немногие, так что он не решился игнорировать вызов. На дисплее высветился местный код 703. Рис смахнул иконку ответа.

— Да.

— Рис, это Вик. Ты где?

— В городе. Пью кофе.

— Гостиничный кофе уже не устраивает?

— Там не было меда, — ответил Рис, замерев на месте и глядя, как Кейти поворачивает налево на Кэпитол-стрит и уходит на север, прочь от парковки.

— Понятно. В общем, ты нужен мне в самолете немедленно. У нас есть подтвержденные данные, есть разрешения, мы выдвигаем ресурсы. Сможешь быть в Даллесе через тридцать минут?

— Буду, — без колебаний ответил Рис.

— Еще лучше — я пришлю за тобой машину Управления к отелю. Возвращайся, хватай вещи и жди у входа.

Рис закончил разговор. Черт. Он в последний раз посмотрел вслед уходящей Кейти и побежал к дороге, чтобы поймать машину.

ГЛАВА 73

Вирджиния-Бич, Вирджиния

Октябрь

Пейджеры запищали в воскресенье в 11:42 утра, застав обычных с виду семейных людей за самыми заурядными делами: кто-то был на церковной службе, кто-то косил газон или играл с детьми. Многие из тех, кто еще не обзавелся женами и детьми (да и пара-тройка тех, кто обзавелся), мучились похмельем после бурной ночи в барах Вирджиния-Бич. Неподготовленный наблюдатель мог бы принять эту компанию за команду по регби. Но при более внимательном осмотре детали выдавали в них кого угодно, только не обывателей. И не в последнюю очередь — странные пейджеры размером с пачку сигарет, которые они никогда не выпускали из зоны досягаемости. Хотя большинство людей сменили пейджеры на мобильники еще в середине девяностых, несколько элитных подразделений спецназа всё еще использовали их как надежный способ спутниковой связи с узким кругом смертоносных профи, всегда готовых к подобным ЧП.

Спустя сорок пять минут они собрались в тим-руме самого эксклюзивного клуба в мире. Контакты с семьями, друзьями и близкими прекращались; теперь в фокусе была только миссия. Жены и дети, чьи жизни в очередной раз прервал знакомый зуммер пейджеров «Иридиум», прекрасно понимали: возможно, они видят своих мужей и отцов в последний раз. Им приходилось делить их с другой, куда более требовательной семьей — Группой развития специальных средств войны на море (DEVGRU).

— Командиры групп, все на месте? — властно выкрикнул мастер-чиф Пит Миллман, обрывая разговоры.

— Первый готов.

— Второй готов.

— Третий готов.

— Четвертый готов.

— Принято. Окей, парни, — продолжил Пит, обводя взглядом огромный стол, по обе стороны которого стояли индивидуальные рабочие места с компьютерами, подключенными к сети еще более секретной и защищенной, чем обычный SIPR.

Пит был сама серьезность, хотя ему стоило усилий не улыбнуться, глядя на штурмовиков и командиров групп XXX XXX XXXXX XXXXXXXX. Скорее всего, это был один из его последних инструктажей в качестве чиф-петти-офицера отряда. Он воевал долго, окончив XXX XXX XXXXXXX в первом наборе после 11 сентября, и с тех пор не вылезал из командировок. За эти годы его тело приняло на себя больше ударов, чем у линейного игрока НФЛ, и как бы ему ни была противна эта мысль, со следующего года его ждала гражданская должность в оперативном отделе. Его первый брак закончился катастрофой еще до появления детей. Вторым браком стала Команда, и он никак не мог заставить себя развестись с ней даже после двадцати трех лет на флоте.

— Времени в обрез, джентльмены. СНБ только что дал добро на пакет XXX по захвату сирийского генерала… некоего Касима Йедида. Его перехватим на яхте в Средиземном море между Ливией и Мальтой. Он не входил в нашу десятку самых разыскиваемых военных преступников, но только что переместился на первое место. Управление считает его ключевым игроком в плане, который уже приведен в действие и представляет прямую угрозу Соединенным Штатам. Задача срочная, контроль на самом высшем уровне. Да, Смитти, — кивнул Пит своему самому молодому командиру группы.

— Прямая угроза? В смысле, нам нужно вытрясти из него информацию?

— Именно. Это миссия по захвату или ликвидации, а не ликвидации или захвату. Мне было сказано предельно четко: Йедид нужен нам живым. Разведка наводит последние штрихи в целевом пакете, там будет список вопросов, на которые нужны конкретные ответы. У каждого будет фото цели и этот список.

— Насколько жестко мы можем с ним работать, мастер-чиф?

— Не разгоняйся, Смитти. Мы берем с собой допросчика из Лэнгли, доктора Роба Беланже, он возьмет это на себя. Он уже летит из Вашингтона. Если с ним что-то случится, тогда в дело вступаем мы. Группа BIT, — Пит использовал аббревиатуру группы полевого допроса, — тогда это будет на вас. Только учтите: это не какая-то лачуга в Афганистане. К этому будет приковано много глаз, так что ведите себя соответственно.

— Кажется, теперь это называется TQ, — улыбнулся Смитти. — «Тактический опрос», это я для вас, стариков, поясняю.

— Ах да. Вечно забываю. Так куда политкорректнее.

— Что за фрукт этот генерал? — спросил один из «тюленей», который больше походил на атлета-марафонца, чем на одного из лучших боевых пловцов Америки.

— Интересный тип, — продолжил Пит. — Был генералом в режиме Асада. Заслужил погоны, проводя атаки с химоружием против населения, не поддерживавшего политику Асада. В какой-то момент подвязался к Al-Furat, главному нефтедобытчику Сирии. По крайней мере, оттуда у него деньги. Он числится у них консультантом по безопасности, но это лишь дымовая завеса. ЦРУ считает его, по сути, брокером талантов.

— Это еще что за херня? — спросил Смитти.

— Ну, сирийские войска тренировались у российских советников и набрались опыта, применяя эти навыки при подавлении восстаний. Помните, Сирия — одна из немногих стран, уцелевших после «арабской весны».

— Ага, и посмотрите, как здорово это для всех закончилось.

— Насколько нам известно, у него есть связи в военной среде, и он перепродает этих спецов правительствам, режимам-изгоям, террористическим организациям — всем, чьи интересы совпадают с интересами Сирии и, как вы догадались, матушки-России. Нужен эксперт по взрывчатке, снайпер, штурмовая группа или специалист по химоружию? Генерал Йедид всё устроит.

— Я думал, в России сейчас у власти умеренные.

— Так и есть, Смитти. Но некоторые направления политики старого президента всё еще в силе, как и руководители мощных структур — и частных, и государственных, — которые не согласны с нынешним прогрессивным курсом.

— Вроде ФСБ