— Кажется, я начинаю понимать вас, Ваше Высочество, — медленно произнёс он, — а то, что вы произнесли сейчас, самостоятельно пришло в вашу милую головку или же кто-то подсказал эту мысль?

Как интересно всё получалось. Она сказала это просто потому, что в тайне мечтала об этом ещё год назад, а он не отмахнулся от идеи и снова занервничал. Софи видела, как бешено колотится его сердце в ожидании ответа.

— Самостоятельно.

— Это хорошо.

— А вы, Леонид Олегович, думали, кто мог мне посоветовать такие идеи? — ей стало любопытно.

— Раз никто не советовал, можно об этом и не думать, — улыбнулся он, и его сердце замедлило свой бег, успокаиваясь. — Я хочу, чтобы ты поняла меня: мне не нужен новый переворот власти в стране. Именно поэтому ты и твоя подруга, как кровные наследницы престола, продолжаете жить и править.

— Я вас понимаю, — хотя на самом деле Софи понимала не до конца.

— В таком случае нет нужды пояснять, почему этот вариант нам не подходит.

— Почему не подходит? — из всего предыдущего разговора она заключила, что этот вариант может устроить обоих, а тут вдруг не подходит.

Он снова взял её за руку и, положив ладонь на сгиб локтя, зашагал по аллее парка.

— Потому что, устрой я вашу смерть, власть снова сменится. Давайте уж будем работать с тем, что есть.

— А если мне не хочется?

— Тогда тебе следует пенять на себя... — его тон оставался мягким и дружелюбным, и Софи вновь захотелось заставить его нервничать.

— И что же вы сделаете? Убивать меня вам не выгодно, что тогда?

— Я могу забрать у тебя что-то важное, — вкрадчиво сказал он.

— И что же это? — так же вкрадчиво спросила Софи.

— У всех есть свои слабости, и найти твою не так уж сложно.

— Да, наверное, — она помолчала, но затем добавила, желая сильнее позлить графа, — но пока я не совсем понимаю, о чём вы говорите. Приведите пример?

— Ты либо глупа, либо умело притворяешься.

— Ну так что вы сделаете? — Она взмахнула ресницами. — Я же должна понимать суть угрозы? Пока для меня это пустые слова...

— Ну, например, твоя милая подружка, она неплохо разбирается в делах, но ты же понимаешь, в делах я и сам разбираюсь...

— Та, которая решила объединиться с Еленой и избавиться от меня? — уточнила Софи.

Граф вздохнул.

— Подруг у тебя не так много.

— Знаете, совсем недавно я нашла у неё записку от Елены. В ней говорилось: «Пора начинать», так что можете испытать на ней один из своих быстрых ядов, я посмотрю, может, меня это впечатлит…

Граф остановился.

— Похоже, наш разговор опять ни к чему не приведёт.

— Похоже на то, — она не удержалась и вернула ему его любимые слова, — мне кажется, вы просто недостаточно стараетесь.

Граф пренебрежительно махнул рукой:

— Похоже, переворот неизбежен.

Он развернулся и первым зашагал прочь. Софи постояла пару минут, а затем пошла по аллее к реке.

Прошло несколько дней, полных тревожных раздумий. Софи не раз мысленно прокручивала в голове весь разговор с графом, но ещё чаще — разговор с Александром у озера и то, что было после. Порой её мысли возвращались к Тее, настроение которой за последние дни значительно улучшилось, сделав её вновь весёлой и живой. Поэтому она не сразу вспомнила о письме, написанном президенту Гроснану, и очень удивилась, получив от него ответ. Его ей протянул сам Александр прямо на ступенях дворца, когда она спускалась с Теей. Софи взяла письмо, стараясь мысленно вызвать его на разговор, но он с безразличием отвернулся от неё к подошедшему другу. Софи разочарованно развернула письмо и пробежалась глазами по ровным, педантично выведенным буквам. Гроснан приглашал её, Софи, на встречу в свою резиденцию и видеть хотел именно её, а не только старейшин и представителей.

— Гляди-ка, он тобой явно заинтересовался, — Тея выдернула письмо из рук подруги.

— Не говори глупостей!

— Почему же, ты принцесса, а его президентский срок скоро подойдет к концу, может, он решил сменить страну?

Софи закатила глаза:

— У тебя богатое воображение.

— Как думаешь, Совет старейшин одобрит этот союз? — довольно громко обратилась Тея к Александру. Он поморщился, по-прежнему не глядя на Софи, и ответил:

—