ушла в ванную переодеваться в белье, которое он купил ей днем. Она казалась искренне увлеченной им — результат приятного, хоть и необязательного ужина с вином. Секс с молодыми всегда лучше, когда они думают, что это не просто сделка. В них еще жива надежда.

Резкий стук в дверь заставил его вздрогнуть.

— Маада турид?! — гневно крикнул он из постели.

Дверь открылась, и в комнату вошел человек, совсем не похожий на его охранника. В вытянутой руке он держал черный пистолет с глушителем.

— Где она? — спросил вошедший тоном, от которого веяло самой смертью.

Йедид покосился на ящик тумбочки, понимая, что до своего «Макарова» ему не добраться, и кивнул в сторону ванной.

Рис пересек комнату, не сводя глаз и ствола с жирного генерала в белых трусах, привалившегося к декоративным подушкам, и открыл дверь.

— Забирай вещи, — бросил он маленькой блондинке, в чьих глазах застыли ужас и растерянность. Он выставил её за дверь спальни прямо в руки телохранителя Йедида, который должен был её увести.

— Гребаный предатель, — выплюнул Йедид.

— Ты знаешь, кто я такой? — спросил Рис голосом, лишенным эмоций.

Генерал глубоко вздохнул и подозрительно оглядел незваного гостя в тусклом желтом свете единственной лампы у кровати.

— Ну, ты американец. Это я вижу. Ты не из Агентства, у них есть другие способы связи. Хм... может, это проверка? Центральное разведывательное управление любит проверять свои источники на лояльность.

— Я не из Агентства, и это не проверка. Я пришел за информацией. От её качества зависит, останешься ты жив или закончишь как твой дружок Андренов. Понимаешь?

Йедид медленно кивнул, переваривая услышанное. Он не был солдатом передовой. Он выбрал более опасную стезю. Он был политиком в погонах при Башаре Асаде, а до него — при его отце Хафезе. Он был мастером политических интриг в игре, где малейшая ошибка означала пытки и смерть. И он играл успешно.

— Я понимаю. Что я могу для тебя сделать?

— Снайпер, Низар Каттан, и Оливер Грей. Мне нужно их найти.

Йедид изучал бородатого американца, взвешивая варианты.

— Я рассказал своему куратору всё, что знаю, это часть моей сделки, — Йедид обвел рукой комнату. — Я не верю, что ты не из Агентства. Только они, как это у вас говорят, посвящены в эти имена.

Малокалиберная пуля вошла в правое колено генерала Йедида чуть выше чашечки, дробя кость и разрывая хрящи и связки, прежде чем застрять в толще матраса. Глаза генерала расширились от ужаса, он резко втянул воздух от боли, схватился за ногу, не в силах даже вскрикнуть от шока.

Рис преодолел пять шагов до кровати меньше чем за секунду и наотмашь ударил сирийца пистолетом по лицу — аккуратно, чтобы не задеть челюсть или висок, но раздробив скуловую кость и оставив глубокую рану.

— Смотри на меня, — прошипел Рис террористу, который был частью заговора, оставившего жену и детей его друга без отца, и помогал выпустить нервно-паралитический газ на мирных людей — и всё ради денег.

Йедид поднял взгляд, полный шока и непонимания. Кто этот человек?

— Я же сказал: я не из Агентства, но мне нужны ответы.

Рис отступил на шаг и навел пистолет прямо в голову Йедиду.

— С коленом покончено. Ногу отрежут выше сустава. Если хочешь сохранить вторую и саму жизнь — советую отвечать убедительно.

— Да, да... — задыхался генерал, судорожно пытаясь унять кровь, заливающую простыни.

— Низар и Грей. Мне нужно знать то, что ты не сказал Агентству. Где они сейчас?

— Я не знаю! Клянусь Пророком, не знаю! — взмолился Йедид.

— Единственный пророк, которому ты молишься — это бог денег, — Рис кивнул в сторону шкафа, превращенного в бар с набором наркотиков.

— Тогда что ты хочешь?

— Чтобы ты предположил. И предположил верно. Я знаю, что Андренов нанял тебя собрать группу. И знаю, что Грей хотел рулить всем сам, что ставит тебя сегодня в крайне невыгодное положение. Мне нужно твое экспертное мнение: куда они могли податься и с кем связаться?

С раздробленной ногой и окровавленным лицом, видя перед собой американца, ставшего самим воплощением смерти, генерал Йедид взвесил шансы. Он снова подумал о пистолете в ящике всего в паре футов от него, но решил, что в данной ситуации благоразумие — лучшая часть доблести. Он сможет выкрутиться.

— Мне так больно. Нужно что-нибудь от боли. Пожалуйста.

Рис подошел к шкафу и оглядел выбор спиртного и наркотиков, давая генералу время осознать свою боль и свое будущее.

— Водки? — спросил Рис.

— Пожалуйста. Да, водки, — процедил Йедид сквозь зубы.

— Думай хорошенько, Йедид. Ты же не хочешь, чтобы эта стопка стала последней.

Рис следил за Йедидом через зеркало. Он положил «Беретту» на шкаф и щедро плеснул в стакан, успев незаметно вылить туда содержимое маленького флакона из сумки. Взяв пистолет, он повернулся и подошел к истекающему кровью жирдяю, который тяжело дышал, сжимая ногу выше того места, где раньше было колено.

Генерал поднял глаза и потянулся за стаканом.

— Не так быстро, Йедид. Сначала скажи, где Грей и Низар могли залечь на дно.

— Ладно, ладно, — сдался сириец. — Как я и говорил ЦРУ на допросах, я не знаю точно. Но вот что я могу сказать: у Андренова связи и в Вашингтоне, и в России. Грей точно не может вернуться в Штаты, Низар тоже — по понятным причинам. Но они могут уйти в Россию.

— В Россию? Но они же убили их президента. Зачем им туда?

— Я вижу, ты не понимаешь Россию. Ты слишком молод. Судя по виду, ты провел лучшие годы в Ираке и Афганистане.

— Продолжай, — приказал Рис, поднося стакан чуть ближе к сирийцу.

— Россия — это головоломка посложнее Ближнего Востока, — Йедид всё еще не отпускал ногу. — Андренов, хоть его и отлучили от власти, сохранил сторонников в правительстве, которые делали на него ставки в расчете на возвращение. Но что важнее, у него были глубокие связи в российском криминале, в мафии. Могу предположить, что запасной план на случай провала завязан на «Братве», где-нибудь в России или в городе, который они контролируют.

— С кем именно они свяжутся? — надавил Рис.

— Я не знаю, — взмолился Йедид. — Откуда мне знать? Это территория Андренова.

— Кто?! — снова