лето в пьяном угаре, кровавых стычках и разврате пивнушек Ист-Окленда, я стал иначе относиться к действительности и животному под названием человек.

Как-то раз на выходные в конце лета я вылез из машины на стоянке «Эль Адоба». Кто-то свистящим шепотом произнес мое имя. Я кивнул группе «ангелов», стоявших у входа. Снова послышался шепот, однако люди у входа не открывали рта. Тут я сообразил, что кто-то сидит на крыше. Я поднял глаза и увидел голову Сонни, торчащую из-за бетонного козырька. «С тылу заходи, – прошипел он, – там есть лестница».

На задворках в лабиринте мусорных баков я обнаружил шестиметровую пожарную лестницу. Я поднялся наверх, Сонни и Зорро лежали на крыше, почти теряясь на фоне отслоившегося рубероида. Сонни был вооружен AR-16, новейшей автоматической винтовкой, состоящей на вооружении американской армии, Зорро – карабином М-1. Рядом лежала горка боеприпасов – коробки и обоймы, фонарик и термос с кофе. Они сказали, что ждут появления ниггеров. Мол, наступил тот самый вечер.

Они не угадали. Тем не менее «ангелы» почти месяц выставляли вооруженных часовых на крыше бара, пока не решили, что ниггеры испугались и больше не сунутся. Однажды после обеда на пике напряженного ожидания Баргер и еще пятеро «ангелов» поехали на стрельбище в Аламиду. Они забросили оружие за спину и так проехали через центр Окленда. Телефон полиции раскалился добела от сообщений о вооруженном патруле «ангелов ада», движущемся через весь город в южном направлении. Копы, однако, ничего не могли предпринять. Изгои не прятали оружие, не перевозили его в заряженном состоянии и не нарушали ограничение скорости. Просто решили освежить навыки стрельбы. А если появление «ангелов» вызвало панику среди населения, то это проблема населения.

Большинство «ангелов» не разгуливают с оружием открыто, зато их жилища напоминают частные арсеналы, здесь можно найти ножи, револьверы, автоматические винтовки и даже самопальный бронеавтомобиль с пулеметной турелью. Они не любят распространяться о своем оружии. Для них оно единственная страховка на тот день, когда Главный мент решит устроить финальную расправу. «Ангелы» ни капли не сомневаются, что такой день однажды наступит.

Нет, я не стал бы называть их расистами. Едва ли. Может, в глубине души они и есть расисты. Если вы заметили, среди «ангелов» нет негров. Но они в любом случае стоят только сами за себя, а значит, против негров и всех остальных.

Инспектор полиции округа Сан-Бернардино

Разговоры об «ангелах» в кругах политиков и специалистов по связям с общественностью достигли пика осенью 1966 года. Пробег на День труда закончился в доме Кизи, что вызвало некоторое разочарование, ведь небольшие городки по всей стране готовились к вторжению, изнасилованиям и грабежам. Части Национальной гвардии вызывали в такие богом забытые дыры, как Паркер, штат Аризона, и Клермонт, штат Индиана. Канадская полиция выставила наблюдателей на границе с США под Ванкувером в Британской Колумбии. В Кетчуме, штат Айдахо, местные установили на крыше аптеки в центре города пулемет. «Мы готовы встретить это отребье, – заявил шериф. – Половину отправим в тюрьму, а другую половину – на кладбище».

Увеселительная прогулка «ангелов» в Ла-Хонду горько разочаровала прессу. Изгои совершили причудливый пробег на высокой скорости, но он не тянул на сенсацию. Я запомнил, как в тот день Терри-Бродяга толкнул речь для полиции, дежурившей на автостраде. Он завладел микрофоном, подключенным к мощным динамикам, и воспользовался случаем, чтобы высказать все, что думал, обращаясь к полиции без церемоний, говоря о морали, музыке и безумии. Речь закончилась на высокой, звонкой ноте, которую сотрудники ведомства шерифа не скоро забудут.

– Помните, – кричал он в микрофон, – просто помните, что в то время, когда вы мерзнете здесь на дороге и выполняете свой священный долг, наблюдая, как мы, сексуальные маньяки и наркоманы, отрываемся по полной, ваша женушка дома проводит время с грязным «ангелом ада», раздвинув перед ним ноги.

Последовал взрыв хохота, который не могли не услышать на дороге.

– Что вы об этом думаете, дешевые менты? Вы проголодались? Мы привезем вам чили, если останется. Главное, не торопитесь возвращаться домой, дайте своим женам вволю позабавиться.

В победной кутерьме Дня труда было трудно предугадать, что «ангелы ада» вскоре потеряют свой ценный контакт с прессой. Погромы в мелких городках давно всем надоели, и копы начали напрягаться. Наркотики и хиппи были совершенно новым явлением, еще не приевшимся шоу. В то же время война во Вьетнаме все больше занимала умы общественности, и это сказывалось на популярности «ангелов».

Несколько месяцев «ангелов» сносило течением в политическую сферу, однако реальное включение изгоев в политику выглядело сомнительным. Наиболее обескураживающим элементом выглядела географическая близость клуба с Беркли, цитаделью радикализма на западном побережье Штатов. Беркли находится по соседству с Оклендом, два города разделяет всего лишь синяя линия на карте да несколько дорожных знаков, но во многих отношениях они такие же разные, как Манхэттен и Бронкс. Беркли – университетский город и, как Манхэттен, словно магнитом притягивает неприкаянных интеллектуалов. Окленд привлекает людей, ищущих поденную работу и дешевое жилье, кому не по карману жизнь в Беркли, Сан-Франциско и любом другом благополучном городе в районе Залива. Это шумный, отталкивающий район с подлым народцем, его шарм напоминает «Чикаго» Карла Сэндберга. Хулиганье, задиры, молодежные банды и расисты чувствуют себя здесь как рыба в воде.

Широкая известность «ангелов ада», наступившая сразу же после широкого освещения студенческого бунта в Беркли, была истолкована либерально-радикально-интеллектуальными кругами как свидетельство духовной близости. Помимо прочего агрессивная антисоциальная позиция «ангелов», их отчужденность от общества, невероятно манила эстетов из Беркли. Студенты, не решавшиеся поставить свою подпись под петицией или стащить шоколадку в магазине, восхищались рассказами о том, как «ангелы ада» разносят вдребезги целые поселки и берут себе все, что захотят. «Ангелы» пользовались репутацией людей, перед кем пасует полиция и идут на попятный власти. Для фрустрированного студента-радикала такой имидж был невероятно притягателен. «Ангелы» не занимались онанизмом, они брали женщин силой. Не забивали себе голову теориями, гимнами и цитатами, но шумно пробивали себе дорогу, демонстрируя мускулы и стальные яйца.

Медовый месяц продолжался весь конец лета до середины осени и закончился 16 октября, когда «ангелы ада» напали на демонстрацию за вывод войск из Вьетнама, проходившую на границе Беркли и Окленда. Экзистенциальные герои, курившие на вечеринках у Кизи косячки на пару с либералами из Беркли, обернулись ядовитыми гадами и набросились на либералов с кулаками, выкрикивая «Предатели!», «Коммунисты!», «Битники!». В критический момент «ангелы ада» твердо встали на сторону полиции, Пентагона и Общества Джона Берча. В этот день в Беркли никто не радовался, все считали,