– Долбаные дилетанты!.. – пробормотал я, выпуская гранату.

Я нырнул за проходящий по краю крыши парапет в то самое мгновение, когда граната проделала аккуратное отверстие в окне из тонированного стекла, прямо над буквой «д» в слове «Бильярдный зал». Я зажмурился; обжигающий белый свет проник сквозь сомкнутые веки, выхватив красные нитки кровеносных сосудов. Затем налетела ударная волна.

Зажав уши руками, я заревел, вторя ревущему вокруг миру. Ударная волна с силой ткнула меня в спину. Затем ветер утих, и над городом раскатились отголоски взрыва. Застонав, я тряхнул головой, избавляясь от тонкого слоя мельчайшей белой пыли. Я кашлянул, очищая от этой же пыли горло и легкие, после чего заглянул через парапет из полимербетона. Бильярдный зал исчез; вместо него высилась груда обломков, объятых пламенем. Я ограничился относительно небольшим количеством взрывчатки, однако его хватило, чтобы снести заодно коктейль-бар с одной стороны от зала и стриптиз-клуб с другой. Стоявшая перед входом машина теперь лежала на боку, сложившись пополам, стекол не было. Сирены пока что еще не звучали.

Я убрал гранатомет и запасную гранату в сумку, застегнул молнию и закинул сумку на плечо, после чего направился к пожарной лестнице на внешней стене здания.

Шаг номер четыре.

36

Сумерки. Машина везла меня обратно в казино, когда у меня завибрировало в кармане. Это был Топор. Я предварительно купил две пары деловых карточек, отдав ему по одной из каждой. Топор был бледен как полотно, зрачки расширены, на лице кровавые подтеки.

– Привет, Топор! У тебя что, опять запор?

– Я так и знал, что ты собираешься что-то сделать, – пропустив мои слова мимо ушей, сказал он.

– Вот как?

– Да, – кивнул он. – Железной Тройки больше нет.

– Что стряслось?

– Ну… – Похоже, Топор не совсем понял, что я имел в виду. – Ну, ты его убил, Три Шрама.

Я никак не отреагировал на это обвинение.

– Просто расскажи, что произошло.

Топор огляделся по сторонам. Он находился в каком-то тускло освещенном коридоре, вероятно, в недрах казино. Топор провел тыльной стороной ладони по лицу, перепачканному кровью.

– Мы встретились в кафе «Рэй цзуань». Железная Тройка и Счастливчик в отдельном кабинете в глубине, остальные в зале, как и в предыдущий раз, все пялятся друг на друга. Счастливчик дает Железной Тройке зажигалку. Тот ничего не говорит, просто проверяет ее и кивает. Счастливчик облегченно улыбнулся, и все расслабились. И тут это произошло. Я как раз… – Топор покачал головой, словно до сих пор не свыкнувшись со случившимся. – Я как раз смотрел прямо на Железную Тройку, когда он прикуривал. Этот белый огонь, этот идеальный кружок просто сожрал Железной Тройке руку до самого локтя и расплавил на хрен его лицо, дружище. – У Топора округлились глаза, дыхание участилось.

– И что произошло дальше?

– Затем у Железной Тройки вспыхнула одежда, и началась стрельба.

– Кто выстрелил первым?

– Счастливчик. Он выхватил по пистолету из обоих карманов и начал палить во все стороны, по «пушке» в каждой руке. Я хочу сказать, я только что прокрутил повтор на сетчатке, тогда все произошло так быстро. Но в любом случае – от жара у Счастливчика задымился пиджак, дружище, лицо стало красным, словно обгорело на солнце, и он даже не моргал, просто бах, бах, бах, сам понимаешь.

Я молча кивнул.

– Я хочу сказать, глядя на все, я решил, что это дело рук Счастливчика.

– Он был ни при чем.

– Ну, теперь я это знаю.

– Откуда?

– Потому что Счастливчик назначил цену за твою голову, блин. Прямо сейчас десять человек разыскивают тебя по всему городу.

Я помолчал.

– О. Значит, он решил разыграть это так.

Топор покачал головой.

– Твою мать, а как еще он мог поступить?

– Это ведь еще не все, Топор, так?

Топор шумно вздохнул.

– Джексон Уличная Армия убита, дружище.

– Проклятие!.. – пробормотал я, удивляясь тому, что это получилось искренне.

Топор продолжал качать головой.

– Да. Просто не повезло. Она начала палить из автомата, завалила одной длинной очередью троих. Но только одному все-таки удалось выхватить пистолет, и он просто стрелял в пол, уже мертвый, думаю, рефлекс или что там еще. Джексон получила рикошет в висок.

– Значит, вот почему ты злишься на меня.

Топор пристально посмотрел на меня с крохотного экрана.

– Ты втянул меня в перестрелку, дружище, без какого-либо предупреждения. Я не знаю, какую игру ты ведешь, блин.

Я приказал машине остановиться. «Золотой дракон» находился в двух кварталах прямо впереди. Мимо в противоположном направлении проносились машины военной полиции с включенными мигалками.

– Отлично, – сказал я. – Вот чем я сейчас занимаюсь, дружище. Во-первых, я разобрался с остальными боевиками Железной Тройки. От «888» осталась лишь груда обломков. Так что остальные три банды решат, что Счастливчик начал действовать, как бы он ни старался свалить все на отбившегося от рук члена своей группировки. Тонкое равновесие нарушено. Остров Лысенко и Выбитый Зуб Кой будут готовиться предпринять шаги против Счастливчика, немного подрезать ему крылья, позаботиться о том, чтобы он не претендовал на слишком большую долю того, что осталось от рынка. Тактика ведения переговоров основывалась на подсчете трупов убитых боевиков. Но, видишь ли, есть один фактор, который все усложняет: в настоящий момент солдаты военной полиции находятся в квартале «красных фонарей». Заняты поисками подпольной наркотической лаборатории, где была изготовлена та «ледяная семерка», которая была у Билли, когда ее застрелили. Выбитый Зуб Кой – это тот самый человек, кто не остановится до тех пор, пока не найдет эту лабораторию и не сровняет ее с землей.

– Блин, чувак, это же самая настоящая война!

Вытряхнув сигарету из мягкой пачки «Двойного счастья», я закурил.

– Точно, – сказал я, выпуская дым.

Улицы казались пустынными. Лишь какой-то европеец колотил в стеклянную дверь кафе с висящей табличкой «Закрыто», а в нескольких кварталах позади столб черного дыма поднимался над тем местом, где когда-то стояли «три восьмерки».

– Но это еще не все, – продолжал я. – Я подбросил Кой один намек. Так что все выглядит так, будто Счастливчик что-то задумал и стремится настроить друг против друга квартал «красных фонарей» и полицию. А отношения между ними испортятся, и очень сильно. Так что я полагаю, что в настоящий момент Счастливчику Чжуиню нужны на баррикадах все его люди, все до одного. На мой взгляд, в нашей банде достаточно обозленных, тех, кто считает, что мы не ответили должным образом на убийство Билли, и одобряет разгром Железной Тройки.

Снова оглядевшись по сторонам, Топор прислонился к стене. Вид у него был измученный, мокрая от пота борода спуталась.

– Даже не знаю,