хорошие, — продолжил я. — Вы ребята, как я успел заметить, вежливые. Поэтому, думаю, сложностей с ответом на один простой вопрос у нас не возникнет.

Ромчик и Витёк синхронно закивали, не рискуя перебивать.

— Кто этот козёл, который напал на меня? — процедил я.

Повисло короткое молчание. Потом пошли попытки отговориться.

— Мы даже не знаем, о ком ты говоришь, — первым заговорил Витёк.

— Да, мы понятия не имеем, — подхватил Ромчик, не глядя мне в глаза.

Оба затянули одну и ту же линию — отрицание, полное и безусловное. Видно было, что сдавать своего подельника они не собираются. Решили стоять до конца, как будто это их спасёт.

Можно было задать им ещё пару уточняющих вопросов — подловить на противоречии, вывести на мелкой лжи или заставить запутаться.

Но я даже не стал тратить на это время. Во-первых, мне не до разговоров — время дороже. Во-вторых, такие допросы редко приносят результат: люди обычно принимают спокойный тон за слабость и начинают юлить ещё активнее. Поэтому я сразу обозначил рамки.

— Либо вы сейчас отвечаете, в чью светлую голову пришла идея снять лебёдку с моего джипа и кто был исполнителем, либо… — я сделал паузу и посмотрел на обоих.

Пауза затянулась. В мастерской повисла тишина: слышно было только их дыхание да тихую работу компрессора.

— Что «либо»? — не выдержал Ромчик.

Я чуть развёл руками.

— Либо я сам с вас выбью ответы.

Витёк попытался сохранить остатки уверенности:

— Мы же сказали, мы не знаем ничего, — выдавил он, безнадёжно пытаясь увести разговор в сторону.

Но по их лицам я видел, что мужики всё знают. И прекрасно.

Я со всей силы ударил монтировкой по столу. Инструменты, болты и пара тряпок посыпались на пол — металлический звон прокатился по помещению. Ромчик и Витёк дёрнулись, забились ближе к стене и сразу замолчали — от прежней наглости не осталось и следа.

Я хлопнул монтировкой по ладони:

— Мужики, я человек понимающий. Поэтому не ставлю людей в безвыходное положение. Предлагаю варианты развития событий — чтобы у вас был манёвр, — я коротко пожал плечами. — Дальше вы сами выбираете, какой из вариантов вам предпочтительнее.

Витёк, всё ещё сидя возле стены, медленно поднялся и прошипел, пытаясь скрыть испуг в голосе:

— Что за варианты, мужик, а⁈

— Сейчас расскажу, запоминайте, — сказал я. — Вариантов будет несколько.

Я демонстративно загнул указательный палец.

— Первый вариант, — начал я.

Прежде чем продолжить, я обвёл взглядом всё помещение. На секунду задержался на оборудовании — на том самом станке, где резину снимают с диска. Не знал, как он называется правильно, да это и не имело значения.

Главное — принцип: между диском и покрышкой вставляются металлические лапки, потом расходятся в стороны и стягивают резину.

— Вот смотрю я на ваши вот эти чудо-приборы и думаю, — хмыкнул я, будто размышляя вслух, — для них, наверное, есть какие-то нормы безопасности. Или как это правильно называется… техника безопасности?

— Техника безопасности, да, — буркнул Ромчик.

— Так вот, — продолжил я, — смотрю и думаю: вы, похоже, технику безопасности не исполняете. А случаи на производстве бывают разные. В том числе — чрезвычайные.

Витёк поднял глаза, насторожился:

— Ты куда клонишь, мужик? — спросил он.

— Думаю просто… вот о чём, — я посмотрел на Витька, заставляя его отвести взгляд. — Если ты, к примеру, совершенно случайно сядешь задницей на этот ваш станок, который снимает резину с дисков, и он тоже совершенно случайно включится, то как быстро наступит травма на производстве?

Я чуть вскинул бровь.

— Вернее, за сколько секунд твоя пятая точка превратится в розочку? — уточнил я, изображая лёгкий интерес.

Я сделал длинную паузу. Пусть переварят. Если Витёк хоть что-то соображал, то Ромчику время требовалось явно больше. По его лицу было видно, как медленно смысл фраз доходит до его головы. Ромчик побледнел — видимо, допёрло.

— Как вам такой вариант? — спросил я.

Оба молчали, переглянулись, пытаясь понять, шучу я или всерьёз. Только по глазам было видно, что им хочется верить: это просто разговор. Вот только уверенности в этом не было ни капли.

— Слушай, давай мы прямо сейчас вызовем сюда Али, — быстро заговорил Витёк.

Я медленно покачал головой:

— Если бы мне Али понадобился, я бы сам позвонил, — ответил я. — Номер я его знаю. Только вот не вижу повода. С вами я ещё не закончил.

Да, позвонить Али я мог прямо сейчас. Телефон в кармане, номер сохранён. Но толку? Вопросы к нему действительно есть — и серьёзные.

Просто встречу с этим овощным магнатом нужно готовить иначе, не на эмоциях. В прошлый раз я действовал спонтанно, а в этот раз… в этот раз надо хорошенечко подготовиться.

— Расстроились, мужики? — спросил я. — Не устраивает мой вариант?

Ни один не ответил. Сидели, как обделавшиеся, и молчали.

— Ну да, — продолжил я, — соглашусь, не каждому такое понравится.

Я облизал пересохшие губы.

— Ладно, — сказал я после короткой паузы, загибая второй палец. — Есть второй вариант. Как и обещал, безвыходных положений не бывает.

В глазах у работяг мелькнул робкий блеск надежды — мгновенно, почти неуловимо. Конечно, им хотелось ухватиться за любую соломинку. Вот только я не ставил себе целью подбрасывать им надежду.

Я обещал варианты — это да… Но ни в коем случае не обещал, что варианты Витьку и Ромчику понравятся.

— Я вот думаю, — заговорил я, — если у вас требования по охране труда не соблюдаются на этой шиномонтажке, то, наверное, и требования по пожарной безопасности у вас так же «в порядке»?

Ромчик и Витёк хотели было возразить, но я не дал.

— И если вдруг произойдёт возгорание? — притворно удивился я. — Представляете, как загорится оборудование, что стоит здесь? Станки, шланги — всё это вспыхнет за считанные минуты. А потом ваш замечательный хозяин придёт и будет дёргать с вас бабки, когда узнает о произошедшем. Попробует объяснить, что «всё из-за несоблюдения правил» и спихнуть ответственность на вас.

Я сделал паузу, чтобы дать им прочувствовать смысл слов. Рожи мужиков вытянулись от страха.

— И как вы думаете, — продолжил я, констатируя, — будет ли легко спихнуть всё на «несоблюдение пожарной безопасности», если у вас на бумаге всё в