Солнышко уже садилось за горизонт, и снежок на закате искрился алыми огоньками. Морозец крепчал.

— А если возьмут амулеты и обманут? — Сигурд, как всегда, рассуждал критически.

— Не обманут. Нормальный Шастун мужик, хоть и хитёр по-своему. Но это даже и хорошо. И своего не упустит, и моё сбережёт. Видал, как глаза-то у него загорелись? Тут такие богатства впереди, что обманывать меня ему точно не резон. Пока, во всяком случае. А вот как поставит себе замок под Киевом, слугами да землями обрастёт, так может и задумается о чём-то таком. Богатство развращает. Но думаю, даже и тогда ему в голову не придёт меня предать.

— Это почему же?

— Старый он уже. Зачем ему это? А со мной ему интереснее будет жизнь доживать. Он ведь торгаш до мозга костей! Когда бы ему такие приключения с богатствами в жизни приснились? А тут прям джек-пот!

— Слова ты, княже, больно мудрёные говоришь. Я все и не разумею.

— Не страшно, — я улыбнулся. — Главное ты понимаешь.

— Охрану им давать будешь?

— Сами справятся. Мимо Киева лесами пойдут, чтобы в княжий замес не попасть. А дальше уже как получится. У Шастуна амулет защитный есть, который отгоняет людей. Внушает им страх.

— А если нападёт тот, у кого своя защита есть? У меня вон от такого страха у половины дружины свои амулеты были защитные. А теперь с твоими амулетами полной защиты и тех не надо.

— А я им на всякий случай дам такой камушек, которому плевать на такую защиту.

Сигурд заметно напрягся.

— Значит…

— Не боись! — я хлопнул его по плечу, чуть не отбив себе руку. — Для вашей защиты он не страшен. Таких амулетов, как у вас, больше точно ни у кого нет. Я их сам придумал. А другим худо будет. Вон, у Велимира спросишь. Он когда-то уже испытал на себе такое.

Воевода вздохнул и повеселел.

— Значит, нагружаем их продовольствием в дорогу и даём, как ты, княже, говорил, пробники?

— Ага. А ещё переговорный амулет Шастуну дашь один, которые вчера испытывали. Заодно дальность действия проверим.

…

Я почему-то всегда считал, что строить деревянный дом лучше всего из специально высушенных ошкуренных брёвен. Клеёного бруса ведь тут нет, значит — бревно. Заранее спиленного и сухого бревна тут тоже нигде не было, но оказалось, что здоровый зимний лес, пусть и сырой, но живой (без гнили и жука), с правильной технологией усадки — это лучший вариант для постройки деревянного дома для князя.

Через три недели после того, как Бориска Сиплый, староста Берёзовки, вместе с Козьмой сформировали плотницкую артель, Сосновка уже начала приобретать спланированный мною облик. Ставить на месте деревушки полноценную крепость-городище я не стал. Зачем тратить силы и время на времянку, которая свою основную функцию защиты будет исполнять лишь формально.

Сперва решили строить большую воинскую избу с подклетью и палатами воеводы. Потом княжий терем. Потом лабаз с причалом. А следом уже соорудим и скорняжную мастерскую, и дом охотника, и магистрат для остальных моих ведомств. Ну и уже летом сделаю частокол вокруг деревни. Отпугивать диких животных мне сейчас помогают манки, а против лихих людишек у нас и другие средства найдутся. Но частокол сделаем обязательно. Для антуража. А то ведь местные не поймут. Будут считать, что мы их специально на грабёж провоцируем. И только какое-то время спустя, может, и образумятся. Те, кто в живых останется. Но мне такие хлопоты сейчас пока ни к чему. Поэтому будем блюсти местный дизайн поселений, дабы общественность лишний раз не возбуждать на мысли непотребные.

…

Утром, выйдя во двор Матрёниной избы, я потянулся, умылся свежим пушистым снежком и громко так: «ХА!» Морозец бодрил знатно. Деревья в лесу от мороза трещали так, что, если бы не стук топоров в центре деревни, то и оттуда было бы слышно.

А топоры уже стучали.

Раньше, в прошлой жизни, я слышал когда-то, что в прежние времена хороший плотник с одним топором мог поставить стандартный пятистенок за день работы. При условии, конечно, что бревно будет заранее подготовлено. Тогда я эту информацию по достоинству оценить не мог. Зато вот теперь убеждался в её правдивости.

Воинская изба, она же казарма, стояла уже готовая под крышей из дранки. Княжий терем сегодня тоже уже должны покрыть. Я аж загляделся, подходя к нему с солнечной стороны. Домик был как кукольный. Берендеево царство прям какое-то. Двое умельцев из Берёзовки всем этим украшательством неделю занимались, покрывая углы, окна и скаты крыши ажурной резьбой. Я было сперва завозмущался такой откровенной тратой времени, но Козьма почти обиженно всё-таки убедил меня в том, что для князя по-иному нельзя. Если палаты не каменные, то только так, с росписью с наружи. А в каменных — роспись обязательна внутри. Тут ведь и не поймут, чьи палаты, коли регламент не соблюдён. Подошёл к парадному входу — шапку долой и в пояс кланяйся. Всё просто и понятно.

В уме сразу возникла церквушка. Всё так же просто и понятно. Подошёл, шапку долой, и крестись с поклоном.

Я вздохнул. Как-то за всей этой волховской и языческой суетой я забыл о такой важной детали. Раз уж тут «рунная магия» не считается чем-то дьявольским, а лишь инструментом в знающих руках, то надо объявлять свободу вероисповедания… и строить церковь. Политика…

…

Стеклопакетов тут я не нашёл нигде, а окна как-то надо было заделывать. Нормального бычьего пузыря в зиму было не сыскать, так что в воинской избе окна закрыли пока тонко отскобленной оленьей кожей. Света она почти не пропускала, но при наличии светляков в каждой комнате это было не столь актуально. Мог бы и вообще окна ставнями забить наглухо, но днём тут хоть какая-то видимость уюта была.

Я прошёлся по уже тёплым внутренним помещениям вместе с воеводой Сигурдом и посмотрел на него с вопросом.

— Ну, как тебе?

— Это лучшие хоромы, в которых мне доводилось жить.

— Врёшь небось? — хотя я видел по его матрице сознания, что не врёт, но хотелось, чтобы меня похвалили. Когда я проектировал с Козьмой этот особняк, выводя на кусках бересты чертежи, подсказанные мне Никой, я и подумать не мог, что получится такая красота. Самому нравилось, и приятно было, когда хвалят другие.

— А эта, как ты её назвал, уборная! Это же чудо какое-то! И жопу морозить не надо. У нас все уже раз по десять опробовали и всё никак успокоиться не могут.

Уборная у меня и впрямь