мертвым. — Вроде сталь, — наконец, произнес он. — И неплохая, какая-то голубоватая с зеленоватыми прожилками, похожими на миродит.

— Элементарно, Ватсон, — произнес Радим, стараясь сымитировать голос Ливанова, лучшего Шерлока Холмса всех времен и народов, — это самовзвод — выстрелила, убила, через какое-то время взвелась снова. Вон клиент лежит, метров на пять ниже, скорее всего, скатился, когда шипы убрались.

Он вытянул из подмышечной кобуры или ножен, кто как называл, свой демонический кукри и, размахнувшись, ударил в основание одного из копий. Срубил с третьего удара. Надо сказать, очень крепкий сплав. Еще дома ради интереса, решая, чем вооружаться, он провел эксперимент: зажал в тиски обычный трофейный кукри с рунами и от души рубанул по нему своим новым тесаком. Срезал с одного удара, словно это просто не слишком толстая свечка, даже довольно высокое содержание миродита не помогло. Эксперимент номер два, но уже в отношении демонического клинка, оказался неудачным, но руку себе на пару минут отсушил, а сам довольно неплохой клинок заимел серьезную зарубку.

Радим потратил пару минут и срубил все копья, после чего, связав их куском изоленты, которую всегда таскал в кармане, прибрал в одно из артефактных хранилищ. Он очень боялся, что оно тоже потеряло силу, но нет, работало, и исправно, поглотило пук железных копий, которые весили довольно прилично, и таскать их в руках не было никакого желания.

— Дикий, — наблюдая за напарником, язвительно позвал Шаров, — вот открой секрет, ты всегда с собой синюю изоленту таскаешь?

— Конечно, — на полном серьезе ответил Радим. — Скотчу как-то не доверяю, а синей изолентой можно отремонтировать, что угодно, даже Польшу.

— Не понял, — озадачился Шаров, — причем тут Польша?

— Флаг пшеков вспомни, и все сразу станет ясно.

Несколько секунд парень пялился в тускло освещенную все тем же мхом лестницу, тот рос на стенах и на потолке, но почему-то не на ступенях, те были чистыми, никакой растительности. Наконец, до него дошло, и старлей заржал в голос. Из-под сводов тут же откликнулось эхо, и Матвей, вздрогнув, заткнулся.

— Молодец, — улыбнулся Радим. — А теперь не шуми, тут, конечно, вроде пока противника не имеется, но лучше не отсвечивать.

До площадки с коридором, который вел к сундуку, добрались без приключений.

— Может, ну его на хрен? — выдал вполне здравое предположение Матвей. — Шарахнет чем-нибудь, и дорогу нам с тобой назад не нужно будет искать.

Радим некоторое время обдумывал эту мысль, голова считала, что логика в ней присутствовала, жопа жаждала приключений.

— А мы в коридоре постоим, — наконец, решил он, — а сундук Зоя откроет. Я в нее прилично энергии влил, процента три от резерва, ей хватит темный щит поставить.

Матвей кивнул, принимая решение старшего, хотя, пожалуй, он сделал это рефлекторно, поскольку старшим Вяземский был в расколотом мире, а тут они вроде как равны, только он еще этого не осознал.

До комнаты с сундуком дошли без неприятностей. Единственная ловушка сработала на Зою. Та получила в грудь кучу мелких скоростных игл, которые в ней застряли. На мгновение девушка стала бесплотной, и они все осыпались вниз.

Радим осторожно их собрал и убрал в пакет, который сунул в рюкзак, поскольку на вид металл был очень похож на тот, из которого делали колья предыдущей ловушки. Кстати, на этом участке коридора валялись скелеты, среди которых нашлось еще с два десятка иголок. Слабый светляк их отлично подсвечивал, так что Вяземский собрал еще и их, причем он заметил то, что пропустил в первый осмотр — на одном из скелетов уцелели обрывки одежды.

Нечто, напоминающее крысу, размером с кошку, бросилось на Вяземского из кучи камней, которые раньше были стеной одной из комнат. Он дернуться не успел, как Зоя оказалась перед ним. Свистнул белый меч в ее руке, и зверек развален надвое. Тушка еще падала на пол, а она уже вернулась на прежнюю позицию.

— Спасибо, — поблагодарил он бомбистку и, опустивруку со светляком, внимательно изучил останки.

Хрен его знает что, но не крыса, скорее какая-то рептилия, чем-то напоминающая грызуна. Во всяком случае, шкурка у нее была без какого-либо ворса, темная, гладкая, в красивых разводах.

— Из такой прикольной перчатки вышли бы, — прокомментировал Матвей, изучая поверженного противника из-за плеча напарника.

— Задолбаемся их ловить и свежевать, — продолжая изучать зверька, ответил Радим.

— Я могу и умею, — подала голос Зоя.

— Золото, а не женщина, — улыбнулся Ворот. — Что ты там все выглядываешь?

Вяземский повел рукой и, наконец, в свете крохотного огонька, который с трудом разгонял темноту в радиусе метра, блеснуло нечто черное, то, чего раньше возле этой тушки точно не было.

— Есть, — шепнул себе под нос Радим и осторожно поддел находку лезвием кукри. Достав небольшой пакет, он скинул добычу внутрь и поднялся с колена.

— Что это? — тут же заинтересовался Шаров.

— Хрен его знает, — подняв тару и разглядывая крохотный черный, едва светящийся кристалл, размером даже меньше семечка подсолнуха, ответил Радим.

— Думаешь, прокачка? — поинтересуйся Шаров.

— Возможно, — убирая добычу в подсумок, отозвался Вяземский, — но пока я не найду того, кто мне расскажет об этих кристаллах, ручки к ним тянуть не советую. — Он посмотрел на Зою. — Есть данные по подобному?

— Нет, Дикий. Я прошерстила все более-менее ясные воспоминания жреца, нет в них ничего такого. Но, как я сказала, их мало.

— Ладно, выясним, — подвел итог Радим, не спеша убирать кукри, — пошли дальше.

У комнаты с сундуком он остановился.

— Итак, Зоя, твоя задача — вскрыть сундук. Выстави темный щит, так, на всякий случай, заодно опробуем его на местной магии. Я буду следить за всем твоими глазами. Матвей, — он повернулся к Шарову, — если что, бежим во все лопатки в сторону выхода. До ловушки тут метров сорок, не думаю, что достанет. Но это так, на всякий случай, если уж совсем большой писец явится. Все, начали.

Зоя, выдав дежурное: «Да, Дикий», — окуталась темной полупрозрачной пленкой, по которой бегали багровые разводы.

— Очень похоже на мой щит, который я с демона снял, — прокомментировал увиденное Матвей. — Ей тогда, кроме света, ни хрена не страшно будет, что огонь, что лед, ну и электричество, его обнуляют с огромным трудом, заряд должен быть не меньше огненного шторма в