уступе. Толк держал комок сырых морских водорослей, освещая какие-то едва видимые резные символы, все в сколах и трещинах. Лун спланировал на уступ рядом со Звоном. Он понятия не имел, что они рассматривают.

– Откуда вы знаете, что это? – спросил он.

– Это те же символы, что и на столбах, и мы думаем, они означают «вход», – сказал Толк, тяжело дыша. – Они окружают вот это отверстие, и оно похоже на то, что находится в центре напоминающей цветок конструкции из города предтеч.

Ежевика с восторгом обернулась к нему:

– Здесь есть старые повреждения, как будто много циклов назад кто-то копал, пытаясь открыть.

Делин поспешил подозвать Звона:

– Звон, попробуй ты. Ты лучше знаешь по опыту с другим городом.

Луну казалось, что все лишились рассудка. Это место совсем не напоминало конструкцию, охранявшую вход в подводный город предтеч. Скорее всего, это просто дыра в камне, вероятно, проточенная какими-то червями, которыми кишит скальный откос.

Звон прошлепал по воде мимо Толка и Ежевики и попробовал заглянуть в дыру.

– Ничего не видно, и никак не подсветишь, не закрыв обзор. Есть у кого-нибудь палка или нам послать кого-то на лодку?

Делин покопался в висящей на плече сумке.

– Вот, попробуй это. – Он протянул Звону тонкий металлический стержень с крючком на конце. – Признаюсь, на этот случай я его и взял.

Лун зашипел себе под нос. Морские твари приблизились к солнцеходу, и Лун больше не видел в небе раксура. Правда, не видел и сквернов – то ли они испугались оружия кишцев, то ли уверились, что морские создания сделают всю работу для них.

Звон взял стержень и вставил в дыру. Лун затаил дыхание. После долгой паузы Звон зашипел и вытащил стержень.

– Зацепиться там не за что.

Делин забрал стержень. Звон уперся ладонями в стену по обеим сторонам от двери и навалился на камень, бормоча:

– Это должен быть вход.

Совсем не обязательно. Город очень стар, и они всегда знали, что он может не иметь никакого отношения к предтечам. И Каллумкал ошибался, а Вендоин права, утверждая, что он создан строителями фундаментов. Даже если это город предтеч, он может открываться совсем не так, как тот, другой город. И здесь двое арборов и один земной обитатель, а Лун со Звоном смогут спасти лишь двоих, когда затонет солнцеход, и Лун понятия не имел, что с Нефритой, Утесом и остальными.

Звон припал к стене, прижавшись щекой.

– Погодите. Я что-то слышу.

– Да?

Ежевика нервно втянула когти.

– Как будто… – Голос Звона был едва различим из-за ветра и нарастающего шума от идущих по воде морских тварей. – Треск камня, как будто его ломают. Не думаю, что это предтечи, мне кажется, тут что-то другое…

Арборы замерли. Лун вдруг заметил, что левая ладонь Звона наполовину накрывает один символ. Еще один такой символ был с другой стороны двери. Лун указал на него Толку.

Толк вздрогнул, сообразив в чем дело, и осторожно переместил левую руку Звона так, что она полностью оказалась на символе. Когти царапнули камень.

– Скверны ошибаются, – отчетливо произнес Звон.

Толк нетерпеливо махнул Ежевике. Оскалив зубы, она мягко сдвинула правую руку Звона на другой символ.

– Да, Лун был прав, это магия, – сказал тот.

Скала у них под ногами треснула и задрожала. Лун вцепился когтями в камень и успел удержать Толка прежде, чем тот упадет с выступа. Ежевика схватила Делина. На голову обрушился град из обломков коралла и камня, и вода с уступа булькнула и стекла вниз. А потом скала медленно начала сдвигаться внутрь.

Изумленный и потрясенный, Лун вцепился в камень и в Толка. Отодвигалась не вся скала, а только часть, но довольно большая – около ста шагов в ширину и примерно столько же в высоту. Как сказала Ежевика, дверь достаточно велика, чтобы прошел солнцеход, но Лун не ожидал, что она окажется настолько огромной.

Дверь вела в огромный темный туннель, и его дно быстро заполнялось морской водой. Внутри было темно, как в подземной пещере, а выходящий оттуда спертый воздух отдавал солью и слабым запахом гнилых водорослей.

– Солнцеход, – едва слышно произнес Делин. Он смотрел в темноту, широко распахнув глаза. – Они должны попасть внутрь раньше сквернов…

До сих пор Лун не видел Делина в таком состоянии, и происходящее ему определенно не нравилось.

– Звон, ты сможешь закрыть дверь? – спросила Ежевика. – Когда мы приведем земных…

– Я едва удерживаю ее открытой, – тяжело дыша, сказал Звон. – Так что закрыть не проблема.

– Оставайтесь здесь, – сказал всем Лун.

Он убедился, что Толк крепко держится на скале, потом сдвинулся к краю выступа и подпрыгнул.

Ветер подхватил его и едва не унес в открытый проем двери. Лун отчаянно захлопал крыльями, перекатился и сумел восстановить контроль. Он полетел к солнцеходу, осторожно кружа и стараясь держаться в стороне от фонарей на случай, если кишцы вдруг выстрелят. На верхней палубе он увидел направлявшего орудие Каллумкала, потом – кружившую над солнцеходом Нефриту с Эрикой и Елеей на флангах. Чуть позже мимо пронесся Утес.

Приблизившись к Нефрите, Лун прокричал:

– Дверь открыта! Звон ее держит!

Нефрита сделала круг, при виде двери ее шипы дернулись.

– Эрика, отправляйся за Потоком и Корнем! Елея, вы с Песней идите к арборам! – окликнула она воинов.

Воины разлетелись, и Нефрита спустилась на солнцеход. Убедившись, что Утес летит к ним, Лун последовал за Нефритой.

Они приземлились на крышу рубки.

– Сообщи им, – велела Нефрита. – Я останусь на страже.

Лун опустился на колени, наклонился и заглянул в окно. Морщась от усилий, Рорра удерживала рулевой рычаг. Лун постучал по окну. Она вздрогнула, удивленно глядя на Луна. Он многозначительно указал на скалу, Рорра повернулась в ту сторону, и ее глаза округлились. Она пробормотала что-то явно не на альтанском, а потом вернулась к рулю.

Лун поднялся на ноги.

– Скверны дерутся друг с другом или у меня галлюцинации?

– Если это галлюцинации, то у всех, – мрачно произнесла Нефрита.

Утес пролетел над ними, потом резко развернулся обратно и прошел совсем низко, так что Луну и Нефрите пришлось пригнуться. Утес сменил облик, спрыгнул на крышу каюты, пошатнулся, и Нефрита поймала его за руку, чтобы поддержать.

– С каждым разом становится все труднее, – заметил он.

Солнцеход резко дернулся вбок, и Лун покачнулся. Металл застонал – судно разворачивалось к скале. Лучи фонарей дальнего света были направлены на небо и остров, и в темноте, где еще летало множество сквернов, дверь выглядела почти незаметной. Оставалось надеяться, что все дакти, которым удалось подобраться ближе, мертвы.

– Как думаешь, что происходит