и подобает представителю древнейшей расы в известной Вселенной. Сказал, что все понимает, не сердится и вообще очень рад помочь мне адаптироваться к новой жизни.

Мы обменялись любезностями и разошлись, довольные друг другом. А сегодня с утра он позвонил и предложил отправиться на воздушную экскурсию.

Мы с Лулу переглянулись.

— Только после уроков! — заявила я, предупреждая вопросы.

— Ну пожа-а-алуйста! — начала канючить принцесса. — Ничего же не будет, если я один раз пропущу эти дурацкие уроки!

Я готова была с ней согласиться. С утра хотелось на воздух, прочь из душного дворца и подальше от Шейна. Но вместо этого покачала головой и твердо ответила:

— Нет, милая, сделал дело — гуляй смело. Так что, сначала занятия, потом прогулки. И в твоих интересах не устраивать саботаж. А то экскурсию придется перенести на неопределенный срок!

Она надулась, как мышь на крупу, но смолчала. Знала уже, что я от своих слов никогда не отступаю. И если сказала «нет», то это «нет» будет и сегодня, и завтра, и вообще навсегда.

Занятия закончились в срок, мы быстренько пообедали, а потом в сопровождении молчаливого Шейна (ага, от него фиг избавишься!) и Шаддара погрузились в скоростной лифт, который доставил нас на старт-площадку. Там уже ждал флиппер — тот самый воздушный транспорт без крыльев и винтов. Правда, на этот раз оснащенный панорамным окном. А рядом выстроились кибер-близнецы моего бодигарда.

И вот тут меня осенила гениальная мысль.

— Давно хотела спросить, — начала я, когда флиппер взлетел, — лейр Шаддар, скажите, вы были знакомы с Аресом Альваринэль?

Я смотрела на эльфоангела честным, открытым взглядом наивной простушки, не забывая, при этом, краем глаза следить за Шейном.

Мой киборг сидел, выпрямив спину, с замкнутым, непроницаемым лицом. Как и положено киборгу. И вообще, вел себя так, будто этой ночью между нами ничего не было.

Когда я сегодня проснулась и вышла из комнаты, он стоял на своем посту у дверей, но до сих пор не произнес ничего, кроме односложных: «да, Лиза», «нет, Лиза». Даже не верится, что эта железная статуя вытворяла со мной такое, от чего до сих пор уши горят!

Я тихо бесилась, но решила не устраивать сцен. В конце концов, Шейн (или кто он там) ничего мне не обещал и ничего не должен. Зато «внутренняя богиня» требовала отмщения. В мыслях я видела Шейна голого, связанного по рукам и ногам и подвешенного на вертеле над гигантским костром. Моя богинька в юбке из шкуры тигра поливала его чесночным соусом и плотоядно облизывалась.

В общем, я стиснула зубы, натянула маску пофигизма и сделала вид, что мы вообще не знакомы.

Ну, хоть запомнил, что меня нужно по имени называть. Уже очко в мою пользу. С остальным разберусь и докопаюсь до сути!

— Разумеется, лирра, — голос Шаддара ворвался в мои мысли. — Дэйр и его старший брат росли на моих глазах.

— Расскажите о нем, пожалуйста.

— Что именно вы хотите узнать?

— Каким он был.

— Официальные источники…

— Нет, — я покачала головой, продолжая следить за Шейном, — расскажите, что вы о нем помните. Какой у него был характер, привычки, что он любил?

На лице эльфоангела мелькнуло недоумение.

— Могу я узнать, почему вас вдруг заинтересовал Арес?

— Просто женское любопытство, — помятая про табу на улыбки, я послала Шаддару выразительный взгляд. — Узнала тут, что его физические данные использовали как прототип для модели Шейна, и вот, захотелось узнать о нем побольше.

— Да, — подключилась Лулу, — и мне интересно! Я сейчас по истории как раз прохожу первое нападение шиирдов и гибель «Тентурии».

Я незаметно скосилась на Шейна. Тот продолжал сидеть с неподвижным лицом. Но что-то в напряженной линии его челюсти подсказало: он не так равнодушен, как хочет казаться!

***

Экскурсионный флиппер медленно двигался по заданной траектории. Мы с Лулу разглядывали проплывающий под нами ландшафт, Шаддар погрузился в воспоминания, а Шейн продолжал изображать ледяную статую.

Между Ширионом — столицей — и точкой прибытия было всего двадцать минут пути, но ради нас флиппер сделал огромный крюк над горной грядой и морским побережьем. Я своими глазами увидела изумрудные горы. Они сверкали на тройном солнце так, что без защитных стекол на них невозможно было смотреть. И лилово-красное море, на вид тягучее, словно желе. Оно лениво лизало серебристый песок.

И нигде ни травинки, ни кустика.

Как я уже знала, живая природа на Апраксильоне существовала только в пределах защитных куполов, накрывающих каждый город. Именно купола были причиной теплой погоды, вечно цветущих садов и чистого воздуха. За их границами Апраксильон представлял собой бесконечную каменистую пустыню, давным-давно выжженную тройной звездой. Таких куполов на планете было несколько сотен, и каждый из них укрывал настоящий оазис.

Межу ними курсировали флипперы — воздушные диски и гиперлупы — сверхскоростные поезда, что двигаются внутри специальных тоннелей. Я поедала глазами чудовищные красоты чужого мира и внимательно слушала, что рассказывает Шаддар.

А он, похоже, был рад поболтать. За три часа полета я много чего узнала. Например, что Арес и Арион не просто близнецы, а двойняшки. Так что отличить их сложно, но можно. И если Шейн это точная копия Ареса, то дэйр это Арион.

Дэйр носит маску, которая удерживает энергию и искажает черты лица. Но ведь когда-то, до того, как Арион принял бразды правления, он был обычным человеком, то есть тинарром, без всяких там наноухищрений. И где-то в глобальной инфосети должны сохраниться его портреты!

Я напрягла память.

Кажется, в учебнике по истории Апраксильона было что-то такое. Портреты королевской семьи Альваринэль: мать, отец и сыновья-близнецы. Все мужчины — брюнеты с черными глазами, видимо, сыновья в папу пошли. Только мать шатенка. Где-то там, помнится, мелькал и портрет погибшей жены Ариона. И да, Лулу на нее очень похожа. Я бы сказала: точная копия.

— Арес был безудержным романтиком, — мечтательный голос Шаддара вплелся в мои мысли. — Сочинял стихи, музыку. Даже картины пытался писать. Женщины его очень любили, но ни одна так и не смогла завоевать его сердце. А вот Арион — прагматик и реалист, закончил королевскую Академию Военно-Космических сил, готовился к освоению дальнего космоса. Строил планы, мечтал об экспансии тинарров в другие галактики.

Я встрепенулась:

— Экспансии? То есть, планировал захват новых территорий?

— Нет, что вы! — Шаддар ответил недоуменным взглядом. — Речь шла о планетах, где нет разумной жизни, либо эта жизнь на самом примитивном уровне.

— Например, как Земля моего времени, — хмыкнула я. — Вы ведь считаете меня примитивной, разве не так? Выходит, появись на пути Ариона планетка, подобная