тяжело ей это дается. Как мелко затряслась ее вытянутая рука, на уголках глаз блеснули слезы, а лицо исказила едва заметная, с трудом сдерживаемая гримаса боли.

Прямо сейчас ей было невероятно плохо.

Он больше не мог на это смотреть и уже было рванулся к лестнице, намереваясь спуститься и забрать Элиру с арены, как воздух внизу дрогнул.

Пространство разорвалось. Вечное пламя вспыхнуло прямо перед ее вытянутой ладонью.

Толпа удивленно ахнула и зашепталась. Даже ректор, стоявший неподалеку, кажется, приподнял бровь. И в начавшейся суматохе Алькор, не мигая следивший за каждым ее движением, был, кажется, единственным, кто заметил, как после закрытия портала из ее носа потекла струйка крови.

— Да что там происходит, бездна их всех подери?!

Он решительно двинулся к выходу с галереи.

Надо забрать ее оттуда и отнести в медпункт прямо сейчас.

Но не успел он сделать и двух шагов, как прямо за спиной Виолки разверзлась огромная черная воронка, сочащаяся Скверной.

Навыки боевика сработали мгновенно, вытеснив панику ледяной яростью:

— Немедленно откройте дверь! — рявкнул Рейнер, бросаясь к дежурному магу. — Готовьте боевой отряд! Лука, за мной!

Но дорогу ему преградил Лазар Алькор:

— Тихо. Остынь, — пугающе ровно прозвучал голос отца.

— Там Скверна! — Рейнер попытался отшвырнуть руку, но Лазар вцепился в его плечо мёртвой хваткой.

— Я тоже заметил, — хмыкнул он.

— Нам надо закрыть портал и вытащить Элиру! — Рейнер рванул вперёд, но отец снова остановил его.

— Зачем? Это же герметичная антимагическая комната, — холодно отчеканил Алькор-старший. — Зачем нам рисковать Паладинами, открывая двери? Портал просто сожрёт девчонку, после чего схлопнется, не найдя больше пищи. Скверна оттуда не выберется. Нет ни одной причины рисковать нашими людьми.

— Что ты несёшь?! — прорычал Рейнер, чувствуя, как реальность трещит по швам. — Она гражданская! Она студентка! Мы обязаны…

Один из магов, сидевший в администрации, уже подлетел к Эдгару Веймару и отчеканил:

— Господин ректор! Господин Алькор! Уровень угрозы критический. Это портал с миазмами, максимальная категория!

Ректор, стоявший чуть в стороне, мрачно кивнул, соглашаясь с Лазаром:

— Вы правы. Это наименьший вариант жертвы.

Рейнер онемел и медленно повернул голову к стеклу.

Внизу, в ловушке без выхода, Элира, пошатываясь, стояла один на один с расползающейся скверной.

Лазар Алькор посмотрел вниз и коротко усмехнулся:

— Ну, посмотрим, — бросил он. — Если она сильная магичка, может, и одна вытянет. Делаем ставки, господа?

Глава 61.2

Рейнер

Делаем ставки?

После этих слов внутри Рейнера что-то с хрустом надломилось. Последний барьер пал.

Весь его выверенный план рассыпался в прах. Какая разница, будет ли отец издеваться над Элирой дальше? Достанет ли он их через год или через десять? К бездне всё, если прямо сейчас её сожрет Скверна!

Изображать холодность больше не имело смысла. Если он не вмешается сию же секунду, терять ему будет нечего.

Рейнер развернулся и зашагал к лестнице.

— Остановись. — Холодный голос отца разрезал тишину галереи.

— Нет, — бросил Рейнер, не сбавляя шага и не оборачиваясь.

Воздух мгновенно уплотнился. На плечи навалилась свинцовая тяжесть. Лазар ударил расчетливо: ровно так, чтобы сын рухнул на колени и вспомнил своё место. Это была порка напоказ, вжать его в пол перед всей Академией, как нашкодившего пса.

