меня, как на пробудившееся чудовище. Страх в глазах предательницы стал лучшим подарком за сегодня. В душе я ликовала от мысли, что не пустышка, что никогда ею не была.

А огонь… — посмотрела на собственные руки, объятые пламенем, не причиняющим мне вреда. — Огонь может быть послушным зверем, если его приручить.

— Возмездие за подлость и предательство, — вскинув голову, посмотрела на сестру, мечущуюся на пригорке. — За то, что вы хотели меня убить.

Шум крыльев в кроне деревьев и тяжелые прыжки, ломающие тонкие ветки, возвестили о том, что магический всплеск привлек внимание тех, кого я меньше всего хотела сейчас видеть.

Не прошло и минуты, как на тропу выскочил огромный тигр с золотистыми глазами. Этого хищника я знала до последней полоски на оранжевой шкуре. Увидев нас, Шеридан встряхнулся, окутываясь едва заметным глазу маревом быстрой смены облика.

Высшие кланы, вроде ирбисов или тигров, умели сохранять одежду на теле, а малые кланы вынуждены были таскать узелок с вещами в зубах и переодеваться при каждом обороте.

Одновременно с Тайгером на тропу рухнул с неба Кайен. Его стремительное преображение в человека из угольно черного дракона с красной гривой и окантовкой крыльев, я так и не сумела уловить.

Они оба замерли, глядя на меня, стоящую на крошечном уступе ущелья посреди выжженного круга земли и расплавленного камня. Мои волосы в момент вспышки расплелись за секунду и теперь обнимали плечи огненным каскадом, подсвечиваясь, как раскаленные угли.

— Валесса? — Шеридан шагнул к краю ущелья, глядя на меня с жадным восхищением. — Ты пробудила магию? Невероятно! Ты ведь понимаешь, что это значит?

О, да! Эйфория от того, что удалось избежать смерти и проучить сестер, постепенно сходила на нет, обнажая неприятную правду. Магия среди оборотней считалась редкостью. И теперь ни Тайгеры, ни даже Редрагены от меня так просто не отстанут.

— Отошел от нее! — прорычал Кайен, вырастая на краю ущелья темной скалой. Дракон хищно скалился, втягивая носом горелый воздух и не сводя с меня пристального взгляда. — Верина Валесса, вам удалось всех нас удивить. Проявление магического дара у оборотня в человеческой ипостаси — редкая удача. Ваши способности, несомненно, возвысят клан Снойверов и клан вашего будущего избранника.

Полный скунсец! — глядя на алчные взгляды оборотней, я осознавала, как крупно влипла.

Мой план держаться подальше от хищных кланов с треском провалился. Два самых сильных альфы этого сезона смотрели на меня, как на ценнейший трофей. А сколько еще желающих заполучить редкую кровь в свой род возникнет, когда новость обо мне распространиться по заповеднику?

Знали бы они, что я уже умирала из-за чужих непомерных амбиций. И не позволю произойти этому снова.

— Моя удача лишь в том, что я выжила в случайном обвале. И к вам она не имеет никакого отношения. Я бы хотела продолжить испытание, — ответила, сдерживая нервную дрожь в голосе.

— Случайном? — Кайен прищурился, глядя на трясущихся сестер. — Я разберусь с этим позже. Сейчас вам лучше вернуться в лагерь под моей охраной.

— Предлагаете провалить испытание? Пожалуй, откажусь, — хмыкнула я, чувствуя, как огонь растекается по венам жидкой лавой. — Мне не нужны охранники.

Рискуя сверзиться в пропасть, я прыгнула к краю обрыва, уцепившись за него обеими руками. Осталось только подтянуться и забросить тело на ровную поверхность. Но в этот момент меня с силой перехватили за запястья и дернули наверх. Охнуть не успела, как оказалась на тропе, прижатая к телу принца.

От его близости меня кинуло в жар. Кончики волос слегка приподнялись, сверкая огненными бликами, а руки до локтей окутались рыжими язычками пламени. Но Кайен даже не дрогнул. Его тело мгновенно совершило полуоборот, покрывшись чешуей, способной выдержать жар драконьего огня, а в темных радужках с вытянувшимися в полоску зрачками полыхнуло яростное пламя.

— Пустите! — рванула руки из звериной хватки. — Я, кажется, ясно выразилась, что не нуждаюсь ни в вашей помощи, ни в защите. Оставьте меня в покое!

— Нет! — на породистом лице с проступившими у висков алыми чешуйками, зазмеилась наглая ухмылка. — Вам уже понадобилась мою помощь. И вы примете остальное, потому что отступать я не намерен.

— Не в этой жизни! — выпалила, полыхая, такой яростью, что испепелила бы обоих на месте. И Шеридана заодно, чтобы не пялился на меня с таким видом, будто уже присвоил себе.

Глава 8

Золотистые глаза Тайгера сузились. Он уже наверняка просчитывал, сколько золота принесет ему мой новоявленный дар. Но Кайен, очевидно, тоже не собирался отступать. Он снова сократил расстояние, нависая надо мной не только огромным ростом, но и давящей аурой.

— Ты не понимаешь, что говоришь, Валесса, — процедил принц, на лице которого зловеще мерцали чешуйки. — Выплеск магии опустошил твои резервы. Ты не в состоянии даже ровно стоять на ногах. Ты идешь со мной, и это не просьба.

— А что? Приказ? — полыхающая в венах лава высушивала изнутри, обнажая свежие раны. — Оставь свои приказы для тех, кто еще верит в справедливость. Я не приму твою помощь, даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Проваливай и оставь меня в покое!

— О чем ты говоришь? — произнес Кайен обманчиво мягко, будто разговаривал с неразумным ребенком. — Мы едва знакомы. У тебя есть причины сомневаться в моей справедливости?

— Считай, что я просто тебя ненавижу, — развернувшись, бросилась прочь.

Бежала на чистом упрямстве, не разбирая дороги. К чему, вообще, выбирать направление, если лес самостоятельно менял тропинки и приводил туда, где я не планировала оказаться?

Например, сейчас мне хотелось уйти как можно дальше от ненавистных хищников, но за спиной отчетливо слышался хруст веток и звуки тяжелых шагов. Вероятно, Кайен шел по следу.

Как же! Его Высочество привык оставлять последнее слово за собой.

Лес вокруг менялся на глазах. Кроны деревьев становились все гуще и мрачнее, смыкаясь над головой плотным покровом и образуя постоянную тень. Яркая зелень обрела более темные оттенки, запахло прелой сыростью, и сама атмосфера сделалась тяжелой, так что каждый шаг давался с трудом.

Я невольно замедлилась, прислушиваясь к внезапно наступившей тишине. Не слышно были ни трелей птиц, ни легкого жужжания насекомых, ни даже треска веток за спиной.

Растерянно оглядевшись, я пошатнулась, ощущая резко накатившую слабость. Перед глазами все поплыло. Сквозь пелену, застившую взгляд, я различила, как между деревьями вспыхнули еле различимые серебристые нити. Они окружили со всех сторон, будто я угодила в центр гигантской магической паутины.

Попятившись, я случайно задела рукой такую нить и вскрикнула от острой боли. Меня будто разом пронзили тысячи игл, а в крохотные отверстия, как