Чьи типажи восторг наш вызывают?

Великое и малое различны —

По справедливости, без принуждения.

Гора Тайшань вмещает земли разные,

И воды в океан текут различные.

А нынешний почин нам открывает

Дорогу торную, вне самоограничения[259].

Глубокие мысли, выраженные в этом напутствии, сыграли руководящую роль не только в жизни литературных журналов, но и во всем литературном мире. В 1994 году, в ознаменование пятнадцатилетней годовщины со дня основания журнала, его главный редактор Чжан Тин-хуа (р. 1933), подводя итоги, сообщил, что было выпущено двести номеров, которые представили читателям произведения более тысячи русских и советских писателей, опубликовано около тысячи критических и теоретических статей по русской литературе, журнал сыграл важную роль в содействии знакомству китайцев с русской и советской литературой, в продвижении ее исследований и ее преподавании. Этот журнал издавался непрерывно в течение длительного времени и остался единственным в Китае периодическим изданием, специально посвященным русской и советской литературе, ныне известным как «Элосы вэньи» («Русская литература и искусство»).

Обложка «Элосы вэньи» («Русская литература и искусство»)

Другая сторона вопроса – изменение ситуации, при которой изучение литературы в основном было сосредоточено на переводах; начали массово появляться истории литературы и монографические исследования, написанные китайскими учеными. Если взять историю литературы, то в настоящее время в Китае есть не только общие истории литературы с древности и до наших дней, отдельные истории по эпохам – российской и советской, но и истории по различным темам – прозы, поэзии, драмы, литературной критики, детской и народной литературы. Имеется также немало монографий и сборников статей, посвященных определенному писателю, произведению или литературному явлению. Написанная в 1989–1992 годах преподавателями девяти университетов, которые непосредственно подчиняются Министерству образования, трехтомная «Эго вэньсюэ ши» («История русской и советской литературы») под редакцией Цао Цзин-хуа стала первой в Китае общей, охватывающей время с древности по современность историей русской и советской литературы, созданной китайскими учеными. Она удостоена вручаемой Госсоветом КНР «Специальной награды за лучшее национальное учебное пособие».

Глава 2. Китайская поэзия и труды Е. А. Серебрякова

В. М. Алексеев всегда призывал к изучению китайской поэзии, в особенности поэзии классической, трудной для восприятия. В 1920 году он предложил грандиозный план по переводу шедевров китайской литературы, в том числе стихов великого Ду Фу, которого чтит весь Китай. Действительно, переводы и исследования танской поэзии в России самые полные. Существуют две наиболее популярные коллективные работы переводчиков танской поэзии. Первая работа – «Китайская классическая поэзия (Эпоха Тан)» 1956 года, куда вошло 181 стихотворение 58 поэтов, под редакцией Н. Т. Федоренко и с его большим предисловием, в переводе участвовали пятнадцать человек, в том числе В. Н. Маркова (1907–1995) и М. И. Басманов. Вторая – это танский том «Антологии китайской поэзии» 1957 года, который можно рассматривать в качестве дополнения к первой книге (хотя в нем и отсутствуют некоторые фрагменты). В данный том «Антологии» включены 202 стихотворения 61 поэта, ее составители – Н. Т. Федоренко и Го Мо-жо. Обе книги были напечатаны в Москве издательством «Гослитиздат» тиражом по 35 тысяч экземпляров и широко разошлись по Советскому Союзу.

1. Переводы и исследования поэзии эпох Тан и Сун

В 1970–1980-х годах было опубликовано несколько книг коллективных и индивидуальных переводов танских стихов, в том числе «Китайская классическая поэзия в переводах Л. З. Эйдлина» 1975 года, а также составленный И. С. Смирновым (р. 1948) сборник «Из китайской лирики VIII–XIV веков: Ван Вэй, Су Ши, Гуань Хань-цин, Гао Ци» 1979 года и составленный В. И. Семановым и Л. Е. Бежиным сборник «Китайская пейзажная лирика III–XIV веков» 1984 года. Кроме того, в это время вышло более десятка книг великих танских поэтов, например, «Стихотворения» Ван Вэя в 1979 году со вступительной статьей В. Т. Сухорукова, «Стихотворения» и «Лирика» Бо Цзюй-и в переводах Л. З. Эйдлина и другие.

