ними, но подавил в себе желание выстрелить вслепую в темноту. Затем из ближайшего туннеля слева тоже донеслось дыхание. Саймон повернулся в ту сторону.

Малкольм прорычал:

— Выходите, жалкие твари!

— Не провоцируй их, — заметил Саймон, но было уже слишком поздно.

Из противоположного туннеля выскочило что-то огромное, покрытое рыжей шерстью в пятнах, с огромными когтями и зубами. Малкольм выстрелил, когда несущаяся на него тварь заслонила собой весь мир. Выстрел эхом разнесся по округе. Зверь споткнулся и потерял равновесие. Второе существо прыгнуло и приземлилось с глухим стуком, выставив вперед длинные руки. Оборотень замахнулся на Малкольма, словно на назойливую муху. Шотландец увернулся от удара, и в этот момент Саймон хлопнул в ладоши, издав оглушительный хлопок, похожий на раскат грома. Силовая волна отбросила оборотней обратно к их сородичам, притаившимся в полумраке туннеля. Остальные существа оттеснили своих раненых товарищей и бросились на незваных гостей.

Из ближайшего туннеля слева тоже хлынули твари. Саймон и его спутники рассредоточились и заняли позиции, чтобы прикрывать друг другу спины. Хогарт размахивал сокрушительной булавой, наконечники которой были покрыты серебром. Каждый его удар сбивал зверей с ног, и они корчились на земле.

Малкольм увернулся и выстрелил из "Ланкастера" в основание черепа оборотня, бросившегося на него. Зверь рухнул на землю. Пенни стояла за спиной Малкольма и стреляла из пистолета в черные обсидиановые глаза, которые смотрели на нее. Они были такими большими, что она видела в них свое крошечное отражение.

Руки Ника двигались в бешеном ритме, и от них исходили языки пламени и ледяные искры. Мех загорался, а склизкие лужицы под когтистыми лапами превращались в скользкий лед.

Меч Саймона сверкал в отблесках яркого света от неистовых заклинаний Ника. Сталь рассекала воздух, словно змеиный язык. Ее голубое руническое свечение обжигало, заставляя зверей, которых она касалась, взвывать от боли.

И тут Саймон с удивлением увидел за толпой оборотней знакомое лицо. Это была девушка, которая помогла им сбежать из Бедлама. Шарлотка. Она стояла в туннеле в человеческом обличье, и на ее лице застыла противоречивая маска. Ее большие глаза встретились с глазами Саймона, и она вздрогнула от шока и, возможно, стыда. Ее трясло, но затем черты ее лица затвердели, она приняла решение и начала превращаться. Это был мучительный процесс: ее хрупкое тело становилось все больше и темнее, а платье в цветочек рвалось в клочья. Ее дергающиеся конечности удлинялись, а лицо искажалось, превращаясь из милого и задиристого в устрашающее, как у чудовища.

Зверь, которым была Шарлотта, откликнулся на вой, эхом разносившийся по пещере, но вместо того, чтобы присоединиться к своим сородичам, набросился на них, пуская в ход когти и зубы. Воспользовавшись их замешательством, она перепрыгивала с одной цели на другую, разрывая их на части.

Саймон потерял ее из виду в этой суматохе, едва успев увернуться от удара когтей. Одной рукой он схватил ближайшего оборотня за жесткую щетину и швырнул его в туннель. Затем он увидел еще одну длинную морду с рядами острых зубов, которая щелкала в нескольких сантиметрах от его головы. Шарлотта появилась рядом с ним и набросилась на оборотня с невероятной для своего хрупкого телосложения яростью. Она вцепилась ему в ноги, вывихивая их. Малкольм развернулся и ударил хромого оборотня ножом в спину. Раненое существо взвыло так, что в тесном пространстве зазвенело в ушах.

Другой рукой Малкольм замахнулся на Шарлотту, но Саймон перехватил его руку и отвел ствол в сторону.

— Нет! Это Шарлотта!

Другой оборотень налетел на охотника, и тот упал ничком на землю. Зверь навис над ним, оскалившись и источая дикую ярость. Саймон ударил его каменным кулаком в висок. Из глаза оборотня хлынула кровь, он издал нечеловеческий вопль и ударил Саймона наотмашь. Удар пришелся в грудь, и Саймон отлетел к стене. Зверь бросился на него, выставив когти и разинув пасть. Он налетел на мага, но Саймон произнес какое-то слово, ударил оборотня обеими руками по спине и с тошнотворным хрустом переломил ему хребет.

Малкольм поднялся на ноги, широко расставил ноги и продолжил сражаться, стреляя из пистолета, из стволов которого валил пар. Оборотни падали один за другим. Малкольм отступил, пока не оказался рядом с Пенни. Она достала гранату и нажала на кнопку. Затем бросила ее в толпу мохнатых голов. Граната пронзительно взвизгнула и взорвалась. Сотни серебряных осколков с шипением взмыли в воздух и вонзились в оборотней. Раздались нечеловеческие крики и воцарился хаос.

Саймон потянулся к патронташу Кейт на груди и достал канистру, которую Пенни принесла из своего магазина. Он убедился, что Шарлотта не в зоне поражения, и со смертоносной точностью бросил канистру в левый туннель. Она взорвалась, подняв в воздух облако сверкающей пыли, которая покрыла стены и все внутри туннеля тонким слоем нитрата серебра.

Оборотни, коснувшиеся его, взвыли от боли, упали на землю и стали корчиться или слепо метаться, отчаянно пытаясь избавиться от серебряных хлопьев, которые, казалось, проникали под их кожу. Обезумевшие твари бросились на Малкольма, и охотник быстро расправился с ними.

Пенни стояла рядом с ним, быстро перезарядив пистолет. Она выстрелила в оборотня, который проскочил мимо Малкольма. Он был слеп на один глаз, и она быстро вывела из строя второй. Оборотень с криком боли ударил ее когтистой рукой в плечо, рядом с шеей. Ее оружие внезапно выпало из ослабевших пальцев, и она опустилась на колени.

Малкольм стоял над ней с обоими пистолетами в руках и стрелял до тех пор, пока зверь не упал замертво. Пенни храбро и криво усмехнулась своему спасителю.

— Чертовски глупо, девочка, — отчитал он ее.

— А ты как думаешь, каково мне? Меня чуть не загрыз слепой оборотень.

— Ты можешь встать? — Он протянул ей руку, не выпуская пистолет.

— Конечно. — Пенни с трудом поднялась на ноги, ее лицо исказилось от боли. Она обхватила раненую руку.

— Сломана?

— Боюсь, что да. Я безоружен.

Дикий смех Малкольма эхом разнесся по запутанным туннелям.

От волны жара им пришлось пригнуться, когда Ник выпустил струю огня в туннель позади них. Туннель озарился оранжевым светом и заметно потеплел. К потолку взметнулось облако дыма от горящей шерсти и плоти.

— Подкрепление! — крикнул он, размахивая горящими руками.

— Прикрой его! — Саймон бросил ему канистру. — Шарлотта, ко мне!

Ник поймал канистру и одним плавным движением швырнул ее в туннель, а маленький серый оборотень проскочил мимо него и бросился к Саймону. Из канистры вырвалось густое облако, и в мерцающем свете туннель засиял серебристым. Два перепуганных оборотня выбежали из зараженного туннеля прямо на Хогарта, который