— Мама, Мин ведь не умрет?

— Нет, — поспешно заверила Куна Сонг. — Конечно же, он не умрет. Мы же с папой целители — мы ему не позволим.

И Лин понял, что ее слова — не пустой звук. Чтобы защитить детей, Сонг не только обратится за помощью к Джиро, сколько бы он ни ревновал ее к бывшему ухажеру, она и с Ямой сделку заключит, если понадобится. Пугало не это — пугало то, что он, скорее всего, попытается ее остановить.

Они все равно поругались. И Лин почти наговорил много лишнего, но к ним очень вовремя вышел проснувшийся Мин, благодаря проклятию игнорирующий боевые заклинания, а «Купол» относился именно к таким. Мальчик замер испуганным зверьком и переводил взгляд с рук Сонг на руки Лина, пока с облегчением не выдал: «Не та ссора». Малыш не знал, что подобное происходило впервые — Сонг всегда уступала мужу, характер и воспитание не позволяли ей поступить иначе. Потому слова Мина даже сейчас не давали Лину покоя, когда напротив него сидел Ключ Огня — векш с именем их земного бога.

Агни, сын К’харога и Мьялиг, внешне не отличался от сородичей, если не считать его огненно-рыжие волосы, коротко стриженные, наверное, чтобы как можно реже вызывать желание сравнить их с пламенем, которым они, несомненно, были. Впрочем, магией воды он тоже владел мастерски, и в его руках она обладала не только разрушительным характером, а еще умела исцелять, что выгодно отличало Агни от тех же химер. Хотя, конечно же, в первую очередь его, как Ключа Огня, выделяла возможность использовать Изначальное Пламя в любых количествах, что даже для Верховного Творца грозило последствиями, несмотря на договор с Агни, уже с богом. Да, К’хагор и Мьялиг выбирали имя сыну не без желания досадить богу Огня, хотя считавшаяся за богиню Мьялиг всегда хорошо относилась к творцам, и встречи, подобные нынешней, начались с ее подачи.

— Что вас беспокоит?

Вопрос прозвучал неожиданно. Лин не сразу понял, что векш обращается к нему, и обернулся к жене. Сонг ответила дрожащей улыбкой, словно собиралась вот-вот разреветься, увлажнившиеся глаза говорили о том же. Агни щелкнул пальцами, и «Купол» над ними побелел, делая их невидимыми для оставшихся снаружи охранников. Его супруга неодобрительно качнула головой, но предпочла промолчать.

— Так что вас беспокоит?

— Затянувшаяся война в Европе, — соврал Лин, хотя мнящим себя властителями мира белым он никогда и ни за что не посочувствовал бы.

Это из-за них опиум реками смерти тек по Гуанчжоу, в чьи сладостные объятия угодил отец Лина, изгнанный из Шамбалы за союз с простолюдинкой. Мать пережила его ненадолго, и мелкому Лину суждено было превратиться в эгуйя, если бы не дядя Вейж. С тех пор много воды утекло во времени-реке, но ненависть к европейцам ничуть не утихла — наоборот, после битвы при Ипре разгорелась с новой силой за то, что из-за них в его дом хлынули такие же самовлюбленные идиоты. Теперь собравшиеся в Шамбале творцы требовали от Верховного полного захвата мира, чтобы никто не посмел больше скидывать бомбы на полюбившиеся им города и отравлять дорогие сердцу реки. Лин предпочел бы, чтобы дядя им отказал, и белые продолжили резать и уничтожать друг друга. Пусть бы всех их не осталось, что с того? У Шамбалы и ее правителя других забот навалом. Например, сидящий напротив векш, чьи огненные волосы так сильно контрастировали с его сутью.

«Нет, — поправил себя Лин. — С сутью-то они как раз гармонируют».

— Если бы Верховный Творец действительно правил своей землей, люди не посмели бы вести бессмысленные войны друг с другом, — голос Иллеа-хи звучал надменно, но Агни не сделал ей замечание, только печально вздохнул, как будто его, в отличие от Лина, судьба европейцев тронула до глубины души. Если, конечно, оная у векш имелась.

— Может, людям на Земле жилось бы счастливее, когда бы ею управлял Верховный Творец, но позволить им самим выбирать свою судьбу поистине божественный дар. Знаю, что свобода создала много прекрасного. Сожалею, что без ошибок этот путь не случился. Понимаю, отчего Верховный Творец оказался слишком занят, чтобы не прийти сегодня на встречу. Но как Ключ Огня заверяю, вы можете спокойно разбираться с несчастной Европой — векши не воспользуются этой ситуацией.

— И Гармо Дайджеру?

— Поверьте, никто из семейства Дайджеру не покинет Авекшу, пока идет разбирательство по поводу последней выходки Гармо. И подобное никогда больше не повторится. Я об этом позабочусь.

Позаботится он, как же! Как будто его предложение само по себе не выглядело подозрительно. Векш, по доброй воле помогающий творцам? Скорее обе реки обернутся вспять, чем такое на самом деле случится.

— Это весьма любезно с вашей стороны.

У Лина не получилось скрыть истинное отношение к заверениям Агни, и тот, не сумев подавить разочарованный вздох, повернулся к Сонг.

— А что беспокоит вас, кроме войны, Гармо Дайджеру и вашего супруга?

Плечи ее дрогнули, и Лин понял, что она все расскажет, потому что доверяет Ключу Огня, как и Джиро, которому еще вчера позволила наблюдать за припадком Куна.

«Всем, лишь бы не мне».

— Дети, — тихо-тихо ответила Сонг и грустно улыбнулась. — Война, о которой они даже не догадываются, настигла их в самом защищенном месте Земли. Другие творцы проявляют к ним слишком много внимания, что само по себе нервирует. Но не волнуйтесь, мы держим ситуацию под контролем. А как ваша дочь?

— Ест, спит, гадит, орет — все, как и у других младенцев, — ответила Иллеа-хи тоном, дающим понять, что не поверила ни единому слову Сонг.

— Течение, — жена удрученно покачала головой, мол, какая она рассеянная. — Здесь столько всего происходит, что вылетело из головы.

— Не только, — уточнил Агни. — Векши дольше живут, а значит, медленнее растут и стареют.

«Он не сказал „мы“ — отрешенно отметил про себя Лин. — И Иллеа-хи не сделала ему замечание».

— Будь иначе, я бы предложила их познакомить, — сказала векша и посмотрела Лину в глаза, словно поймала его шальную мысль, и уточнила очевидное: — Наших детей. Хотя… Может, и впрямь взять их на следующую встречу?

— Замечательная идея, — поддержал Лин, уже знающий, что их следующая встреча не состоится, как минимум в сегодняшнем формате.

Искусству пэньцзин дядю Вейжа научил его дед