— Бао Вей, прекрасно осознающий, что благодаря своему яркому пламени внук рано или поздно будет избран богом Огня очередным Верховным Творцом. Помимо огромной чести и преумножения силы сия судьба таила в себе множество потаенных опасностей, одной из которых было отравлением огнем. Лину с его природным даром целителя, а значит, и благословением реки, о подобном не стоило переживать, дяде же сначала пришлось думать о выгорании, потом об отравлении. Пэньцзин помогал Вейжу «заземлиться» и обрести внутреннее равновесие, и всякий раз, когда выдавались напряженные моменты, он надолго запирался среди своих карликовых деревьев, совершенствуя их формы, сажая новые саженцы, удобряя, пересаживая и так далее. Дядю это успокаивало, и питаемая Изначальным Пламенем ярость или просто тревога стихали, разум очищался, и приходило время спокойно принимать серьезные решения.

Последние полгода чаще всего его можно было найти в комнатах для занятий искусством пэньцзин, вот и сегодня Лин пришел к Вейжу именно туда. Верховный Творец с ножницами в руках расхаживал вокруг миниатюрного деревца в горшке, задумчиво разглядывал ветки, кажется, выбирал, какую из них обрезать, и не мог решить, потому что получившаяся фигура уже казалась идеальной.

— Как все прошло? — не отрываясь от своего занятия, спросил дядя.

— Как обычно, — Лин, не удержавшись, пожал плечами.

Вейж улыбнулся. В отличие от Ключа Воды, Огненный не менялся на протяжении тысячелетия и потому в каком-то роде стал предсказуемым. И все же проведенный прошлой ночью ритуал воззвания к богу Огня огласил сообществу творцов страшную волю, о которой друг с другом говорить было небезопасно, а уж если догадаются векши!

— Наш бог не стал бы требовать от нас невыполнимого, — Верховный Творец по-своему понял затянувшееся молчание, отложил, наконец, ножницы в сторону и посмотрел Лину в глаза. — Знаю, ты беспокоишься за Сонг, но с ней все будет хорошо. Раз Искра Воды выбрала ее, значит, посчитала сильной. Она справится.

Лин кивнул, стараясь скрыть от дяди свои мысли насчет задуманного, ведь он беспокоился не только за жену, но еще и за детей, особенно за предсказание Мина, выданное сынишкой во сне. Так ли ни о чем не подозревал Агни-векш, когда спрашивал ранее, что Лина беспокоит? Могло ли это навести Ключ Огня на мысли о затеянном творцами? Или слова Сонг о детях успокоили подозрения, которые, конечно же, имелись? Правдивые, стоит признать, слова.

— Лин, — Вейж все-таки заметил его беспокойство, — я же могу на тебя рассчитывать?

— Конечно, дядя. Ты всегда можешь на меня рассчитывать, — впервые за все время эти слова солгали, но Верховный Творец этого не заметил и удовлетворенно кивнул.

Дом встретил его мелодичным голосом Сонг, рассказывающим детям легенду о Калки и Агни, боге Огня. Ее вариант не сильно отличался от привычного, какой самому Лину в детстве рассказывала нянька, выбранная дядей Вейжем для его воспитания. В той версии легендарный правитель в одиночку вступил в неравную схватку с векшами, чтобы спасти свой народ, победил, но истекал кровью, а раны невозможно было исцелить. Тогда Калки собрал силу, дарованную ему богом Огня, и разделил ее между теми, кто после станет первыми творцами. Сонг добавила в свой рассказ историю о близнецах — единственных выживших детей Калки, которые и основали Шамбалу вместе с химерами и нашедшими их позже творцами. Девочку и мальчика назвали Ями и Яма, в честь закрывшей Врата сестры Калки, тогда еще не знали, что векшского вождя звали так же. После мальчик сменил имя на Мао, и почти никто не вспоминал его под изначальным именем, хотя знаменитые залы для выгоревших были названы как раз в честь близнецов, показавших, как поступать в таких случаях.

Кун и Мин сидели по разные стороны от матери и внимательно слушали, не решаясь задать вопросы, сияющие пламенем в их широко раскрытых глазах. Не удивительно — всем детям нравилась эта легенда, а Сонг к тому же была великолепной рассказчицей. А еще она очень сильно любила своих детей, потому с удовольствием проводила с ними все свое свободное время. Даже странно, что она сегодня сдержалась и не попросила помощи у Агни-Ключа, ведь тот вполне мог помочь… И начать подозревать творцов в том, что они затевали у векшей под носом! Неужели, Сонг соврала из-за покорности перед Верховным? Смирилась со своей участью?

«Нет, — глядя на то, как жена улыбается сыновьям, осознал Лин. — Не смирилась — захотела получить чужую силу, чтобы попытаться с ее помощью спасти мальчишек».

Ничем хорошим это закончиться не могло, как и предстоящий ритуал. Слишком многое ставилось на кон, чтобы любая малость не пошла не так, как надо. Дети, конечно, нуждались в их защите и помощи, но ведь и они в первую очередь могут оказаться в опасности!

«Я должен это остановить!» — решил Лин и порадовался, что остался для домочадцев незамеченным, потому что теперь мог уйти, ничего не объясняя.

Библиотека Шамбалы хранила в себе бесконечное число книг и древних манускриптов с самого основания селения. Если где-то и можно было найти законное основание, чтобы не проводить запланированный ритуал, пусть его одобрил сам бог Огня, так это здесь. Боги тоже ошибаются, иначе, чем объяснить столкновение рек и последующие войны с векшами? Все ошибаются. Может, и Лин, неожиданно для самого себя решивший предать дядю Вейжа, из их числа. Но сидеть сложа руки он не мог, так хоть оправдание будет, что он пытался, хотя бы пытался…

Свитки, которые могли ему помочь, относились ко времени последней войны двух рек — от двух предыдущих ничего не сохранилось, хотя Пунита Блаженная, вторая жена легендарного вождя Калки, пыталась восстановить древние знания, собирая истории присоединившихся к ней химер. Но многие из важных ритуалов были утеряны, например, нынешнее «Воззвание к Агни» совершенно отличается от того, что проводили истинно бессмертные. Зато о Ключах и их способностях творцы узнали именно во время третьей войны с векшами, до этого сила, данная богом Огня Калки, открывать и закрывать Врата не могла. Или предки просто не думали в ту сторону, предпочитая сдерживать врага на отведенном для этого рубеже, что по итогу не спасло, и вражеские войска прорвались и уничтожили древний город. После такого казалось, что жертва Ями никогда не забудется, но вот решились же призвать на Землю векшскую богиню Воды, из чьего тела эти самые Врата и получились!

— Кто бы мог подумать, что у меня появится соперник, да еще какой!

Лин вынырнул из размышлений и завертел