в лицо. Затем сломал нос и челюсть товарищам гопника, подоспевшим ему на помощь.

– Валим! – прохрипел, запрокинув голову, парень со сломанным носом. Темная кровь хлестала из его ноздрей и стекала на торчавший под подбородком воротник олимпийки. Вскоре компания скрылась за деревьями, черневшими в аллее, ведущей к трамвайной остановке.

– Ух ты! Мужчина! – Нюра соблазняющим жестом прикоснулась к шубке, томно напоминая о том, как прекрасен спрятанный под ней приз. – А можно мне с вами?

* * *

Вячеслав еле разлепил глаза, разбуженный звоном в ушах, которым его тело откликнулось на громкий стук. Стучали в дверь его узкой комнаты в коммунальной квартире. Все, что он помнил о вчерашнем вечере, – как втащил в комнату чемодан с вещами и упал на кровать прямо в шляпе.

Вячеслав тяжело поднялся с кровати и открыл дверь, обнаружив за ней всегда опрятную и вежливую старушку Даниловну, которая до жизни с Верой угощала его вареньем по выходным. Позади старушки стоял широкоплечий парень.

«Одни спортсмены вокруг, – уважительно отметил Варданов.

– Вячеслав, к вам пришли. – Голос старушки был ровным, а глаза – предупредительно большими. Варданов знал, что ее когда-то допрашивали как близкую подругу Яна Леопольдовича Ларри.

– Доброе утро, Вячеслав. – Парень сразу шагнул в комнату, выставив, как щит, удостоверение.

– Чего ж вы никак не успокоитесь? – горько спросил Варданов. – Вы меня из КГБ выгнали, из партии исключили, жизнь сломали! Что вам еще нужно? Меня уже сто раз проверили!

Злоба, копившаяся последние годы, нашла выход. Герой-фронтовик, выполнявший особые задания по поиску нацистских преступников в Западной Европе, должен по первому зову ехать туда, куда вздумается какому-то штатскому сопляку!

Миша наблюдал за ним снисходительно, сохраняя абсолютное спокойствие.

– Если вы по поводу Шуйского, – догадался Вячеслав, – то я его лет пять не видел. Как-то после отставки у меня друзей поубавилось!

Гость посмотрел на него в упор:

– Прошу проехать со мной.

– А у меня, – с язвительной готовностью отозвался Варданов, – совершенно случайно чемодан с вещами собран!

– Вещи, – в голосе гостя не было и тени иронии, – можете оставить.

Даниловна скрылась за дверью своей комнаты, на прощание бросив осуждающий взгляд. Варданов вспомнил стопку червонцев в кошельке Никиты и разговор о Шуйском. Снова здорово, прямо под Новый год, который как встретишь, так и проведешь.

* * *

«Волга», за рулем которой сидел Миша, изредка поглядывавший на хмурого Варданова, неслась к Красной площади. В это время Андропов уже стоял перед Брежневым, делая доклад. Под его глазами от недосыпа залегли тени, но в голосе слышались гордость и воодушевление человека, справившегося с масштабной задачей:

– Это лучший кандидат на выполнение задания. Знаю его лично по работе в тылу врага. Бесстрашный, верный, умный, умеет хранить тайну. В совершенстве владеет немецким. Блестящий разведчик, эрудит, выполнял сложнейшие задания. Имеет боевые награды. Уволен из системы, – Юрий Владимирович кашлянул, – за связь с немкой.

Брежнев, сам большой любитель красивых женщин, одобрительно усмехнулся. В материалах на Брандта было сказано, что тот ходок, каких свет не видывал. В его донжуанском списке были чиновницы, стюардессы, балерины, стенографистки, актрисы и журналистки. Его фотография в серебряной оправе стояла у самой Роми Шнайдер как святыня! Роми Шнайдер – это серьезно! Пожалуй, они с этим Вардановым должны найти общий язык.

