— Именно. Российское перерождение КГБ и ГРУ.

— Как там с охраной на яхте, Пит? — спросил другой командир группы.

— Это 135-футовая суперъяхта под названием Shore Thing. Знаю, знаю, название дурацкое. Выглядит как гребаный звездолет, аренда стоит 175 тысяч долларов в неделю. По паспорту: восемь человек экипажа и десять гостей. ЦРУ оценивает охрану в четыре-шесть сирийских телохранителей, плюс на борту с генералом наверняка пара гостей. Видимо, генерал не любит тусоваться в одиночку. Своих глаз на борту у Управления нет, так что это лишь предположения. Он арендовал её и раньше. Иногда берет друзей. Обычный набор: девки, водка и наркота на любой вкус. В прошлом году Агентству удалось подсунуть туда проститутку, так что профиль его охраны они представляют неплохо.

— Шлюхи входят в эти 175 тысяч? — уточнил Смитти. — А то как-то дороговато.

Пит закатил глаза. — Думаю, они за отдельную плату. Давайте закругляться и в машину. Птички ждут нас в Оушене. Итак, повторим: плохой генерал поставляет сирийских военных спецов тем, кто готов платить и кто продвигает повестку Асада. Нам нужна информация об одном из таких спецов. В данном случае нам нужны данные на снайпера.

• • •

Через пятьдесят две минуты они уже были в воздухе на двух C-17, летящих над Вирджинией. С того момента, как запищали первые пейджеры, прошло девяносто семь минут.

ГЛАВА 74

Где-то над Атлантическим океаном

Октябрь

Смитти наблюдал за тем, как его чиф-петти-офицер совещался с командиром эскадрона. Командир эскадрона был в XXX человеком новым, но казался парнем вполне достойным. Смитти видел, как чиф натаскивал этого «любителя пирожных», помогая освоиться в новой роли. В этом подразделении офицеры были лишь временными жильцами; заправляли всем штурмовики из рядового и сержантского состава.

Как лидер одной из четырех штурмовых групп, распределенных между двумя самолетами и четырьмя катерами, которые должны были десантироваться для захвата судна Shore Thing и нейтрализации сирийского генерала Касима Йедида, Смитти глубоко вздохнул и прокрутил в голове варианты действий на следующих этапах операции. Он не раз участвовал в досмотрах судов в северной части Персидского залива, обеспечивая эмбарго ООН против Ирака перед американским вторжением 2003 года, но в составе нынешнего подразделения делал это впервые. Что если катер разобьется при сбросе? Помимо многомиллионных убытков, это не означало бы крах миссии. Они могли потерять два катера и всё равно выполнить задачу. А что если, не дай бог, разобьется оперативник? Два катера останутся с минимальным числом людей, чтобы забрать тело, а остальные двинутся к цели. Они всё равно доведут дело до конца. Они будут обязаны сделать это ради павшего брата. Его бойцы были вооружены карабинами HK 416 и пистолетами-пулеметами MP7. У специалистов по взлому были плазменные резаки и пилы, но этот тяжелый инструмент останется на катерах; разведданные подсказывали, что дробовиков Benelli в модификации для вышибания замков должно хватить для любых дверей на этой дорогущей яхте.

XXXXXXXXXXXX XXXXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXXXXXX XXXXXXXXXXX XXXXXXX XXXXXX X XXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXXXXX XXXXXX XXX XX XXXX XX XX XXXXXX XXXX XX XXX XXXX X XXXXXXXX.

XXXXXXXXXXXX XXXXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXXXXXX XXXXXXXXXXX XXXXXXX XXXXXX X XXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXXX XXXXXX.

Морские операции по перехвату на ходу были ключевой специализацией этого элитного отряда. Если требовался силовой захват судна в интересах национальной безопасности США, вызывали Группу развития специальных средств войны на море. Воины в её рядах были самыми натренированными во всем американском арсенале. И хотя с момента падения башен-близнецов большинство их миссий проходило на суше, навыки абордажа они поддерживали в идеальном состоянии.

• • •

Прошло много лет с тех пор, как доктор Роб Беланже в последний раз держал в руках оружие, и сегодня у него не было даже пистолета. Он мало что смыслил в катерах и никогда не прыгал с парашютом, тем более — ночью в океан. Весящий чуть больше шестидесяти килограммов, с густой гривой седеющих непричесанных волос и улыбкой, заставлявшей окружающих гадать, что у него на уме, он утвердил себя в качестве одного из лучших допросчиков ЦРУ. ВВС США оплатили ему обучение в медицинской школе и последующую подготовку в области нейробиологии. Роб уже начал продвигаться по иерархической лестнице военно-медицинской службы, когда в одно солнечное вторничное утро мир изменился навсегда.

Когда жажда возмездия в стране достигла пика после дерзкого нападения на родину, юристы администрации выпустили секретный меморандум. Он давал ЦРУ полномочия исследовать, тестировать и оценивать методы допроса, выходящие за рамки тех, что называли «усиленными». Эти методы на долгие годы станут предметом критики в прессе, темой дискуссий и юридических споров. По рекомендации главы отделения нейрохирургии ВВС Роб оказался прикомандирован к секретному исследовательскому центру ЦРУ, зарытому на четыре этажа под землю в засушливых горах недалеко от Монтеррея в Мексике. Пока эксперты, политики и активисты спорили о лишении сна и стрессовых позах для задержанных в Гуантанамо, Роб и его команда врачей экспериментировали, изучали и документировали самые эффективные способы извлечения информации из самых высокопоставленных и матерых узников «Аль-Каиды».

Какие бы смешанные чувства ни вызывал у доктора Беланже этот союз политики и этики под мексиканской землей, он руководствовался преданностью стране. Он не хотел причинять пленникам излишнюю боль; ключевое слово — «излишнюю». Для Беланже это было вызовом, сложной головоломкой: как вытянуть необходимые сведения из религиозного фанатика, причинив ему минимум страданий и гарантировав при этом, что полученные данные будут точными и надежными? Он не мог взять автомат и ринуться в бой, защищая родину, но он мог помочь фронту иначе. И доктор намеревался это сделать.

Со сменой администрации и усталостью нации от того, что некоторые называли «Долгой войной», доктор Беланже был переведен в штат медицинского управления ЦРУ в Северной Вирджинии. Файлы с результатами экспериментов в Мексике существовали только в бумажном виде в недрах хранилища глубоко под зданием медицинской клиники, у которой не было заметных клиентов. Она существовала лишь на бумаге как подставная фирма для компании, которой не было в природе.

Как один из немногих врачей в США, обладавших знаниями и опытом по