молодые, совет да любовь! – первым поднял свой стакан с водкой Степан Аристархович. Все выпили, закусили, а потом Разин, наколов вилкой шпротину, отправил ее в рот, сморщился и заорал:

– Горько!

– Го-орько! – дружно поддержали его гости.

Виктор с порозовевшей Машей встали, он нежно ее обнял, поцеловались. Затем пары танцевали под патефон.

В парке Чаир распускаются розы,

В парке Чаир расцветает миндаль.

Снятся твои золотистые косы,

Снится веселая звонкая даль.

«Милый, с тобой мы увидимся скоро»,

Я размечтался над любимым письмом.

Пляшут метели в полярных просторах,

Северный ветер поет за окном…

– мягко выводил бархатный тенор, навевая грезы.

– Красивые, однако, у тебя ребята, – толкнул в бок Степана Аристарховича приятель-кадровик. – Прям как мы в молодости.

– Ну, дак, – распушил тот пальцами усы, и они выпили еще по рюмке.

Через несколько дней Легостаев свозил жену на консультацию в Ленинград к известному профессору. Тот, осмотрев пациентку, выписал необходимые лекарства и заявил:

– Для полного выздоровления вам обязательно нужно менять климат. И, желательно, на черноморский.

Аналогичного мнения придерживался и Степан Аристархович, готовый сделать все для внучки. Он предложил продать свой дом, благо жилье в гарнизоне всегда пользовалось спросом. Вместо него же купить что-либо подходящее в Одессе или ее пригороде. Тем более что Юрий решил продолжить свою службу на флотилии.

На семейном совете определили: Юрий немедленно выезжает в Одессу, где занимается поиском жилья, а Степан Аристархович ищет покупателя в Кронштадте. В случае успеха предприятия на юге, они с Машей продают дом и убывают к новому месту.

Спустя неделю Легостаев отбил из Одессы телеграмму: «Жилье нашел. Адрес пос. Фонтанка, ул. Виноградная, 34. Выезжайте».

На финский домик покупатель нашелся довольно быстро, после чего дед с внучкой, отбив ответную телеграмму, прихватили Абрека и выехали в Одессу. На вокзале их встретил Юрий, семья поймала полуторку, которая довезла всех до Фонтанки.

Поселок быль небольшим и располагался в черте города, на побережье. Откуда открывался чудесный вид на море. Кругом имелись следы войны, но ряд домов уцелели. Купленный Легостаевым был в конце улицы, выстроен из ракушечника, с побитыми осколками стенами. К дому примыкал обширный, заросший бурьяном участок с заброшенным колодцем и остатками сада.

– Ничего, тут жить можно, – сказал Степан Аристархович, внимательно осмотрев дом, а также обойдя участок. – Все отремонтируем и приведем в порядок. Как на флоте.

Маше место тоже понравилось. Дышалось тут легко, синева моря радовала глаз, в небе сияло солнце. Но особенный восторг изъявлял Абрек, радостно носившийся по подворью и кустам. Такого приволья в Кронштадте не было.

Поплевав на ладони, Юрий впрягся в работу.

Вместе с Аристарховичем, раздобыв инвентарь, они вычистили колодец, привели в порядок дом, отремонтировав прохудившуюся крышу, а затем вскопали огород, на котором втроем посадили картошку, лук и другие овощи. А еще для Маши на базаре купили козу. Дававшую в сутки три литра молока. Что радовало.

– Ну и жадный ты до работы, Юрок, не иначе из хохлов, – сказал как-то вечером, помешивая в ведре уху из бычков, Степан Аристархович.

– Сложно сказать, – пожал плечами Легостаев.

– Вообще-то батька у меня был природный казак. Мама рассказывала.

К концу отпуска усадьбу привели в относительный порядок, а потом Юрий уже в должности гарпунера ушел вместе с флотилией из Одесского порта в очередное плавание в Антарктику. Длилось оно семь месяцев, китов добыли вдвое больше, а по возвращению Маша порадовала его сыном. Мальчика назвали Николаем. В честь погибшего Сафронова.

За время отсутствия Юрия Степан Аристархович выкорчевал остатки старого сада и посадил новый, а еще разбил виноградник.

Новый Год встретили всей семьей. Празднично и весело.

Весь свой отпуск Легостаев провел с родными, продолжая благоустраивать усадьбу. Поскольку зима на побережье была мягкая и бесснежная, для начала возвел вокруг участка ограду, из того же материала, что и дом, доставив его на полуторке из карьера не-далекой балки[51]. Затем, наняв шабашников, выкопал в дальнем конце двора подвал для хранения урожая, а напротив дома возвел летнюю кухню. Степан же Аристархович тряхнул стариной и сложил в ней отличную голландку. С этого дня у старика появилась масса заказов. Вначале от соседей, а потом и в окрестных селах. Печников после войны осталось мало, и были они на вес золота.

– Ты, Аристархович, побереги себя, – отговаривал его Легостаев. – Зарабатываю я прилично, на жизнь хватает. А тебе как-никак седьмой десяток.

– Ништо, – махал тот в ответ жилистой рукой. – Пока есть силы, нужно шевелиться. Опять же помогать людям.

Между тем страна возвращалась к мирной жизни. В соответствии с пятилетним планом развернулись восстановительные работы на Украине, в Белоруссии и Молдавии. Возрождалась угольная промышленность Донбасса. Была восстановлена “Запорожсталь”. Вступил в строй Днепрогэс. Одновременно велось строительство и реконструкция действующих заводов и фабрик. За пятилетие было восстановлено и вновь сооружено свыше шести тысяч промышленных предприятий. Особенно большое внимание уделялось развитию металлургии, машиностроения, топливно-энергетического и военно-промышленного комплексов. Были заложены основы атомной энергетики и радиоэлектронной промышленности. В западных областях Украины, в республиках Прибалтики были созданы новые промышленные отрасли, в том числе газовая и автомобильная, металлообрабатывающая и электротехническая. Торфяная промышленность и электроэнергетика получили развитие в Западной Белоруссии. Работы по восстановлению промышленности были в основном завершены в 1948 году. К концу пятилетки уровень промышленного производства на 73 % превысил довоенный.

Война тяжело отразилась на состоянии сельского хозяйства. Сократились посевные площади, ухудшилась обработка полей. Почти на треть уменьшилось число трудоспособного населения. На протяжении нескольких лет на село почти не поставлялась новая техника. На рубеже 40—50-х годов было проведено укрупнение мелких колхозов. В течение нескольких лет их число уменьшилось с 255 до 94 тысяч. Новые коллективные хозяйства создавались в западных областях Белоруссии и Украины, в республиках Прибалтики, в Правобережной Молдавии.

Принимались меры и по улучшению условий жизни населения. Несколько раз снижались цены на товары массового потребления. В 1947 году, раньше чем в Европе, была отменена карточная система на продовольственные товары, проведена денежная реформа.

Вместе со страной, жила и семья Легостаевых.

Теперь Юрий, закончивший без отрыва от производства штурманские курсы, ходил в Антарктику на китобойной флотилии «Советская Украина» (построенной в Николаеве) капитаном дизельэлектрического китобойца проекта «Мирный». Маша работала фельдшером в поселке, Николка ходил в школу, а в выходные рыбачил вместе со Степаном Аристарховичем на построенном дедушкой и отцом яле.[52]

Весной 53-го умер Сталин. В стране был объявлен четырехдневный траур, советский народ скорбел. По радио передавали исключительно грустные мелодии,