жесткую голую землю. Кожу немедленно словно крапивой обожгло, а дышать стало труднее – магия, пропитавшая мир, потянулась к свежей и такой желанной крови. В сознании зашелестело что-то первобытное, жадное, и, пытаясь не впускать эти звуки в глубь своих мыслей, Пень запоздало сообразил, что, пожалуй, все-таки стоило послушать Пандору и закрыть дверь сразу, как увидел на пороге Лаэрта, а чары применить еще после первой встречи. Постеснялся, что сочтут трусом, – и сам себя загнал в ловушку.

Ладно, прошлого не воротишь. Сейчас главное – выбраться, и поскорее, пока Лес не заметил, какой подарочек ему внезапно подбросили.

В другом, более привычном нам мире с крыльца избушки, хохоча, исчез двуглавый визитер, перепуганный енот с всклокоченной шерстью пулей бросился в лес – звать подмогу, а фарфоровая чашка из старого сервиза лежала себе одиноко на веранде в луже, слава богу, хотя бы не разбившись.

Но вот оставленную нараспашку дверь так никто и не прикрыл.

Глава 18. Чуждые да лишние

– …а еще девочки с работы верят, что все обязательно будет хорошо.

– Но все ведь и вправду будет хорошо?

– Да. Но ты это говоришь, поскольку сама намерена так делать, а они – просто не знают, что если внезапно стало хорошо, значит, этого «хорошо» добился кто-то другой. Огромный все-таки контраст у школы с реальностью.

Из приватных бесед Королевы и ее сестры-альбиноса

Дирекция в странном мире-ТЦ выглядела в разы более уютной и обжитой, чем офисное помещение во «Вся королевская рать лаундж», где Тишин имел честь беседовать с Максимом в прошлый раз. Нет, тут, конечно, тоже валялись по углам всякие недовязанные штуки порой абсолютно неясного назначения, но и диванчики с журнальным столиком, и стеллажи с книгами, и щедро расставленные по всем горизонтальным поверхностям фотографии создавали несколько иной настрой. Как будто здесь… жили? С учетом предыдущих разговоров – скорее всего, да, но почему? Димку так и подмывало спросить, зачем минотавру с более чем легальным статусом прятаться в подобном месте, но пока случая не представилось: войдя, тот вежливо указал гостю на одно из мягких кресел, ненадолго юркнул в соседнюю комнату, притащил поднос с чайной парой да печеньем и, покуда богатырь задумчиво макал юбилейное в эрл грей, принялся разглядывать полочки, словно собираясь с мыслями. ДТП подобное положение дел вполне устроило: не привлекая лишнего внимания, он выудил из кармана шпаргалку от Непроснувшихся и пристроил на поднос под блюдечко – чтобы удобнее было подсматривать.

Максим тем временем спросил, не оборачиваясь:

– В общем, раз уж речь зашла о русалках… Про Королеву ты ведь знаешь?

Димка скосил глаза на подсказку – «выкладывай как есть».

– Наслышан. И один раз даже видел – в воспоминании Пандоры, в статусе покойной жены бати. Кирилл ее выбесил, и, кажется, Королева собиралась нас утопить.

– Ух ты ж ежевичный пирожок, – с уважением присвистнул минотавр. – Тогда общий масштаб личности понимаешь. Так вот, она никогда не была соло-игроком, и кроме Семьи у нее имелись и сестры.

– Тоже в курсе. – В записке красовалось лаконичное «ага, и тут». – Более того, с уважаемой одинаковкой знаком лично, пару раз чуть не схлопотал сюрикенов и даже стал кем-то вроде постоянного посетителя. Уж больно чудесный кофеек варит, сами понимаете.

Максим Максимович сперва замер, а после медленно развернулся к топившему печеньку в чае богатырю.

– К Татьяне, говоришь, ходил? За кофе, неоднократно?

– Агамс, – с деланым равнодушием закивал Тишин, внутренне польщенный: наконец хоть кто-то оценил его подвиги по достоинству. – И не только. Собственно, мы сначала от нее с Дорой улепетывали – тогда и подружились, кстати, а потом вместе к воспоминанию о Королеве на прием попали, но уже в расширенном составе. Правда, после того как выбрались, я Татьяну почти не тревожу. Ну разве разок, когда, чтобы перед визитом к вам с Пандорой поговорить, через русалку патриарха вампиров звать пришлось.

Минотавр аж сел в ближайшее кресло и внимательно на Димку уставился. Это немного нервировало – подглядывать в шпаргалку стало труднее.

– А ведь не наврали про тебя, – задумчиво пробормотал под нос хозяин. – Лихой, ниче не скажешь. Ну а если и дурик дуриком, то кто ж другим был в твои-то годы? По анамнезу судя, авось и вправду выпутаешься… Ладно, давай по порядку. Про хвостатых ты в курсе и с двумя самыми… – тут Максим Максимович замялся, подбирая выражение, – активными встречался. Но есть и другие.

– Ага, наслышан и даже немного жалею, что и только: парикмахерша, маникюрщица, модель и эскортница – звучит в разы безобиднее сестер.

– М-да, и в этом про тебя тоже не наврали, – вздохнул минотавр. – «Бариста» вроде как тоже не особо страшное слово, но обозначает-то оно Татьяну. Смекаешь?

– Пожалуй, – кивнул ДТП, улавливая мысль. – Хотите сказать, остальные…

– За всех говорить не буду, но была и седьмая, – перебил его Максим. – О ней слыхал?

Димка немного покопался в памяти, после чего обреченно скосил глаза на записку. «Не зря Лохматыч магний предлагал, беда». Вот тебе и помощники. А че не подсказали тогда уж, где денег на этот магний брать?..

– Та, которую вы упоминали? Паспортистка? – Минотавр кивнул. – Но она ж вроде бы того… умерла, причем давненько. А документы у местных, подозреваю, свежие.

– Не умерла, а была убита, – сухо поправил хозяин, неуютно ерзая в кресле. – Причем как раз из-за должностных полномочий. Я уже говорил, с нее для сказов все и пошло, а вот обычной человеческой шпане в помощи отказала, чем жизнь свою и кончила. Жизнь, но не дело. Скажем прямо, Мелеагрина – так ее звали – довольно быстро смекнула, как важно для сказов получить нормальные людские документы, и постепенно нашла способ организовать их выдачу, не привлекая нежелательного внимания.

– И без крышующих верхов? В жизни не поверю. Нашему начальству постоянно приходится всячески с людскими чиновниками заигрывать, и если бы имелся более простой путь, давно б по нему пошли.

Тут Максим снова вздохнул и принялся пояснять, а наше и без того не всегда плавное повествование столкнулось с поистине непреодолимым препятствием. Опиши автор разработанную знавшей всю подноготную человеческой бюрократии Риной схему подделки документов в особо крупных масштабах подробно и досконально – и довольно скоро взять интервью-другое у писательницы возжелают крайне вежливые люди в неброской одежде, горячо заинтересованные и сюжетным поворотом, и полнотой приведенных в книге рекомендаций. Уважая естественное желание любимого редактора не седеть раньше времени, более разумным кажется упомянуть о хитростях Мелеагрины лишь в общих чертах, по верхам –