Но по обрывочным воспоминаниям внизу единственный континент, и вроде как довольно большой. Множество островов, некоторые дикие, некоторые заселены. А вот на континенте, не везде, конечно, но в основном вотчина нежити. Всему виной война некромантов, случившаяся очень давно, и люди ее проиграли. Там все отравлено магией смерти. Выживают в ней только всякие чудища и некроманты, которые на нее плевать хотели. Мародеры иногда спускаются в поисках богатств, но только под защитой то ли магии, то ли артефактов, очень непонятные воспоминания, но чаще всего не возвращаются. Кое-где отрава не такая сильная, или вообще ее нет, там имеются небольшие анклавы, которые добывают ресурсы. Это крепости с маленькими армиями, защищаемые божественными артефактами. На этом информация закончена.

— Все мрачнее и мрачнее, — пробормотал Шаров, и Радим с ним был полностью согласен.

— Ну что, встаем, и потопали? Хватай мешки, вокзал отходит, — закидывая за спину свой артефактный рюкзак, скомандовал Вяземский. — Нужно проверить два места в этом храме, до которых мы можем добраться — зачарованный сундук и тайник на втором ярусе. Странно, что святилище не подорвали, просто разорили и разрушили верхнюю часть, ну и статую богини разбили. Правда, непонятно зачем, ведь она не только убийцам покровительствовала. Хотя, может, тут была намолена именно темная ее сторона, и это было опасно.

— Тут вообще много неясного, — буркнул Ворот.

Сейчас, оказавшись отрезанным от родного мира, он стал мрачен и пессимистичен. И Вяземский больше всего боялся, как бы тот не отчаялся. Вообще странно, зеркальщики — народ упорный, стрессоустойчивый, другие на такой работе не задерживаются, но вот стоило Матвею оказаться в нестандартной ситуации, как его самообладание и вера дали трещину.

По лестнице шагали молча, Зоя впереди на пару метров, Радим и Шаров вровень, держа друг друга в поле зрения. И ведь не зря, широкая ступенька под ногой Матвея ушла вниз, и сразу примерно пара квадратных метров под его ногами просто исчезла. Выручила реакция Вяземского, он оказался на самом краю и, вытянув руку, ухватил напарника за эвакуационную стропу на разгрузке, рывком вытащив на край, где тот лег на него грудью, широко расставив локти. Шаров, правда, едва не утянул его за собой, руны усиления не работали, так что пришлось выгребать на собственной силушке, ловкости и выносливости. Радим опустился на одно колено, опершись ладонью левой руки на край провала.

— Зоя, помоги вытащить, — скомандовал он обернувшемуся на его вскрик призраку.

Вот у кого не было проблем с силой, так это у бомбистки, он даже не предполагал, что она так может. Матвей мужик не маленький, наверное, под сотню точно весит, плюс рюкзак не пустой, килограммов десять. Так вот, Зоя нагнулась, ухватила его за шкирку, вытащила, словно котенка, после чего на вытянутой руке перенесла на лестницу и поставила на ноги. И провал, в который Ворот чуть не рухнул, мгновенно закрылся, ни единого звука, раз — и снова на этом месте ступени.

— Б…., — дрогнувшим голосом выдал Матвей и дрожащей рукой полез в подсумок. Вытащив сигарету, он с третьего раза смог прикурить. — Знаешь, Дикий, — икнув, начал вещать напарник, — так быстро все случилось, но я, похоже, обделался, хлоп, и пустота под ногами. Никогда так страшно не было. Спасибо тебе, я так растерялся, что даже не попытался за что-то зацепиться. Раз, и пола нет, — нервно повторил он. Скинув рюкзак, дрожащей рукой старлей вытащил из кармана приличного размера стальную фляжку и, открутив крышку, сделал пару глотков. — Коньяк будешь? — уже как-то спокойней произнес он.

Радим взял флягу, сделал один небольшой глоток, вернул Шарову, который еще разок приложился, и уже куда спокойней произнес:

— Я тебе должен.

— Забей, — отмахнулся Вяземский. — Мы с тобой уже говорили на эту тему. Какие, на хрен, долги? Ты мне пару часов назад жизнь спас, когда с лианой неприятность случилась.

Матвей кивнул.

— Вернемся, умоешься, отдохнешь, и ко мне в Москву, я тебя в кабак свожу, в хороший, и буду поить, пока ты не рухнешь.

— Договорились, — усмехнулся Радим. — Только чую, мы с тобой еще не раз обменяемся такого рода благодарностями, кабак придется на месяц снимать.

— И снимем, и не уйдем оттуда, пока бар не опустеет, — улыбнулся старлей и кинул окурок на ступеньку, где еще несколько минут назад был провал, который его едва не угробил. Убрав флягу, он закинул рюкзак за спину и, посмотрев вверх, тяжело вздохнул. — Слушай, а твоя барышня может ногами, как человек шагать и вес иметь? Ей ведь ловушки не страшны.

Радим озадаченно посмотрел на спутницу. Ну, а что, она — душа привязанная, ей что провалы, что шипы, выстреливающие из пола, по барабану.

— Зоя, ты можешь идти, как нормальный человек, ногами? — спросил он прямо.

— Да, Дикий, — тут же ответила она. — Я могу полностью сымитировать человека, но увеличится расход энергии.

— Делай, — распорядился он. — Будешь нашим тараном, собирать все на себя, это ведь тебе не повредит?

— Нет, — опускаясь на пол, ответила Зоя. — Меня может убить только сильная магия. За время, что я принадлежу тебе, моя защита возросла. И если раньше, чтобы уничтожить меня, хватило бы небольшого светляка, то теперь он должен быть размером с голову и поразить меня в грудь, чтобы рассеять тело, но я остановлю один такой щитом тьмы. Так что сомнительно, чтобы местные ловушки смогли мне нанести вред.

— Тогда иди вперед, — приказал Вяземский, — а мы гуськом за тобой, проверишь каждую ступеньку.

— Да, Дикий, — дежурно подтвердила приказ Зоя и наступила ногой на следующую ступеньку.

Надо сказать, идея Матвея себя оправдала уже через десяток метров. Рядом с одним из скелетов нажалась какая-то ловушка, и откуда-то с высокого свода прилетел арбалетный болт, старый, ржавый. Сомнительно, что он пробил бы доспех Радима, да и броник Шарова с миродитовой пластиной тоже, но факт есть факт. Потом были шипы. Напарник как в воду смотрел, сразу пять, стальных, метровых, выстрелили из пола, пробив Зою насквозь, правда, не причинив ей никакого вреда. Расположены они были, как грань на кубике, и никакая ловкость бы не помогла.

— Странно, — заметил Матвей, глядя на шипы, — храм разорили давно, а ловушка целая. — Он присел рядом с ней и немного нервно осмотрел шипы, попытался пошаманить с амулетом познания, но тот оказался