– О, черт… – простонала Палмер.

Я хотел что-то сказать, но меня вдруг охватила волна безумного гнева. Внутри будто запылал огонь, готовый вырваться наружу и выжечь все на моем пути. Задохнувшись, я оглянулся на нашу группу, на жалких маленьких человечков. Они были мне отвратительны. Я их ненавидел – всех вместе и каждого по отдельности.

Судя по горящим глазам, каждый испытывал то же самое.

Вот и отлично. Я заслужил, чтобы меня ненавидели.

Я – бесполезное существо.

Я – никто и ничто.

Четырехглазые создания с удивительной скоростью спускались со скал, опираясь щупальцами о камни. Они шли убивать нас, и я приветствовал их желание. Я хотел умереть, хотел, чтобы вместе со мной умерли все остальные.

Больше я ни на что не годен.

Опустившись на колени, я раскинул руки навстречу левиафанам, приветствуя смерть, и закрыл глаза, ожидая, когда меня примет вечность.

А потом кто-то ударил меня в челюсть.

Я рухнул на землю и, хватая ртом воздух, поднял взгляд. Надо мной стоял Беттан.

– Вставайте, черт побери!

Я заморгал, растерявшись от смены обстановки. Во мне все еще клокотали безумие и ярость.

– У нас двадцать секунд, чтобы добраться до перехода! – Беттан схватил меня за отворот куртки и рывком поднял на ноги. – Я уже выпихнул остальных обратно, шевелитесь!

Беттан потянул меня к порталу, одновременно подталкивая в спину. Я заковылял вперед и, слегка придя в себя, слабо возразил:

– Мы ведь не знаем, куда нас забросит…

– Заткнитесь!

Обнявшись, мы вместе шагнули в черную дыру, в неизвестность.

Сперва я почувствовал ветер, но не такой, как обычно: каждый порыв буквально резал ножом, острые льдинки града летели, словно пули. Рев был поистине оглушающий. Я постарался вдохнуть, но вместо воздуха в нос набился лед.

Мы угодили в эпицентр бури. Куда нас занесло, на какую высоту?

Где Наоко?

Беттан по-прежнему меня держал, а я думал, насколько исказилось время при переходе: мы ведь не сразу последовали за другими, и они могли попасть сюда много часов или даже дней назад.

Беттан, не дав ни секунды на раздумья, попер вперед. Я поскользнулся и упал в снег. Он подхватил меня и поставил на ноги. Грудь невыносимо болела – кислорода здесь было явно недостаточно. Слишком высоко…

Нащупав дозатор, я прижал его к лицу и сделал глубокий вдох. В организм поступил сладкий поток кислородной смеси, и в голове прояснилось. Закрутились образы несущихся к нам сотен кошмарных чудовищ.

Не бросились ли они тоже в переход? Не появятся ли через секунду у нас за спиной?

Я в страхе обернулся, однако вход в портал уже исчез в мутном белом вихре.

– Вон они! – крикнул Беттан и потянул меня за собой.

Я прищурился и сквозь пелену снега различил пещеру под большой скалой – отличное укрытие от ветра. Внутри маячили четыре тени. Слава богу, все на месте, Наоко жива.

Меня переполнила волна облегчения. Мы выбрались. Теперь все будет хорошо.

А потом я кое-что заметил краем глаза. Неясную фигуру в нескольких десятках футов, бредущую сквозь бурю.

– Вы видели? – попытался я крикнуть через дозатор, однако раздалось лишь мычание.

Даже несмотря на подпитку кислородной смесью, легкие отчаянно болели, и ужасно жгло горло. Беттан потащил меня к пещере, и силуэт незнакомца пропал из вида.

Наконец мы добрались до убежища, где обнаружили остатки нашей группы. Палмер лежала на земле, тяжело дыша через дозатор. Беттан наконец отпустил меня, и я упал на колени.

Наоко бросилась ко мне и обвила шею мягкими руками.

– Гарри, все нормально?

– Нет, – пробормотал я, – то есть да. Наверное, нормально. Знаешь, я сейчас…

– Что? Что, Гарри?

– Там, снаружи, кто-то есть.

– Они нас преследуют? – вскинулся Страж, взяв наизготовку дробовик.

– Нет. Точнее, я не знаю. Там не левиафаны, а какой-то человек.

Страж встал рядом на колени.

– Джет?

– Возможно. Мне не удалось разглядеть. Кто бы еще это мог быть?

– Выйду посмотрю, – сказал Страж.

– Стив, не глупи, – бросила Палмер, с трудом приподняв голову. – Мы останемся в пещере, пока буря не стихнет.

Страж резко обернулся.

– Мы должны убедиться прямо сейчас, не кружит ли у нашего убежища Джет. Сама знаешь, что с ним произошло. Помнишь, как погибла Полина? Он ведь собирался нас убить!

– Стоп, – пробормотал Беттан, встав у входа и вглядываясь в снежную муть. – По-моему, я кого-то вижу.

Мы все уставились в том направлении, куда он указывал, и заметили футах в ста силуэт человека. Двигался он медленно, прогулочным шагом, словно буря для него ничего не значила. У меня от страха часто застучало сердце. Дай бог, чтобы незнакомцу не бросилось в глаза наше укрытие! Кто знает, какие безумные планы он вынашивает…

Ветер немного стих, а с ним и снегопад. Человек был еще довольно далеко, однако мы уже могли хорошо его рассмотреть.

Все молчали. Никто не знал, что сказать, потому что видели мы одно и то же. Снаружи гулял вовсе не Джет.

Это был Томас.

???

В пещере, где-то на горе

Дорогая Харриет!

Мы по-прежнему сидим в пещере. Буря, сделав небольшой перерыв, продолжилась с новой силой. Слава богу, что нам удалось найти укрытие! Чудовища, по всей видимости, за нами не последовали.

Едва увидев Томаса, Страж объявил, что выйдет наружу. Палмер просила его остаться с нами, но без толку. Даже не успела договорить, как он шагнул из пещеры и до сих пор не вернулся.

Не знаю, что думать. Перед глазами стоит образ друга, бредущего в заснеженной дали. Ерунда какая-то… Что ты тут делаешь, Томас? Я ведь видел, как ты умер, как летел в пропасть, ударяясь о скалы. Какие силы тебя вернули?

Понятно, что план мой не сработал. Конечно, нужно вновь изучить карту, понять, в какое место на горе вывел нас обратный переход и как отсюда выбраться, но я не могу себя заставить. Сижу, сражаясь со звучащими в голове голосами.

Они продолжают звучать – так же сильно, как в подземелье левиафанов. Если я не пытаюсь на чем-нибудь сосредоточиться, голоса начинают подавлять сознание.

Набросал тебе последнее письмо, рассказав, как мы очутились в столь затруднительном положении, лишь только для того, чтобы занять мысли, но теперь уже с трудом нахожу, о чем писать, Хэтти. Когда мысли кончатся – считай, я пропал.

Опишу, чем занимаются остальные. Надеюсь, это поможет. Наоко уже несколько часов кряду перебирает аптечку, которую несет в рюкзаке. Наверное, переложила медикаменты раз десять, не меньше: вытаскивает их на пол, сортирует, сверяет названия, а потом