начал интересовать вопрос, как именно заразили императора. Вряд ли это произошло через еду, ведь перед тем, как подавать что-то к столу, её пробовал дегустатор-лекарь. Хотя, на него могло и не подействовать ведьмино заклинание. Однако ясно одно — во дворце есть предатель. Предатель, которого так и не нашли, и который, по всей видимости, до сих пор находится там и в любой момент может нанести следующий удар.

К вечеру у меня всё было готово, поэтому перекусив чаем с бутербродами, я набрал номер Демидова и предупредил, что скоро подъеду к Управлению.

Глава тайной канцелярии очень обрадовался, когда я выложил на стол перед ним робирки с сывороткой.

— Как раз вовремя. Я проверил ещё троих дворцовых, и твоего зелья не осталось. Хорошее средство, — он завернул пробирки в мягкую ткань, положил в прочную картонную коробку и убрал в сейф. — Позавчера, после того званого обеда, я встречался с императором по делам, и мы с ним обсудили то, что ты умеешь создавать уникальные вещества. Он очень заинтересован.

— Зря вы ему рассказали, — сухо проговорил я.

Не нравится мне это. Знаю я этих императоров. Он захочет иметь под боком личного алхимика, который будет делать всё, что ему прикажут. Превратит меня в одного из своих слуг, а я этого не хочу. Даже в прошлой жизни я был сам по себе, а император, когда ему нужна была моя помощь, отправлял ко мне одного из своих гонцов с письмом.

— Я не мог поступить иначе, ведь должен был всё объяснить, — извиняющимся тоном проговорил Демидов.

— Как император отреагировал на то, что я помог ему с использованием ведьминской магии? — как бы между прочим спросил я, но на самом деле невольно напрягся.

— Я упомянул лишь про ритуал. Да он и сам всё видел, когда попросил разрешения окунуться в мои воспоминания.

— И? — я весь обратился вслух.

— Его Величество ничего не сказал, но я видел, как он поменялся в лице. Он был… как бы точнее выразить… ошеломлён. Я полагаю, что он всё ещё в раздумьях и не принял решения, как именно к этому относиться.

— Ясно. Значит, впереди нас ждёт ещё много интересного, — еле слышно ответил я.

— Вам нечего бояться. Император умён и справедлив, — заверил он меня, но встретившись со мной взглядом, еле слышно добавил. — Да иногда он действует слишком жестко, можно сказать перегибает палку. Но в данном случае повторюсь. Вам нечего бояться.

Мы ещё немного поговорили, и я поехал домой. Насчёт денег договорились, что он сегодня же положит всю сумму на наш счет. Меня это полностью устраивало. К счету, который мы с дедом открыли ещё в Торжке, имели доступ тоже только мы вдвоём. Он, как и прежде, очень прижимист и на всём пытается сэкономить, поэтому я совершенно не беспокоился, что он потратит семейные деньги.

Мне нравилось в просторной роскошной квартире Савельевых, но, как оказалось, я уже привык к тому, что дом полон людей, поэтому слоняться по пустым комнатам мне быстро надоело. Надо чем-то себя занять.

Я решил немного поэкспериментировать. Раньше я создавал зелья только по надобности, но сейчас, когда меня никто не дёргает и не пытается постоянно накормить, можно немного пофантазировать. Благо у меня сохранилось достаточно эфиров.

После ужина кухарка отпросилась навестить мать до завтрашнего утра, и я её с радостью отпустил. Чем меньше народу, тем лучше. Я даже хотел выпроводить дворецкого, но тот сказал, что у него другого дома нет, и никто его не ждёт. Ну ладно, пусть остаётся.

Предупредив, что не следует меня беспокоить, я заперся в лаборатории. Мне давно не давало покоя то, что когда-то создал мой двоюродный братец. Правда, он потом сильно пожалел об этом, ведь его зелье нанесло большой вред их семье, и его за это сурово наказали, но я не собирался делать ту же глупость, что и он. Зато с таким полезным средством можно навсегда позабыть о фонаре или спичках. Жидкий свет. Да-да, именно так его назвал мой братец Горациус.

Для этого зелья у меня было всё необходимое, поэтому я тут же приступил к его созданию.

Сначала в ступке перетёр лепестки лунной лилии и ягоды светлячкового манакуста. Затем натёр на мелкой терке стебель золотистого вереска и, хорошенько помяв, выдавил из него сок. Всё смешав, добавил пару капель росы с листьев древнего дуба и перелил в хрустальный кувшинчик, который стянул с кухни.

Можно было бы добавить пыльцу солнечного мака, но не рискнул. Всё-таки я в гостях, а не в собственном доме, поэтому не хотел нести ответственность за испорченную мебель или дорогие картины. Как ни крути, но получилось и так очень едкое зелье, которое не следует усиливать без особой нужды.

Я поднёс хрустальный кувшин к свету и увидел, как внутри вспыхивают миллионы мельчайших частиц. Им нужно время, чтобы «притереться» друг к другу. Именно поэтому следовало оставить зелье на свету хотя бы на пару часов.

Жаль, что с Горациусом мы никогда не увидимся. Я бы утёр ему нос идеально созданным средством.

Вообще о Жидком свете, который также называли эликсир «Сияния», я читал ещё в трактате древних алхимиков. Должно получиться густое, светящееся желе, которое подчиняется воле хозяина. С его помощью можно осветить любое помещение и даже поджечь костер. Посмотрим, что у меня получится.

Я решил подождать эти два часа в постели с книгой, но не заметил, как уснул. Проснулся только утром от отчаянного визга кухарки. Выбежав из комнаты, я упавшим голосом произнёс:

— Только не это…

Глава 16

Кухарка стояла напротив двери в мою лабораторию, бывшую ванную, и кричала:

— Пожар! Пожар!

Из-под двери пробивался яркий свет, который с каждым мгновением усиливался. Женщина развернулась и побежала на кухню, я же натянул штаны и босиком рванул к лаборатории. Как только распахнул дверь, меня окатили с ног до головы. Это кухарка прибежала с ведром воды и, боясь, что на меня хлынет жаркое пламя, предпочла полить водой.

— Господин, не стоит… — она замерла на полуслове, изумленно уставившись на хрустальный кувшин, который сиял так, что было больно на него смотреть.

— Успокойтесь, это всего лишь зелье. Огня нет, — попытался объяснить ей, но женщина не слушала.

Открыв рот, она осматривала стены ванной, которые светились всеми цветами радуги из-за граней хрустального кувшина. Согласен, зрелище просто потрясающее. Похоже,