ты не рассчитывал, что мы вообще здесь окажемся, или рассчитывал на что-то еще. На катер, который заперт? Что ты не поделил с его хозяином – перст, который вы потеряли?

Я чуть не прокусила губу от приступа зависти. Все, что я знала о Дэвиде до сих пор, меркло и исчезало в сиянии переговорщика высочайшего уровня. Дэвид просто сверкал – ну или мне так казалось, и стоило огромных усилий смотреть не на него, а на Наранга. На ногах Наранга красовались тяжелые дюзы, я понятия не имела, где он их хранил, скорее всего, в тех самых пещерах, куда он меня так усиленно зазывал – я ему тоже нужна была как заложница? – и индикатор показывал слишком низкий уровень топлива, дюзы горели красным. Расстояние, которое пришлось преодолеть Нарангу, велико, ресурс дюз исчерпан, я почти не сомневалась, что Наранг даже не сможет взлететь.

Возможно, то же самое думал и Дэвид. Наранг не скрылся, а взял заложника, но для чего?

– Ты его не добил, – продолжал Дэвид, беря безоговорочный реванш за все мои одержанные за время нашего знакомства победы. Зависть вцепилась в горло мертвой хваткой, пришлось напомнить себе, что я судебный антрополог и невозможно уметь в жизни все. – Он был еще жив, когда я его нашел. Он успел мне сказать, что вы искали какой-то перст, что ты ему сообщил, что перст потерян, а он тебе не поверил, и это было его роковой ошибкой. Твоя роковая ошибка – что ты все еще не отпустил старика, напоминаю, что если он умрет, пока ты его держишь, это будет признано непредумышленным убийством при отягчающих обстоятельствах. Тебе, уверяю, ни к чему второй труп, так что бросай оружие и поднимай руки.

Наранг влип в такое же поганое положение, как и мы. Ни мы, ни он не могли покинуть Эос, проклятая планета взяла нас в плен, и если нас постоянно пытались убить, то Нарангу важно было не отправиться на электрический стул. Стул, конечно, уже несколько веков не был электрическим, в герметичной стеклянной капсуле происходила химическая реакция, мгновенно и безболезненно аннигилирующая приговоренного, но Нарангу легче от этого не было, и соглашаться на условия Дэвида он был не намерен.

Я лишь не понимала, зачем ему Кахир. И, может быть, Дэвид тоже искал для себя ответ на этот вопрос.

– Ладно, – Дэвид кивнул, мне показалось, он даже расслабился. – Чем тебе не подходит катер твоего конкурента?

А в самом деле?..

– У него на чипе код, – проскрежетал Наранг, меняясь в лице. Кахир засучил ногами. – Старье этот «Перегрин», но открыть не получается. Надо было сначала открыть катер, потом устранять соперника, да, лейтенант?

Зачем вообще понадобилось убивать Наранга номер один и кто он такой? Зато стало ясно, кто обыскивал труп, впрочем, вариантов особых и не было.

– Зачем ты вообще его устранил? – допытывался Дэвид, и выглядело это как дружеская беседа, где один – слишком словоохотливый, а второй с трудом терпит его болтовню. – Улетели бы вместе.

– А мне нужно, чтобы он при первом удобном случае сдал меня властям? Давайте ключи, или я продырявлю старику голову. – Наранг дернул плечом, и Кахир протестующе затрепыхался. – Стой ты смирно, старый хрыч… Поводов у него, как ты понимаешь, было навалом, пришлось его угомонить.

Доказательств, наверное, у Наранга номер один тоже хватало. Что же они не поделили, что за перст и неужели он всего этого стоит? Главное: эта штука все это время была у нас, и она, вероятно, вывезена отсюда. Никто не знает, что это такое, что с ним делать и зачем его нужно было тащить через всю Галактику.

Власть в лице Дэвида стояла прямо перед Нарангом, и откровенность, с которой до этой самой власти доводили подробности преступных деяний, пусть и неохотно, мне не нравилась. Это могло значить только одно – ни Кахира, ни Дэвида Наранг отпускать не собирается, а потом он доберется и до меня, и место здесь более чем удачное, падальщики быстро разберутся с телами, и опознать не получится, и что-либо доказать.

Смерть профессора тоже его рук дело? В общем, все смерти тут уже вопрос времени, и почему Наранг тянет – не хочет лишней крови или боится, что в прямом противостоянии с Дэвидом может не выстоять?

Ему нужен катер, чтобы отсюда улететь, но ему негде взять этот катер, так что же Наранг задумал, какого черта множит себе и без того уже немаленький срок, он наиграл на пожизненное заключение, а если выяснится, что Наранг номер один принадлежал к какому-то «защищаемому меньшинству» или что он от рук Наранга номер два покойник уже не первый… А тогда действительно никакой разницы, или Наранг скрывается, или по всем новостям будут передавать о невиданном, но абсолютно законном событии – приведенной в исполнение высшей мере.

Мне нужно было что-то предпринять, но меня парализовало. У меня ни оружия, ни навыков борьбы – таких, чтобы прыгнуть и обезвредить Наранга, а что у меня есть? Что у меня есть?

Глава 20

У меня есть репутация. Я ученый, стало быть, поверят всему, что я ни скажу, Наранг, вероятно, считает, что я в катере, и моего появления не ждет. Это мой шанс, и я допускаю, что сейчас все испорчу.

Я резко выдохнула и, развернувшись, на мысочках отбежала назад, чтобы создать видимость, что я ничего не слышала и не видела.

– Дэвид! – заорала я во все горло и рванула в низинку. Я вопила и ломилась через кусты, нанося ущерб природе и нервам. – Дэвид! Бегите! Бегите отсюда! Эй, вы меня слышите? Дэвид… А, и вы тоже здесь, – я остановилась и мазнула взглядом по Нарангу, имитируя испуг, безразличие и запыханность. – Бежим, там, – я махнула рукой в заросли кустарника, – там течет это… чертово золото. Кажется, началось!

Что там нес тот дикарь? «Пьющий золото мертв» – а Кахир говорил про землетрясение. А еще – что из озера на этом самом месте пили воду приговоренные к смерти, и с этим у меня неувязочка, но плевать, основная задача – нагнать панику. Получилось у меня или нет, но Дэвид с собой совладал и правдоподобно изобразил глубокую озабоченность. Я была готова дать руку на отсечение, причем не свою, что он ни черта при этом не понял.

Заверещал Кахир, и то ли Наранг от шока ослабил хватку, то ли у старика было огромное желание жить, то ли он просто был хитрющий и многоопытный, но он улучил момент,