могли списать мои изменившиеся манеры, идеи и в целом, другое поведение, на последствие травмы головы, то вот поднятое забрало на марше повергало их в шок. Так что дабы не травмировать лишний раз подчиненных, я держал забрало опущенным.

Кроме того, привычка Виктора была не такой уж и плохой. Минимум однажды она спасла мне если не жизнь, то уж точно здоровье. Как-то на рейде короткая стрела, вылетевшая откуда-то из кустарника, ударила как раз в районе челюсти, и не найдя щели, со звоном отскочила в сторону. Если бы я шел в открытом шлеме или с поднятым забралом то, как минимум лишился бы нескольких зубов, а в худшем случае — распрощался с жизнью.

Вот только сейчас мы были не где-нибудь на севере, а на западе королевства, по словам Ларса — в самом спокойном районе страны.

— Было бы неплохо, чтобы была хозяйственной, — продолжил рассуждать о моей жене Ларс. — Госпожа же будет из незаконнорожденных, да?

— Так сообщил королевский приказчик, — вяло ответил я, всматриваясь в появившийся за поворотом контур небольшого городка. Поместье графа Фиано должно находиться прямо за ним, в получасе неспешной езды. — А еще сказали, что она третья дочь семьи Фиано.

— Тц-ц-ц, значит, отец ее признал, — разочарованно покачал головой Ларс.

— А в чем проблема? — удивился я, поворачивая голову к заместителю.

— Белоручкой будет наша госпожа! — тут же выдал наемник под тяжелым взглядом Грегора, который всем своим видом советовал ему заткнуться. — А то имение, что вам выдали, командир, не в лучшем состоянии. Там твердая рука нужна!

— У меня рука достаточно тверда, — ответил я, отворачиваясь от заместителя. — Справлюсь.

— Не дело это! — продолжил трепаться Ларс. — Всем известно, что в доме хозяйка нужна! Вот уйдем мы в контрактный поход или на рейд, и что с поместьем будет? А с деревнями? А если сосед с недобрыми намерениями нагрянет? Кому свой очаг беречь оставите, командир?

Грегор не выдержал и громко цыкнул, заставляя нашего трепача заткнуться, я же хмуро смотрел вперед, на все приближающееся поселение. В одном Ларс был точно прав — прохлаждаться в собственном доме мне не придется. Надел земли со старым поместьем, которое по описанию было больше похоже на небольшой замок, мне жаловали со вполне конкретной целью — сделать из меня и моих бойцов пограничников. Кроме того, чтобы заработать достаточно денег на содержание лошадей, фураж и текущие расходы, придется постоянно сдавать мечи и копья в найм, и пусть статус барона позволит мне значительно поднять расценки, это не освободит от необходимости выполнять взятые на себя обязательства. Набеги на соседей, охрана, участие в междоусобных стычках за трофеи. До просвещенных времен, когда аристократия блаженно потягивала вино, сидя в своих столичных домах, этому миру было еще лет четыреста, если не больше. Сейчас же вокруг меня были самые натуральные средние века. Аристократы — это умелые головорезы, которые получали земли и титулы от таких же, только более умелых головорезов титулом повыше. За год нахождения в этом мире мне удалось сделать головокружительную военную карьеру, но я понимал, что промышленной революцией или какими-то великими достижениями тут и не пахло.

Мой план был простой — эффективно воевать, продавая свой меч соседям и короне, а после выйти в почетную отставку, передав командование войсками кому-нибудь из талантливых заместителей. Земля у меня уже для этого была, титул — тоже, да и физические данные располагали к тому, чтобы я продолжал идти по армейской линии вместо того, чтобы пытаться заниматься предпринимательством. Тем более, при всей технической отсталости этого мира, были тут уже и всевозможные социальные институты, гильдии и профсоюзы. Я слышал, даже у столичных мыловаров было собственное объединение, стандарты качества и гильдейские взносы. Так что вместо того, чтобы мутить воду, мне стоило продолжать заниматься тем, что получалось лучше всего. Тем более и навыки, и люди у меня для этого были.

Был прав Ларс еще и в том, что если назначенная мне жена окажется избалованной графской дочерью, мы не оберемся проблем. Все мои бойцы привыкли спать под открытым небом и питаться из общего котла. Я тоже был человеком не слишком притязательным, довольно быстро втянулся в жизнь «дикарем», тут помогла моя любовь к походам и отдыху на природе из прошлой жизни. Пока я еще мог ходить, само собой.

Но вот если эта женщина начнет требовать шелков и украшений, публично унижая меня перед другими вельможами? Мне-то, прямо говоря, было на это плевать, но что я точно понял за последний год, так это то, что статус и имя — важнее всего прочего. Невозможно вести дела с аристократом без чести, как невозможно добиться справедливого контракта, если о тебе ходят всякие-разные слухи. Я и так был по рождению простолюдином, а если окажется, что я не тяну графскую дочурку, то, получится, окажусь опозорен?

Или в этом и был замысел королевского двора? Я еще удивился, как ловко меня женили без моего ведома! Но мне быстро объяснили, что сватовство от самого монарха — огромная честь. Может, с помощью этого брака пытаются решить вопрос контроля за моей деятельностью, чтобы я не поднимал головы и брался за любую работу, лишь бы угодить барыне, которую посадили мне на плечи без моего согласия?

— Даже медведя можно научить… танцевать, — наконец-то ответил я Ларсу, перефразировав присказку про велосипед. — Если она чего-то не умеет, то научим. Тебя-то научили время от времени держать язык за зубами. И видишь, стал одним из командиров баронской дружины. Так что займись лучше делом. Возьми пару парней и езжай вперед, позаботься о ночлеге. К графу поедем завтра утром, надо перевести дух и привести себя в порядок.

Ларс хотел сказать что-то еще, но только кивнул, махнул рукой, подзывая пару всадников, после чего трое из дюжины человек нашего небольшого отряда устремились вперед.

Я же смотрел вслед всадникам через узкие прорези в шлеме и думал о том, как я вообще докатился до жизни такой. Но бежать было уже некуда. Грамота о браке — у меня, лежит в специальном чехле для документов и спрятана под доспехом. До поместья Фиано меньше двух часов езды, а на севере меня ждет моя маленькая деляночка, три деревушки на пару сотен крестьянских душ и бескрайнее море северного леса. Все, чего мне сейчас хотелось, побыстрее оказаться в месте, которое я смогу назвать своим новым домом. С