– Его совершенно несправедливо вывели из игры. Гениальный поисковик. Лучше его нет, – продолжал Андропов. – Уверен, он сможет выполнить операцию. Работает переводчиком в «Иностранной литературе».

* * *

«Волга», которой уверенно правил Миша, к удивлению Варданова, направлялась не в Кремль. Она выехала из города по Можайскому шоссе и остановилась у перелеска на повороте к какой-то деревне. Здесь, на обочине, Вячеслав увидел припаркованный «Мерседес».

«Волга» остановилась. Миша сделал знак пассажиру выйти. Он проводил Варданова до иномарки и открыл дверь, приглашая сесть. Изумленный переводчик обнаружил, что за рулем автомобиля сидит генсек, а на заднем сиденье – Андропов. Не в силах поверить своим глазам, Варданов переводил взгляд с одного члена Политбюро на другого.

Андропов заговорил первым:

– Садитесь, молодой человек.

После недолгих колебаний Варданов, наконец, принял приглашение. Миша захлопнул за ним дверцу и ушел к другой машине.

– Познакомьтесь, Леонид Ильич, – начал Андропов, – Вячеслав Варданов, мой старый знакомый, о котором я вам говорил.

Генсек испытующе посмотрел на Вячеслава, сразу оценив его, мягко говоря, нетоварный вид:

– Знаешь анекдоты про Брежнева?

Варданов обернулся к Андропову – тот сидел с непроницаемым лицом, затем к Брежневу – тот сурово и выжидательно смотрел.

– Знаю, но похабные, – твердо сказал Варданов. – И обидные.

– Давай! – Генсек без колебаний махнул рукой.

– Посещаете вы Третьяковскую галерею. Директор говорит: «Это Репин». Вы: «Ну, Репин». Идете дальше. Директор поясняет: «Это Ге». Вы: «Это не гэ. Мне нравится».

Андропов хмыкнул, а Варданов продолжал:

– Идете дальше. Директор снова: «Это Врубель». Вы: «Хорошая картина… и недорогая!»

Брежнев засмеялся:

– Этот я знаю. Еще могешь?

– Брежневу звонит женщина:

– Меня зовут Мария Ивановна Сидорова. – Простите, не припомню. – Мы с вами вместе спали… – Как?! Когда?! – Во Дворце съездов. – Не было такого! – Было, было. Вы спали в президиуме, а я – в зале.

Брежнев расхохотался, едва заметно одобрительно кивнул Андропову в зеркало заднего вида. «А парень-то – наш человек!» – подумал он, протягивая Вячеславу руку:

– Ну, здравствуй.

Варданов ответил крепким рукопожатием.

– Слушай последний. – Леонид Ильич прищурился. – Приходит Брежнев в гости к Никсону. У того в кабинете две кнопочки – белая и черная. Никсон говорит Брежневу:

– Если я нажму на белую, то на СССР упадет атомная бомба, а если на черную, то на СССР упадет водородная бомба.

А Брежнев ему отвечает:

– Вы знаете, мистер президент, во время войны у меня в Польше была одна знакомая пани. У нее в доме было два унитаза: один – голубой, а другой – розовый. Но, когда в Варшаву вошли советские танки, она обгадилась прямо на лестнице!

Андропов усмехнулся. Варданов и Брежнев покатились со смеху. Внезапно Леонид Ильич стал серьезным:

– В анекдотах про меня в основном врут. Но тут есть правда. Знаешь о чем? О кнопочках. Они существуют. И ты нам нужен, чтобы на них никто не нажал.

Он достал из кармана пальто свернутую немецкую газету с фотографией стоящего на коленях Вилли Брандта на первой полосе:

– На этого человека ты должен выйти лично и завербовать.

Варданов, поморгав, удивленно уставился на собеседников.

– Нужно наладить секретный контакт между Леонидом Ильичом и канцлером ФРГ Вилли Брандтом, – подтвердил Андропов.

– Канал тайный, без помощи КГБ и других структур, – пояснил Брежнев. – Нужно довести до сведения немецкой стороны, что у меня есть