Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Юный король, содрогнувшись от перспективы взлететь до высот лондонского приказчика, усиленно изобразил незнание языка. Глупо улыбался и кивал, вроде как со всем соглашаясь.
– Согласен? – Тетушка по-своему истолковала его поведение. – Правильно! Вот приедем в форт, поделим выручку, так сам поймешь, что меня держаться следует. Со мной не пропадешь!
И Ирма обняла Анри, прижала к себе как сына, да так и ехала до конца пути. А мальчишка притих и замер. Шутки шутками, но обнимали его, кажется, впервые в жизни. Может быть, совсем маленького и несмышленого мать брала на руки, качала и обнимала. Наверное, так, во всяком случае, хорошо бы, чтоб так.
Потом же… Будущий король должен быть гордым и мужественным, сюсюканья и телячьи нежности не для него! Ах да, однажды. Мама и папа обняли. Во дворце, у той потайной двери во дворце, с которой и начались эти ненавистные скитания.
Так они и прибыли в форт. Анри и Ирма высадились у штаба, маркитантка отправилась оформлять какие-то документы, на ломаном галлийском наказав своему партнеру ждать ее на площади. Под завистливыми взглядами мальчишек, по-прежнему торговавших на главной площади дешевой деревенской выпечкой. Разумеется, несравнимой по вкусу с той, что делал, пожалуй, лучший повар Кале.
С точки зрения этих юных торговцев, было неправильно, что они уезжают отсюда поздними вечерами и лишь с несколькими монетами в кармане. В то время как этот выскочка, неизвестно откуда взявшийся, уже сейчас стоит, явно закончив свои дела, довольный жизнью и с увесистым кошелем на поясе.
Так не должно быть! Это несправедливо. А справедливость, по мнению этих ребят, следовало восстанавливать немедленно. Здесь и сейчас.
– Бей его!
Неизвестно, кто кинул этот клич, но поддержали его все и с энтузиазмом, похватав палки и дружно бросившись в атаку не ненавистного конкурента.
Конечно, деревенские парни не соперники для принца, обучавшегося фехтованию много лет у лучших клинков королевства. Так что трое самых рьяных тут же выбыли из боя, побросав оружие и схватившись за разбитые носы и распухшие от умелых ударов уши.
Но их было слишком много. Своей палкой, как шпагой, Анри отбивался, уклонялся и бил сам, но и пропускал. Чем дальше, тем больше. Злость смягчала боль, но не убирала ее. Вот уже не поднимается левая рука, правую ногу пронзила резкая боль, едва не заставив бойца рухнуть на землю. Уклон! Не до конца, чей-то удар достает до лба. Вскользь, но кровь из раны заливает глаза.
«Только не колдовать! – лишь эта мысль осталась в голове избиваемого мальчишки. – Нельзя! Недопустимо!»
– А ну разойдись! – раздается где-то рядом. – Прочь, я сказала! Все! Вон отсюда!
И звуки смачных ударов, и детские крики вокруг. Почти ослепший от крови Анри по инерции сделал еще пару отбивов, провалившихся в пустоту. Все кончилось?
Правая рука вообще не слушается, пришлось левой смахнуть кровь с глаз.
Нападавшие удирают со всех ног. Вокруг имперские солдаты, кажется недовольные, что веселое зрелище так быстро закончилось. И тетушка Ирма с распухшей скулой и оглоблей в крепких руках. Зло сплюнула, на землю вместе с кровью вылетел зуб, но она улыбнулась кривой щербатой улыбкой.
– Все будет хорошо, дружок. Все будет просто отлично! А ну разошлись, ротозеи, – это уже солдатам. – Прочь пошли, говорю.
«Но ведь она не под контролем! – Только сейчас понял Анри. – Демонова задница, да он вообще забыл ее контролировать с того момента, как они выехали из форта, не до того ему было! Так она что, и обнимала, и спасла просто так? Как это… от чистого сердца?»
И, выронив ставшую вдруг непомерно тяжелой палку, мальчик подошел к Ирме и обнял, на глазах десятков солдат, изо всех сил борясь с постыдным желанием зареветь как девчонка.
Глава 27
За этой сценой наблюдали еще двое. Из окна второго этажа штаба. Лейтенант и майор. Когда все закончилось, они вернулись к своим рабочим столам и продолжили разбирать стопки рапортов, служебных записок, а то и просто каких-то бумаг, непонятно кем и зачем написанных. Что-то подчеркивали, делали пометки и выписки. В общем, занимались делами скучными, откровенно рутинными.
При этом, однако, старший мрачнел, и чем дальше, тем больше. Заметив это, лейтенант решил разрядить обстановку.
– Как все же трогательны и непосредственны простолюдины, – сказал он с улыбкой, не отрывая взгляда от очередного документа. – Все чувства наружу, никакой сдержанности, присущей истинному дворянину.
Майор же, вместо того чтобы поддержать шутливый тон, поднял на коллегу совершенно серьезный взгляд.
– Простолюдины, говорите? Демон, не могу отделаться от мысли… чушь, наверное, но где вы видели, чтобы простолюдин так дрался? Да простолюдина толпа давно бы избила, как хороший кусок говядины. А этот работал обычной палкой как шпагой. Он не просто продержался почти пять минут, а умудрился многих и сам отлупить. Вы же видели этих горе-героев.
Действительно, недавние нападавшие разбежались хромая, придерживая крепко отбитые руки да почесывая прочие места, близко познакомившиеся с палкой, казалось бы, обреченной жертвы.
Лейтенант равнодушно хмыкнул.
– Полагаете, что парень – дворянин, решивший заработать мелкой торговлей? Так в нынешней Галлии это, увы, не редкость.
– Ну да, ну да… Но почему этот юный дворянин не пришел к нам, как сделали уже многие? Почему предпочел заняться торговлей, унизительной для всякого благородного человека? Продавать пирожки солдатне… что может быть постыдней? Зато разведка – дело вполне достойное…
– Мальчишка-дворянин шпионит для своих же гонителей? Сомнительно. Наверняка же господа революционеры отчекрыжили головы если и не его родителям, так уж кому-то из родных – точно. При таких-то масштабах казней, больше похожих на работу скотобойни.
Майор глубоко вздохнул и сцепил пальцы рук.
– И все же… парень сегодня побывал на верхних позициях. Кто знает, что он там смог увидеть, а главное – понять. И вообще, какой идиот разрешил галлийцу выезжать из нижнего форта?
Лейтенант пожал плечами.
– Интендант, разумеется. Этот жирный каплун не отказывает Ирме, вы же знаете. Желаете ее допросить?
И не дожидаясь ответа встал, открыл окно и крикнул на улицу:
– Дежурный, привести Ирму, немедленно!
Через несколько минут в кабинет вбежал запыхавшийся молодой солдат и, вскинув руку в воинском приветствии, доложил:
– Госпожа Ирма уплыла вместе с тем самым мальчишкой, которого только что били на площади. Прикажете послать
