

Мы с отрядом бежали через аномальный лес, ощущая загустевший воздух всем телом. Из-за каждого второго дерева на нас смотрели голодные глаза монстров, но сегодня у меня не было ни времени, ни желания с ними церемониться.

— Не отвлекаемся на мелочёвку, — скомандовал я, и гвардейцы сомкнули строй, на бегу отстреливая монстров первого ранга.

Истребители берегли резерв артефактов и работали мечами, практически не замедляясь и не останавливаясь. Агата активно помогала, вылавливая монстров первого ранга помельче. Правда мне не нравилось, что каждого пойманного монстра она притаскивала мне.

Поначалу я хвалил её, ну а потом монстров стало слишком много. Позади нас образовалась целая гряда из туш монстров, которых приносила Агата. В целом наш марш-бросок проходил на приличной скорости и без каких-либо происшествий.

В итоге до заимки мы добрались через два часа, где и сделали первый перерыв.

— Следите за периметром, я быстро, — сказал я, и гвардейцы развернулись в оборонительный круг.

Истребители никак не могли отвести взгляда от домика, но подходить близко не стали — чувствовали защиту. Я нырнул внутрь и достал из тайника чертежи деда. Глянув быстрым взглядом на листы, убрал их во внутренний карман и вышел на улицу.

На холме, где стоял дом родителей, было относительно безопасно, защитный артефакт отгонял монстров, хотя по идее, должен был их привлекать.

— Грох, — позвал я питомца. — А ты не чувствуешь, что за артефакт зарыт под домом? Ты же вроде бы сильнее стал.

— Не знаю я, что там твои родичи наворотили, — пробурчал он,