В этот период появилась целая группа ученых, которые занимались исследованиями в данной области: Н. Т. Федоренко изучал «Ши цзин» («Книга песен»), стихи эпохи Тан и общую историю поэзии, Г. Б. Дагданов (1948–2002) специализировался на творчестве Ван Вэя, О. Л. Фишман исследовала творчество Ли Бо, Е. А. Серебряков изучал поэзию Ду Фу, а Л. З. Эйдлин – стихи Бо Цзюй-и.

Н. Т. Федоренко выступал организатором переводов танской поэзии, он был знаменитым переводчиком и ученым, интересы которого простирались от «Ши цзин» до современной китайской литературы; при этом в своих работах он обращался не только к фундаментальным темам, но и к детальному анализу творчества конкретных поэтов. Он говорил: «Мое поколение занималось исследованиями китайской классической литературы… <…> Я считаю, что традиционная китайская культура, не прерывавшаяся в течение тысячелетий, внесла огромный вклад в сокровищницу мировой культуры. Ни одна страна мира не может ничего предложить для сравнения с китайскими “Книгой песен”, “Чускими строфами”, танской поэзией, юаньской драмой и другими выдающимися произведениями»[260]. В 1972 году в статье, посвященной 1200-летию со дня рождения Бо Цзюй-и, Федоренко сделал следующий обзор истории китайской поэзии. Продолжая дело Тао Юань-мина, танский поэт Чэнь Цзы-ан (661–702) также выступил против старых поэтических форм и тем, преодолел надуманность творчества и трудный для понимания поэтический стиль, ратуя за возрождение стиля и правил стихосложения времен Цао Чжи и Жуань Цзи (210–263), времен Троецарствия. Вслед за дальнейшим расширением поэтической тематики обогатились и поэтические формы, а в VIII веке появился наиболее выдающийся мастер пейзажной лирики, поэт и художник Ван Вэй. В это же время величайший поэт Ли Бо добился совершенства в сложении четверостиший и семисловных стихов, оказав тем самым огромное влияние на развитие поэзии в течение последующих нескольких сотен лет. После того как в результате мятежа Ань Лу-шаня[261] танская империя пришла в упадок, наследник прекрасных старых поэтических традиций и творец новой поэзии Ду Фу продемонстрировал гуманистическую озабоченность судьбой Родины, глубокую заботу об интересах простых людей и сочувствие к обездоленным и беспомощным. Творчество же Бо Цзюй-и зачастую берет основание в необъятной народной поэзии, черпает силы в его великих предшественниках Цюй Юане, Тао Юань-мине, Ли Бо и Ду Фу – это и сделало поэзию Бо Цзюй-и общеизвестной и крайне популярной. Н. Т. Федоренко полагал, что стихи Бо Цзюй-и, подобно произведениям других поэтов, давно вышли за пределы своего времени и страны и являются духовным богатством всех стран и народов. Л. З. Эйдлин также утверждал, что характерные особенности поэзии Бо Цзюй-и – это бесхитростная простота и глубокий гуманизм. Бо Цзюй-и унаследовал безыскусный и естественный стиль, созданный Тао Юань-мином, он в совершенстве овладел мастерством выражения духовной сути народа, возвышенной и богатой. Очерчивая путь развития танской поэзии, Эйдлин поставил в один ряд Бо Цзюй-и и Пушкина, поскольку полагал их творчество одинаково многогранным.

Л. З. Эйдлин

Однако в советскую эпоху наибольшее внимание уделялось Ду Фу, поскольку