убил монстр. Причём, судя по следам, расправился с ними с особой жестокостью, а после устроил пир, растерзав их лошадей.

Вот в чём дело.

— Теперь понятно. Вчера мы действительно столкнулись со стаей монстров. Нанесли им урон, но вожаку удалось уйти.

Глава стражи откинулся в кресле, сложив пальцы.

— Пока эти твари бегают по лесам — это не наша проблема. Но если этот разъярённый вожак, которого вы спровоцировали, решит приблизиться к городу, это станет проблемой для всех. И создали её вы.

— У городской стражи, я полагаю, достаточно сил, чтобы уничтожить одного монстра, — парировал я.

— У нас есть другие обязанности. Вы разозлили зверя — вы и займитесь охотой на него. Или сверните свою деятельность. Вообще, вы могли бы строить свою дорогу в окрестностях города, где мы обеспечиваем безопасность.

— Это исключено. Охотой мы заниматься также не будем. Наша задача — строительство дороги, а не истребление каждой твари в лесу.

— Ваша вылазка, конечно, похвальна, — в голосе Найтхела зазвучала ирония. — Но не забывайте о своих обязанностях. Вы начали войну с местной фауной — решайте последствия.

— Ваша светлость, мы лишь строим дорогу. Если монстр осмелится приблизиться к городу, разве не городская стража должна его остановить?

— Не забывайся, мальчик! — он резко ударил кулаком по столу. — Если бы вы не полезли к тому руднику, ничего бы не случилось!

— Если бы председатель Совета не изменил правила, всё и было бы как раньше, — холодно ответил я. — Но времена меняются. И, будем честны, у вас есть все ресурсы, чтобы прихлопнуть любого монстра.

— Не учи меня политике, мальчик. Председатель в своем праве, а ты на своем месте. И твое место — не создавать большим людям проблем.

— Если вы так беспокоитесь о безопасности горожан, вам ничто не мешает устранить угрозу.

— И почему ты так упорно отказываешься сотрудничать?

— Я готов к сотрудничеству. Но я не понимаю, в какой именно форме оно должно выражаться в данном случае. Охрана периметра и уничтожение угроз — прямая работа городской стражи.

Найтхел несколько секунд молча смотрел на меня, затем махнул рукой.

— Понятно. В таком случае вы свободны.

Странное требование... Нет, не просто странное. Вспоминая вечные причитания Нокса о трусости его начальства, эта ситуация отдавала какой-то фальшью. Найтхел — старый и, без сомнения, сильный маг. Его настойчивые попытки спихнуть на нас уничтожение какого-то монстра не выдерживали критики. Да, та белая горилла оказалась живучей, но даже Аспид вчера чуть не прикончила её. Городская стража запросто могла бы разобраться с ней так, что та и пикнуть не успела.

Ладно, чёрт с ним. Попробовал переложить свою работу на меня — не получилось. Главное, чтобы на этом наши «деловые отношения» и закончились.

Сейчас куда важнее, чтобы у Эрика всё было в порядке. Хотя... с ним должны быть маги его клана. Вполне возможно, что его пироманты уже зажарили ту обезьяну до хрустящей корочки.

Неожиданная прогулка пешком... Что ж, с учебой на сегодня я, пожалуй, покончил. Пора возвращаться.

Я медленно брел по улице, инстинктивно вглядываясь в вывески. Внутри сжималась знакомая тоска по чему-то, чего здесь не существовало: по уютной кофейне, где подают горячий раф и кусок нежного бисквитного торта. Местная кулинарная индустрия не радовала разнообразием — здесь в избытке были таверны с жареным мясом и кружками выпивки, но до всего остального цивилизация увы не добралась. Сколько ещё лет, а может, и десятилетий, придётся ждать, чтобы найти подобное лакомство?

Проклятье... Мысль заставила меня горько усмехнуться. Они и не подозревают, какой шторм я устрою. За одну лишь плитку настоящего шоколада местные аристократы, я уверен, были бы готовы убивать.

Тяжело вздохнув, я отправился в «Упрямого мечника». Ладно, ребрышки тоже хорошо.

Глава 23

Наши постройки продвигались, а вот Эрику снова не повезло — на его отряд снова напали гориллы. На этот раз они действовали хитрее, занимаясь откровенным саботажем. Несколько раз приматы атаковали лошадей, которых по недосмотру оставляли без охраны. Зная об угрозе, Эрик сосредоточился на защите людей, и из-за этого отряду дважды пришлось возвращаться в город пешком.

Но в целом всё шло неплохо. Пару раз стражники пытались нам навредить, но быстро выяснилось, что их власть над нами весьма условна. В первый раз они просто закрыли перед нами Южные ворота. Мы лишь посмеялись и выехали через Западные. В следующий раз они попытались перекрыть все выходы. На это мы просто развернули многоножку поперёк проезда и устроили импровизированный пикник с шашлыками.

Стоило видеть их лица — они просто не знали, как реагировать на наше пиршество под самыми стенами. Когда нас попросили убрать «преграду», мы с преувеличенным удивлением огляделись — мол, кому же мы мешаем? Не найдя страждущих, просто продолжили трапезу. В итоге ворота пришлось открыть. На большие провокации они не рискнули — к счастью, против нас не стали использовать магов городской стражи, хотя, думаю, мы бы и с ними что-нибудь придумали.

Столкновения с монстрами продолжались. Гориллы нас больше не беспокоили — теперь у них, наверное, хлопот прибавилось с другими обитателями леса. Проредив их стаю, мы заставили их сократить территорию. Но на смену им пришли старые знакомые — гоблины. Почуяв слабость конкурентов, они тут же выслали разведку. Рени принялся за дело с особым рвением, методично отстреливая каждую замеченную группу. Это ясно дало понять: гоблины прочно обосновались в шахтах, а значит, наш будущий форт должен выдержать атаку целой орды. Количество гоблинов в таком логове даже представить было страшно.

Но в один из дней всё перевернулось. Мы приехали как обычно и увидели то, чего не желает видеть ни один строитель: разрушенный участок дороги, заваленный зловонной кучей экскрементов. Именно на дороге — это уже был явный и наглый саботаж.

Нам пришлось задержаться и тщательно осмотреть место диверсии. Искали всё, что можно, и нашли зацепку: клочок белой шерсти. Явное свидетельство объявления войны. Диверсионной, мелкой, нам совершенно не нужной. Обсудив, решили сделать вид, что ничего не заметили. Ну кто в здравом уме станет гоняться по лесу за обезьяной, да ещё и за «улучшенной»? Испортила дорогу, пометила территорию. И, похоже, привела на «мероприятие» всю свою популяцию. Но