Раньше Рейнер бы упал. Раньше липкий, вбитый с детства животный страх парализовал бы его. Но сейчас внутри полыхала только ярость.

Он даже не дрогнул. Колени не подогнулись. Рейнер лишь замер, вполоборота развернулся к отцу, потянулся к гудящему от мощи резерву и ударил в ответ.

Невидимая волна с треском, похожим на удар хлыста, пронеслась по галерее. Лазара отшвырнуло назад, он едва устоял на ногах. Удивление на лице отца тут же сменилось бешенством:

— Ах ты щенок! — выплюнул он, вскидывая руку.

Горло Рейнера сдавило железной хваткой. Воздух застрял в легких. Лазар душил чистой магией, привычно перекрывая кислород.

Рейнер скрипнул зубами. Он больше не тот беспомощный мальчишка. Короткое усилие воли и удавка на горле лопнула, разорванная встречным потоком силы.

Лазар тут же сменил тактику. Выставив ладонь, он прошептал:

— Вода.

Пространство над головой Рейнера разошлось, выпуская ледяной ревущий поток, способный размазать человека по камню.

Но вода не долетела.

Рейнер встретил стихию жестким щитом левитации. Поток разбился о невидимую преграду, брызнув в стороны с такой силой, что зрителей окатило с ног до головы.

Толпа взвизгнула. Студенты отхлынули, началась паника. Ректор попятился, вжимаясь в стену. Несколько паладинов, пришедших вместе с Алькором, инстинктивно схватились за оружие, но ни один из них не сдвинулся с места. Встать между двумя Алькорами означало подписать себе смертный приговор. Галерея превратилась в арену, в центре которой остались только отец и сын.

Рейнер не стал открывать портал, а просто ударил левитацией, но со всей массой резерва, вкладывая в жест годы накопленной ненависти.

Воздух загудел. Лазара смело, как тряпичную куклу. Он пролетел несколько метров, снес спиной стулья и с грохотом рухнул на пол.

И тут же вскочил на ноги. От аристократичной маски не осталось и следа, глаза горели маниакальной злобой. Пространство вокруг него пошло рябью, уплотняясь от магии.

Вряд ли решится убить, холодно подумал Рейнер, глядя, как отец собирает силу. Но покалечит в назидание — несомненно.

Ждать он не стал. Память о том, что отец сделал с Тареном, обожгла сознание. Рейнер резко выбросил руку вперед:

— Мир 1085. Вечное пламя.

Пространство вокруг Лазара лопнуло.

Четыре портала вспыхнули одновременно: спереди, с боков и за спиной, беря отца в огненное кольцо. Из разломов с ревом вырвались струи пламени. Алькору-старшему пришлось судорожно отступить в самый центр ловушки, чтобы синие языки не сожгли лицо.

Лазар замер. Огонь гудел в сантиметрах от кожи, выжигая кислород. Стоило дернуться или попытаться открыть встречный проход, как нестабильная магия сожгла бы его заживо. Пламя лизнуло рукав дорогого пиджака. Ткань затлела, потянуло едким запахом паленой шерсти и плоти. Лазар скривился, прижимая обожженную руку к груди.

Впервые на его лице не было насмешки. Там читалось абсолютное, шокирующее неверие. Он вдруг понял, какой мощью на самом деле обладает его сын.

Тяжело дыша, Рейнер смотрел сквозь синее марево в глаза своему личному чудовищу. Затем перевел взгляд на стекло. Внизу Элира из последних сил отступала от черной лужи. Она была жива, но времени почти не оставалось.

Рейнер шевельнул пальцами, и огненные стены придвинулись ближе. В глазах отца мелькнул неподдельный страх.

— Последний шанс, — процедил Рейнер сквозь шум пламени. — У меня нет времени. Либо стой тихо и не мешай, либо сдохни и сделай всем одолжение.

Лазар стоял, не смея шелохнуться.

— Я больше